Печать мастера (СИ)
– Чего ты хочешь, малец? – сир Блау был пьян, но глаза смотрели цепко и почему-то зло.
Хмурый Наставник складывал пальцы в жест за спиной сира, показывая – но Коста не смог рассмотреть, что.
– Ну? И не мешай ему, – резко бросил Блау мастеру Хо. – Сейчас он не твой ученик, он такой же член отряда, как и ты. Он – мой.
– Перед последним спуском принято говорить о последнем желании, если кто-то не сможет вернуться, – подсказали ему за столом.
Не сможет вернуться? Пройдя десять уровней? Он точно намерен вернуться!
– Чего ты хочешь, малец? – толкнули его сзади по – дружески. – Проси у сира!
– Больше всего хочешь!
Коста облизнул губы, охватил взглядом весь отряд за столом, напряженного Наставника, и чуть заплетающимся от морса с самогоном языком выдал чистейшую правду.
– Хочу оставить след в Хрониках.
Наставник Хо беззвучно хлопнул себя рукой по лбу и поднял глаза вверх, прошептав что-то беззвучно. Все начали ржать через пару мгновений, так, что столы сотрясались от хохота.
– В хроники…
– Та погляди, чего захотел… а мы фениксы, фениксы…аха-хха….
– Малец не дурак….
– Ахахаха… в хроники захотел…
– В хроники попадают мертвые! Хочешь умереть? Можем устроить…
– Хро-ни-ки, – твердо повторил по слогам Коста. – Этого достаточно.
– Это не во власти сира, попроси что-то другое, – вмешался мастер Хо.
– Почему же? – Бородач Блау басовито захохотал. – А ведь я – могу! Могу! В отличие от тебя, – добавил он язвительно, – это в моей власти. Дать твоему ученику то, чего никогда не сможешь ты…
– Вэйлиент.
– Я дам ему возможность, – повторил сир жестко, глядя прямо в глаза Наставнику. – Посмотрим, какого ученика ты вырастил, Хо!
Разговоры за столом мгновенно стихли.
– Вэйлиент!
– Я обеспечу тебе место в Хрониках, малец. Если окажешься… достоин, – серебристая вспышка плетений ярко сверкнула в воздухе. – Слово. Блау.
Глава 7. Видеть суть
Северный предел, старый город
Двенадцатая декада с момента начала «зачистки»
– Один, два, три, четыре… девять, – Коста потряс головой, вывалил уже перетянутые лентами свитки пергаментов с бирками прямо на стол, и начал считать повторно, откладывая по-одному в сторону. – Раз, два, три… девять. Девять!
Должно быть десять! Одного уровня не хватает! Куда делся ещё один? Через тридцать мгновений их ждут в ратуше!
Косты закрыл глаза, выдохнул, и начал считать ещё раз.
Свитки уровней, схемы и планы готовили за декаду и сегодня представляли в магистрате. Утром Коста так и не смог проглотить ни ложки – первый раз за свою короткую жизнь.
– Раз, два, три…
– Хо-хо-хо, хо-хо-хо… светило ходит высоко, хо-хо-хо, хо-хо-хо… – Наставник Хо в свежем верхнем халате, подвязанным праздничным витым поясом – по такому случаю, спускался с лестницы, помахивая в воздухе трубочкой свитков, стянутых…
– Десятый! – Коста выхватил драгоценность, упаковал в плетенный баул к остальным, и затянул ремень. Мастеру доверять сегодня нельзя – старик вел себя странно – улыбался, встал раньше зари, сам сходил в пекарню за завтраком, и потом сам – не дав ему даже протереть вывеску, лично приладил на флигель пекарни доску – “Лавка имперского мастера-каллиграфа Хо”.
* * *Каждая карта уровня уже была помечена сразу тремя печатями – три уровня проверки – печать сира Блау, клановая, печать мастера-каллиграфа Хо и маленькая закорючка «К», которую ему разрешили поставить в верхнем углу каждого свитка. Такая незаметная, что не разглядеть, если не присматриваться, но Коста знал – и этого было достаточно.
Если магистрат примет планы катакомб – его “К” войдет в Хроники.
– Одиннадцатый – принято… двенадцатый – принято… семнадцатый… двадцатый…
Коста затаил дыхание, наблюдая, как поочередно к планам прикладывают печати, оставляя оттиски силой – заклинатель Блау, мастерская печать Наставника Хо и третьей – к свитку прикладывает свой перстень Первый помощник градоправителя.
