Обещанная Тьме (СИ)

— Нет, только тех, кто не могу не рисовать.
— В таком случае, почему ты рисовала мои руки?
Да неужели кто-то снова ревнует?
— Не знаю. Это что-то необъяснимое. Тогда мне понравились твои руки. Сейчас я в восторге от глаз короля…
— Как быстро ты меняешь предпочтения…— он одарил меня осуждающим прищуром, и приготовился язвить дальше, но нас прервали.
— Драконья слава, это божественно! — долговязый старичок выхватил из моих рук тарелку с изображением короля, — гениально! Восхитительно!
Гости праздника, привлеченные восторженными возгласами, стали оборачиваться и подходить ближе, и вскоре вокруг нас образовалась толпа.
— Просил же не выделяться! — сквозь зубы процедил Фол, явно недовольный таким количеством внимания ко мне.
— А что я? Я всего лишь рисовала.
Внезапно все стихло, и от этого безмолвия пробежались мурашки. В тишине все расступились, давая дорогу королю. Был слышен только треск горящих дров в чугунных чашах и шелест драконьих крыльев.
Я замерла. Даже дышать перестала. Опустила глаза и сцепила пальцы, будто закрылась.
— Мой король, эта девушка сделала кое-что, достойное вашего взора.
Не поднимая глаз выше, чем на метр от земли, я видела, как старик подошел к дракону. За его спиной тоже располагались крылья, правда не такие мощные как у короля. На вытянутых руках он поднес рисунок ближе к повелителю, а сам почтенно склонился.
— Гостья наверняка не знала, что смотреть в глаза королю запрещено? — дракон заговорил таким мелодичным глубоким голосом. Надо же, никогда бы не подумала, что драконы умеют так, — иначе, как эта юная гостья смогла бы так четко изобразить меня?
Я взглянула на Фола, всем своим видом умоляя простить меня. Я опять втянула нас в неприятности. И вытащить нас сможет только он.
— У девушки хорошая память, мессер, — ничуть не оправдываясь ответил мой спаситель, — достаточно взглянуть лишь раз.
Король сделал медленный шаг в мою сторону, и я заметила, как напрягаются мышцы на его смуглых ногах. Если бы не крылья и шипы на голове, никогда бы не сказала, что это дракон. Ну и, конечно, экзотический наряд выдавал странность происходящего. В моем мире в набедренных повязках ходят только по сцене.
Он шел медленно, будто играя на нервах, и чем ближе он становился, тем реже билось мое сердце. Когда же он замер в метре от меня, я, как под гипнозом любовалась тем, как размеренно вздымается его грудная клетка, как напряжен идеальный пресс, как блестит эта чертова цепь, уходящая вниз … И, пребывая в полнейшей растерянности, я снова совершила ошибку. Подняла голову и посмотрела дракону прямо в глаза.
15. Ты что вытворяешь?
— Я начищу тебе рога! — противный визг рассек тишину, и прямо перед своим лицом король поймал кожаный мяч, — ой! Прошу прощения, мой король.
Я думала, что сегодня меня уже ничто не удивит, но говорящие летающие головы были верхом сюрреализма.
— В кипяток засуну, безмозглый ша…рик…— второй был пойман с той же ловкостью.
Летающие головы зажмурились от давящего взгляда повелителя и притихли, ожидая расправы. Если бы эти пальцы сжали мою голову, боюсь, она раскололась на двое, а этим ничего – сжались, как резиновые. Я мысленно поблагодарила чудиков за спасение, и отвела взгляд. Пронесло.
Дракон недовольно хмыкнул, замахнулся, и запустил головы в темноту.
— Ваше великодушие не знает границ, мой король!
— Тьма, благослови короля драконов!
Со всех сторон посыпались искренние восхищения, будто народ ожидал другого исхода. И даже в такой шумихе, когда, казалось бы, внимание короля отвлечено, а я уже не представляю интереса, меня все равно продолжало колотить от страха. Слишком большой, слишком мощный, слишком грозный. По-звериному красивый и такой же опасный. А еще и жар, исходящий от его тела, доводил меня до истерики. Мне и плакать хотелось, и убежать, и спрятаться под мышкой у Фола. В общем, полная неадекватность.
Пока я вспоминала, как дышать, шумиха вокруг поутихла. Король и Фол о чем-то говорили, изображая доброжелательность, но я буквально чувствовала, как их ауры сталкиваются друг с другом, в попытке продавить пространство соперника. Только пока не понимала, из-за чего весь сыр-бор?
 
