Печать мастера (СИ)
Дождаться встречи, и потом покинуть поместье. Предлог для срочного посещения города у него был с собой – “забрать заказ” – листок из лавки по кистям и краскам.
В конце подъездной аллеи его встречали – тройки охран сменились и в заступавших на смену оказалось сразу двое знакомых лиц – они провели вместе десять декад в отряде зачистки.
– Малец? А ты чего тут?
Коста молча протянул свиток.
– К нам!
– Вот оно как! – его одобрительно похлопали по плечам.
– Добро пожаловать в клан Блау, малец, добро пожаловать в клан Блау!
* * *Нижний ярус для слуг
Поместье Блау
Коста попрыгал на кровати – мягкая, легкая, как пух, пружинит, наверняка спать на такой – одно удовольствие. Комната, которую выделили “будущему младшему писарю”, оказалась больше и шире той, что во флигеле в три раза.
Ужин принесли сюда же. Поднос – Коста поднял полотенце – пересчитал и изучил блюда – пахло божественно.
Если бы менталист не передал ему ничего не есть – Коста непременно попробовал бы, запах – изумительный.
“Ничего не есть, не пить, иначе заснешь. Жди. Выйдешь вечером” – три мысли, которые появились в голове Косты после встречи с менталистом. И он не ел и не пил. Но наступил вечер и оказалось, что в поместье легко зайти, но очень сложно выйти.
“Не положено” – отчиталась охрана и отправила его к младшему Управляющему.
“Теперь территорию клана до принесения клятвы не покидать – распоряжение сира. После – можно и в Керн и в лавки, и забрать готовые краски”.
Коста подошел к окну и подергал решетки на окне – почти напротив самой земли, чуть выше наметенных к стеклу сугробов можно было увидеть небо. Простым слугам был отведен самый нижний ярус в поместье – прямо над подземельями.
“Комнату покидать запрещено. Обед принесут”.
И хотя Косту уверили, что это – обычная практика. Просто сегодня Глава немного занят и принесение клятв – сразу у нескольких новых вассалов и купленных накануне рабов – состоится одновременно – через два дня. И тогда же Коста сможет приступить к своим непосредственным обязанностям.
Ни к каким обязанностям он приступать не собирался и приносить никаких клятв.
На улице стемнело – и они скоро должны выдвигаться из Керна. Его ждет наставник Хо – осталось только придумать, как выбраться отсюда.
В коридор он выходил дважды – в туалет и каждый раз охрана разворачивала его обратно в комнату.
Коста подергал решетки на окнах ещё раз – расшатать не получиться, если они не успеют на ночной обоз, мастер Хо не сказал, что будет.
Менталист сказал – “ждать”, и это единственное, что ему оставалось.
* * *На небе зажглись первые звезды. Сквозь прутья решетки было видно, как медленно и лениво падает снег, укутывая землю белым.
Шаги за дверью – легкий и невесомые Коста расслышал не сразу, и прыгнул на кровать, заворачиваясь в покрывало. Кто-то двинул задвижку с той стороны. Скрип петель. Шаги.
Он напрягся.
– Просыпайся! Мерзкий предатель! – голос девочки – дочери менталиста, Коста узнал сразу, и перекатился по кровати, падая на пол – его как следует ударили по плечам.
– Мерзкий предатель! Ты должен был поехать в Хаджер! С наставником! Потом в Ашке, потом на юг… и доставить Весть!
Коста не успевал вставить ни слова – удары легких кулачков сыпались на него градом.
– Предатель! Ты предал мастера, который учил тебя десять зим, Так легко!
– Тише, – зашипел он, пытаясь заткнуть девчонке рот. – Помолчи, остановись, все не так!
– Мерзкий предатель! Думаешь ты нужен в клане? – шипела девочка. – Ты никому здесь не нужен! Каллиграфы здесь есть! Никому не нужен мальчишка с улицы со вторым кругом! Что ты о себе возомнил? Смотри! – Таби щелкнула пальцами, зажигая светляк. – В глаза смотри!
И Коста не успел зажмуриться или отвести взгляд, как его закружил водоворот чужих мыслей и образов.
“Много книг, библиотека ли кабинет, совмещенный с библиотекой… Отец, представительный мужчина – управляющий, отец… отец нервничает – но не показывает вида…
“… как младшему писарю положено жалование” – диктует сир Блау. И тут же переспрашивает, обращаясь к управляющему – “какое жалование?”