Весь вчерашний день почти от зари и до зари команда спускалась вниз, чтобы сравнить карты уровней и проверить повороты.
– Принято.
* * *Северный предел, поместье рода Блау
– Вот. Твой последний заказ, малец. Я давал слово.
Первая линия защиты сияла серебром, купол было видно едва-едва, но Коста затаил дыхание, не в состоянии представить, сколько свободной силы сейчас переливается перед ним в воздухе.
Ворота поместья Блау высотой в четыре его роста покосились, обуглились по краям и были испрещены следами плетений – Коста насчитал четыре вида повреждений – режущие, молнии, секущие и черные точки от огня.
Наставник Хо шумно выдохнул.
– У Хэсау сейчас не лучше, – сварливо ответил Блау. – Вонги как следует потрепали их, и нужно ли говорить, что причина жива и здорова?
Наставник Хо сплюнул на снег и задрал голову вверх. Надпись “Поместье рода Блау”– покосилась, треснула пополам и золотые штрихи почернели.
– Защита выдержала, – в голосе Блау звучала усталая гордость. – И это только одна линия. Если алтарь накопит сил…через несколько зим можно будет наметить второе кольцо. И замкнуть полностью… зим через сорок, я надеюсь.
– Несколько зим? – мастер Хо подобрался. – Вы назначили дату ритуала?
– Ещё не выбрали. Отец хочет уйти спокойно, убедиться, что я удержу клан и… – сир Блау закончил говорить так тихо, что Коста не расслышал последние слова унес ветер.
– Нет, Вэйлиент, – наставник упрямо качнул головой. – Я уже отказался. Я должен портрет тебе, но я не рисую детей, особенно породнившихся.
– Это не было моей просьбой, Хо. Это приказ отца.
– Нет, Вэйлиент, – ещё тверже и резче отказался мастер. – Я сказал – нет.
Сир Блау сделал короткий жест в сторону мага из тройки сопровождения, и прежде, чем Коста сообразил – плетения сверкнули в воздухе, и он так и застыл с приоткрытым ртом, скованный “стазисом”.
– Ты переходишь границу, Вэйлиент! Это мой ученик!
– Вонги в городе, – произнес Блау размеренно, рассматривая крышу поместья вдали. – Ваш контракт с родом Блау истекает завтра. Я отзываю защиту рода. Решай. Два заказа – один для тебя, один – для твоего ученика, и мы продлим защиту и возьмем виру на себя.
– Я не рисую детей, Вэйлиент, – прошипел Мастер. – Я знаю, кем ты меня считаешь, но даже у такого как я, ещё остались принципы.
– Три заказа вместо двух. Алтарная доска, ты знаешь, что такое алтарный зал, малец?
Коста не смог бы кивнуть, даже если бы захотел.
– Мне нужна надпись, которую я повешу над входом – перед спуском в алтарный зал. Чтобы каждое поколение тех, кто переступает порог помнило эту простую истину. И оплачу очень щедро, Хо, не из казны клана.
– Я не рисую детей!
– Три заказа, и подорожные на две зимы, что мастер-каллиграф Хо находится под защитой рода Блау. Три заказа, возьмешь свой и я отдам доску, – сир Блау поднял голову глядя вверх, – твоему ученику. У нас есть краски, – процедил сквозь зубы Блау. – У нас есть доска, шрифт, и каллиграф. Два клановых каллиграфа! Но я отдам заказ мальчишке. Я обещал? Обещал. Он войдет в хроники. Хроники рода Блау. И никто не сможет сказать, что я не держу слово.
Клановая доска? Заказ? Писать? Ему? Он ещё даже не сдал официальный экзамен на Младшего каллиграфа и не сменил ученический жетон!
– Нет.
– Возьми заказ, Хо.
– Я сказал нет, Вэйлиент.
– Тогда убирайся с моей земли. Раньше, чем ты доберешься до въезда в город, там уже будут ждать Вонги.
Коста почувствовал, как его сразу бросило в жар – спину вспотела. Вонги – в городе? Вонги?!
Мастер молчал долго. Так долго, что у него затекли ноги и шея от неподвижности и начали неметь кончики пальцев.
– Вы пожалеете об этом, сир, видит Великий, – произнес Наставник Хо через пять мгновений и склонился в полном поклоне. Таком низком, что почти подмел снег рукавами. – Три зимы. Я хочу свиток с защитой на две зимы на территории Северного предела и на одну зиму – для предъявления на остальных клановых землях, и два заказа для моего ученика. А третий… принуждение заказом не считается. Какой заказ выполнять я решаю сам.