Печать мастера (СИ)

– Помолчи, – бросил ему Наставник. – Слово, Рис. Что ты не причинишь моему мальцу вреда.
– Хорошо. Самогон я найду, жертв беру на себя фокусы тоже, с тебя – руны и замкнуть круг…
– Клятва жизнью дочери, – добавил Хо. – С тебя щит, с меня – круг. Я найду, что сказать Мастеру.
Рис молчал мгновение, оглянувшись на сани, в которых тихо посапывала девчонка.
– Клянусь, Хо! – огонек силы тускло вспыхнул на пальцах менталиста. – Клянусь жизнью Таби.
* * *
Наставник – икал. Осушив почти треть бутыли, которую они подрезали у первого же попавшегося пропойца у таверны. Осушив разом.
После этого долго молчал, разминая пальцы, и начал раздавать распоряжения.
Найти жертв. Выставить фокусы. Выставить лучи. Найти центральный фокус. Проверить уровень силы.
– Два по шестнадцать потянет, при среднем круге не выше третьего? Сейчас вряд ли кто-то шатается по улицам… А охрана это третий-четвертый… – уточнял менталист.
– Потянет, – кивал мастер с закрытыми глазами. – Но тогда центральный фокус кто-то не ниже седьмого, или… – он открыл глаза, – из “одаренных или породнившихся”. Можем выкрасть младшего наследника Блау и использовать его в качестве основной жертвы? Стоит он жизни Таби-эр? – едко пошутил Хо.
Коста широко распахнул глаза, глядя на Наставника.
– Закрой рот, малец. Для тебя тоже есть работа. Снег, скорость ветра, время, – бормотал Хо, – нам нужна свежая кровь в краску и пару ингредиентов для реакции.
– Лавки алхимиков уже закрыты, – промямлил Коста. – Ночь на дворе.
– А когда это было проблемой? – усмехнулся мастер.
– Ты предупредил своих? – вклинился Рис.
– Да, – проворчал Хо. – Они будут готовы к прорыву, но я буду рассчитывать “Око” над Новым городом, чтобы не снесло на Керн… люди не причем…И сейчас придут трое “братьев”, нам нужна помощь.
Менталист поджал губы, желая возразить, но – промолчал.
* * *
Коста подпрыгнул почти на локоть, когда чья то рука коснулась плеча.
– Тише, мальчик, это я…
За спиной стоял менталист и Коста выдохнул. Менталист смотрел в ту сторону, куда только что ушел наставник – им не подошли кисти, слишком тонкие.
– Я должен Хо и сегодня отдам сразу все долги… – пробормотал Рис тихо. – Смотри на меня!
– Не буду, – Коста мотнул головой и крепко зажмурился.
“Щит” – или что там ещё, с чем он начнет разбираться позже менталист уже поставил – под бдительным контролем Наставника.
– Клянусь, не несу вреда, – вспышку силы Коста скорее почувствовал, чем увидел, и зажмурил глаза ещё крепче. – Это когда нибудь спасет тебе жизнь! – рявкнул менталист. – Бирюзовое море, чайки, рыба, острова… сказки про зеленый рай… туда тебя тащит Хо? Не так ли? Острова – место откуда нельзя выйти!
Коста осторожно приоткрыл глаза.
– Остров навсегда останется тут, – палец менталиста больно ткнул Косту в висок. – Ты можешь выйти с острова, но не сможешь уйти от них.
Коста открыл рот спросить.
– Нет времени, Хо уже не спасти, но я могу спасти тебя. Никому не верь. Вообще никому, они будут говорить. что это во имя света…Нет времени, – простонал менталист. – На это вмешательство мне нужно добровольное согласие… только добровольное…
– Почему я должен вам верить?
– Верить? – менталист кашлянул – кровь. Вытер и убрал красный влажный платок. – Тебе некому верить, мальчик. И… может быть, потому что ты ты ненамного старше Таби? И дал слово защищать её? Никакого вреда, – снова вспышка плетений, – решай!
– Но…
– Сейчас ты ничего не будешь помнить, пройдешь все проверки… будешь чист, но когда нибудь, услышав «слово-ключ» – вспомнишь, именно в тот момент когда будет нужно.
– Но…
– Реш-ш-шай!
Коста молча кивнул – “согласен”.
– Что ты любишь больше всего? Быстрее!
– Ри-ри-рисовать….
– Рисовать? Как странно, может сработать. Смотри на меня.