Тот поправляет очки и пожимает плечами.
– Ранг младшего писаря в клане не вводился ввиду отсутствия необходимости…
– Придумай! – властно обрывает его сир. – Я отберу у Хо мальчишку. У него ничего нет – и нечего больше отбирать, единственное, что есть – ученик… Он ему как сын. Сына за сына – последние слова сир прошипел так тихо, что почти не расслышать”.
Воспоминание кончилось. В виски, как будто шибанули молотом.
– Вот! – Торжествующе шикнула девочка. – Это показал отец! Вот как тебе рады в клане! Ты никому здесь не нужен!
Коста тряс головой, пытаясь понять где он – в комнате слуг или библиотеке.
– Ты хочешь обменять свободу вот на это? – поднос с ужином перевернулся и упал на пол. – Вот на это? Трус! Тварь! Мерзкий предатель!
Коста закрывался, ловил кулачки, но ничего не мог поделать. Девочка шипела и кидалась, как одержимая.
– Продал наставника!
– Я не продавал!
– За еду, постель и метку!
– Я не продавал, – прошипел Коста тихо, наконец схватив руки и прижав девочку к себе, прошипел ей Коста тихо на ухо. – Замолчи и слушай. Я никого не продавал. Мне нужно выбраться отсюда, но я не знаю, как…
– Тогда зачем пришел?
– Ох! – Коста выгнулся – пиналась Таби больно и метко. – Не твое дело, бешеная.
– Докажи!
Его снова лягнули и она начала извиваться в руках.
– Докажи! Покажи мне!
– Ещё чего, – прошипел Коста, закрывая ей рот ладонью. – Молчи. Тихо! Сюда идут.
Они успели только потушить светляк, дверь скрипнула, отворяясь, Коста напрягся..
– Таби? Вот ты где!
– Отец, – приглушенно пискнула девочка.
– Сказано же было не покидать комнат! Сейчас будет обход, проверка, если тебя не окажется на месте…
– Отец! Мастер Хо хороший, ты показывал мне – я видела, он не заслужил, чтобы ученик… я не могла так просто…
– Быстро обратно! Ты должна быть на месте во время обхода…
– Ты сказал, мы заберем его с собой! Хотя он добровольно, – Таби ткнула пальцем в Косту, – собирается надеть ярмо на шею. До-бро-во-ль-но!
– Таби, хватит! Быстро возвращайся! Жди, – бросил менталист Косте.
Девочка шмыгнула за дверь, и тут же вернулась обратно, плотно притворив дверь.
– Охрана, отец! Охрана! Они выставили и на этот ярус!
– Нас кто-то сдал. Видел…
– Я… я… усыпила охранника на втором…
“Дура” – произнес Коста одними губами и выразительно покрутил пальцем у виска. “Тупая бешеная дура”.
Менталист ругнулся под нос – запер дверь, обежал взглядом комнату, но прятаться было куда – тахта, столик, штор нет, ширм тоже – голая комната.
В дверь постучали.
– Открывайте.
Коста замер, прислушиваясь – менталист приложил палец к губам, и встал за дверь, прижав к себе и жестом показал ему – “молчание”.
– Открывайте, именем рода Блау.
* * *Вода капала тихо. Мерно. Раздражающе.
Хотя откуда в подземелье вода?
Таби сопела тихо, и встревоженно глазела на отца. Менталист молчал. Перебирал деревянные бусины, нанизанные на шелковую нить – “щелк, щелк, щелк”, и – смотрел в одну точку.
Коста старался не мешать – забился в дальний угол камеры, куда их бросили втроем, подгреб побольше соломы под зад, и – молился. Чтобы Великий и в этот раз был благосклонен к чаду своему.
Факелы чадили дымом. Едко и зло. Охрана лениво играла в го, перебрасывая камни с клетки на клетку, прямо у входа. В соседних камерах тоже сидели люди – слева – почти одни мальчики и юные служанки, судя по одежде – дети спали вповалку прямо на полу. В правой камере – почти одни старики и несколько молодых. Бодрствовали, но как-то странно – чуть покачивали и трясли головами, как будто… Коста прищурился, пытаясь разглядеть четче в полумраке… их опоили чем-то.