— Наслышан, насколько вы изощрены в подобном искусстве, поэтому прошу принять данный трактат, как напоминание о том, как ничтожны и скучны ночи, участником которых не является сам король драконов.
Чего? Какие ночи? О чем он наслышан? Всегда ненавидела эти светские беседы, в которых тебя завуалированно пошлют куда подальше, а ты не поймешь и будешь улыбаться как идиот.
Я вытянула шею, чтобы подсмотреть, что такого особенного в том свертке, что Фол дарил дракону и еле поймала челюсть.
Взгляд приклеился к изображению, где обнаженная женщина висела вниз головой с широко расставленными ногами, а мужчина склонялся над ней…и дальше во всех подробностях. Я восхищенно рассматривала изображения, поражаясь, на сколько четко прорисованы детали, как реалистично смотрится эта пара, будто передо мной фотография с высоким разрешением. Нужно будет спросить у Фола, кто создатель.
— А вашей спутнице не чужды утехи для изощренных ценителей данного вида взаимоотношений.
Я не поняла, насмехается надо мной король, или выражает свое восхищение, но в любом случае, уверена, что он понял неправильно. В данном случае меня меньше всего интересовало то, чем они занимались. А вот мастерство, с которым художник изобразил эту пару…
— Моя спутница, — Фол выделил слово «моя», и я заметила едва различимый оскал на и без того жестком лице короля, — профессиональный художник. Ее интересует техническая сторона исполнения данного творения.
Даже парализованный ум понимал, на что намекал король, и как Фол обозначал мои границы. Ох, и влипла я, надеюсь, все решится без скандала, и этот похотливый монстр потеряет надежду соблазнить меня.
— Тратить драгоценные минуты жизни на детали…— разочарованно выдохнул он. Я понимала, на что он намекает и совершенно точно знала, что король буравит меня взглядом, от чего моя нервозность только нарастала, — по мне, так лучше самому стать частью искусства.
Сама от себя не ожидая, я зачем-то выхватила тарелку из рук старого дракона и протянула ее королю. Хотел быть частью искусства? Ты им стал!
— Примите и от меня…если вам нравится.
Взбешенная его намеками, я лучше контролировала себя, четко помня основное правило: не смотреть ему в глаза. Макушка так и зудела под пристальным взглядом, порождая очередной приступ паники. Я даже начала сомневаться, стоило ли делать этот подарок, и через бесконечных секунд пять начала себя ругать. Зачем я пристала к нему с этой тарелкой? Боже!
А он все неподвижно стоял, так и не принимая подарок.
— Глаза, — задумчиво сказал он, — они совершенно не похожи…
Автоматически я подняла свои, чтобы сравнить, и в тот же момент поняла, какую глупость совершила. Второй раз за вечер. Только теперь меня ничто не спасет. Дракон будто специально провоцировал меня, зная, что сможет воздействовать через взгляд. И я повелась.
Одним только взглядом он пожирал меня, откусывал по кусочку, пил, сжигал и порабощал. Секунда за секундой меня бросало то в жар, то в холод, было страшно и тут же хотелось прикоснуться к необычной блестящей коже, но было еще одно желание, лейтмотивом проходящее сквозь остальные: впиться в его глаза ногтями и вырвать их. Когда осознание этого стало таким же четким как реальность, я резко вынырнула из-под гипнотического воздействия бездны, и тряхнув головой, пришла в себя.
Король изменился в лице, нахмурился. Уверена, он не ожидал, что я смогу вот так просто отделаться от его чар. Да чего уж там, я и сама не ожидала.
 
— Я приму ваш подарок, — неожиданно сказал он и коснулся тарелки, специально дотронувшись до моих пальцев. Горячая волна прокатилась по коже до самой макушки, и я одернула руку. Похоже, у него еще много фокусов в запасе.
Я только кивнула, не в состоянии любезничать. Сердце заходилось где-то в районе горла, и ноги были готовы нести меня побыстрее и подальше. Но не тут-то было. Король протянул свою раскрытую ладонь, приглашая вложить мою.