В темных глазах менталиста отражались далекие огни Керна, кровь под носом запеклась черными полосами.
– Запомни мальчик, это ты тоже сейчас забудешь, но если когда-нибудь закладка сработает… все менталисты – разные, среди нас тоже нет единства, мы вынуждены сотрудничать с исходниками и помогать им, они нам – мы им, но они продадут каждого, если будет выгодно… Кто-то силен в иллюзиях, кто-то в закладках, кто-то может считывать поверхностно, кто-то хорошо управляет, кто-то хорошо ломает… мы все разные, – торопливо шептал Рис почти глотая слова. – Определить, кто на твоей стороне можно по ощущениям… мы – те, кто работает глубинно… это как прикосновение крыла бабочки… как будто сознание погладили перышком… незаметно… все, кто работает грубее – не смогут считать так глубоко… просто не хватит силы и мастерства… грубого взлома бояться не стоит… бойся тех, чье прикосновение легко и незаметно, как крылья бабочки… если это “чужие” и держись рядом, если “свои”…
 
…помни, закладка выдержит взлом тройки, но не выдержит формацию из пяти… берегись звезд мальчик, берегись звезд…
…как только увидишь свет, равный свету звезды или солнца – беги, беги так глубоко, как сможешь, беги в самое болезненное из своих воспоминаний и тащи их за собой… топи их там, тогда сможешь выжить…
…нет времени, смотри сюда…
…и береги мою девочку… ценой жизни… ты обещал…
…
…
…
– Ты заснул? Малец, ты заснул? – Наставник Хо грубо потряс его за плечо.
Коста потряс головой. Ничего не понимая. Он не спал, мастер только что ушел… что-то ещё крутилось в голове, но мысли ускользали.
– Вот кисть, вот такие нужно было брать! – ему сунули в руку. – Рисовать, работать! Быстро, быстро, быстро! Начинаем с первого луча, руны в стандартной транскрипции…
Коста кивнул, перехватил поудобнее кисть, и на миг поднял голову к небу, сам не понимая почему.
Холодные опасные звезды сияли сверху, но совсем не грели. Излучая свет – прозрачный и невесомый… как крылья бабочки.
* * *
Новый Керн, кольцевая стройка
Столько людей Коста не видел давно. Они скользили тенями, снимали часовых и тут же укладывали рядом. Менталист усыплял первого из пары и отдавал приказ – второму.
На каждый луч – одна пара, правильный круг – шестнадцать лучей.
– Быстрее, – торопил Рис.
– Ищи центральный фокус, – огрызнулся Хо. – И чертить будет ученик, – мастер ткнул в Косту. – Повторяй за мной.
– А он справиться?
– А у тебя нет выбора, – Хо пьяно помотал пальцем прямо перед носом менталиста. – Я один не успею… ик!
Чаша с краской, точнее с тем, что намешал Наставник, чтобы приготовить смесь вспыхивала силой в котелке. Алхимическую лавку они просто взломали, вскрыв плетения, смели все, что нужно с полок, прихватив пару котелков для работы.
– Не перепутай, – поправил Косту мастер. – Не сила-призыв-свобода, а освобождение-призыв-сила.
Коста чертил. Пальцы двигалась механически. Рука выводила линии, макала кончик кисти в чашу и выводила снова.
“Освобождение. Призыв. Сила. Прорыв. Освобождение. Свобода. Сила”. И так по кругу. Последовательные связки рун, которые мастер заставлял его просто заучивать раньше.
Коста был спокоен, как зеркальная гладь озера в горах, скованный внутри льдом, потому что – не справился. Начал заикаться, не смог писать – руки дрожали, и Рис выполнил приказ мастера: “Успокой его. Малец должен быть спокоен и собран. Потом поплачет”. И менталист успокоил.
Коста чертил. Алые штрихи ложились на чищенные от снега площадки, прямо напротив спящих охранников, Наставник шел следом, бормотал под нос и замыкал круг, изредка прихлебывая из бутылки.
– Братья, – Мастер благодарно поклонился трем теням, которые помогали ловить “фокусы”. – Да пребудет с вами свет исхода…
На охоту за “центральным фокусом” ходил лично менталист, вместе с исходниками. Ходил в бордель. И, с трудом притащив дородного сира в дорогом меховом плаще, пояснил специально для Косты, как будто извиняясь: “Поверь мне, мальчик, этот… эта… свинья жила так, что умереть тут – это будет лучшее из того, что он сделал за эту жизнь… но даже это не искупит всего”.