Дочь рода (СИ)

Казалось, мир замер на мгновение.
Замерли твари, замерли мы с Семёном, замер Алексей.
А потом до нас донёсся скрежет. Твари неслись на нас скопом. Сразу все.
Я наклонилась к Семёну и взглядом указала на его меч. Парень рвано выдохнул и кивнул, чуть прикрыв веки. Родовой меч не дастся в чужие руки, возможна только добровольная временная передача. Я благодарно склонила голову, сомкнула пальцы на мече рода Аристовых и развернулась к тварям. Встала плечом к плечу с Алексеем, который бросил быстрый взгляд на меч в моих руках и сжал губы.
Я не могу убивать живых. Но эти твари — неживые, призванные менталистом, всего лишь копии разломных. Только вот сил у меня на полноценный бой не хватит — это тело слишком слабое.
  
Глава 4
 
Мы с Алексеем сражались. Я могла ранить тварей, отрубить лапу или хвост, но не могла нанести последний удар — не хватало силы в руках, чтобы пробить толстую шкуру.
Как только Алексей понял мою слабость, мы перегруппировались. Я выступала впереди, наносила удары и отступала, а парень добивал раненых тварей. В таком тандеме мы сражались около часа. Я едва стояла на ногах, руки тряслись, Алексей дышал натужно и харкал кровью, но пока держался.
К Семёну мы не оборачивались — боялись потерять концентрацию, но я чувствовала, как бьётся его источник, знала, что он жив. Мой дар из прошлой жизни очень помог — не нужно было тратить время на диагностику, ведь зов показывал мне всех в этой пещере, не скрытых умением или артефактом.
Недобитые твари резко схлынули, отступили. Явно получили приказ. Где же этот вархов менталист, что до сих пор не показался? Мы переглянулись с Алексеем и приготовились к последнему бою. Мы оба понимали, что не сможем убить всех. А если вдруг случится чудо, нас добьёт тот, кто их привёл.
Тишина оглушала. После звуков битвы и звона мечей она звучала гулко. Свистящее дыхание Алексея подсказало, что я не оглохла. Твари спрятались от того, кто шёл к нам за их спинами. Если даже менталист боится его настолько, что отозвал тварей, то что остаётся нам?
Мой громкий выдох разнёсся по тоннелю, отразился от стен и вернулся ко мне.
Перед нами появилась морда. Оскаленная и совершенно не идентифицируемая. Но это не самое страшное. Эта морда принадлежала живому существу. Живая тварь среди призванных менталистом увров.
Она была живой.
А следом за ней шагали другие разломные твари. Разных видов и разных размеров. Определённо вожак. Вожак стаи живых разломных тварей разных видов.
Такого я ещё не видела за обе своих жизни. Никогда. Ни разу.
Мой взгляд наткнулся на изучающий прищур вожака. Оценивал и просчитывал. Это плохо. Это очень-очень плохо. Хитрая тварь. Какого же он размера? Одни только глаза больше моих ладоней.
— И чего ты ждёшь?
Спросила я у вожака, склонив голову к плечу. Мы мерились взглядами, повторяли движения друг друга.
Я начала игру, игру за жизнь с тем, кто мог бы стать моим соратником, другом и защитником. Мог бы, если бы мой дар распространялся и на животных, но, к сожалению, это было не так.
— Чего ждёшь, тварь? Добивай или уходи! Ну же!
С такими существами можно только так. Покажешь слабость — сожрут. Покажешь агрессию — разорвут. Покажешь, что равен — тогда есть варианты.
«Маленькая. Слабая. Уродливая… кто ты?».
— Яра, — ответила я на голос в голове. — Меня зовут Яра.
«Своя? Чужая? Не понятно».
— Не своя и не чужая. Другая.
Вожак не понимал длинных слов и предложений. Я решила говорить на его языке. И плевать, что Алексей Наумов таращится на меня круглыми удивлёнными глазами, а позади охает Семён.
Плевать.
Выжить. Вот что важно.
Выжить и выбраться отсюда на своих ногах, а уж потом разбираться с последствиями.
«Жизнь? Выход? Помогу».
Я чуть не осела на пол от облегчения. Он поможет. Поможет! Вожак не станет нас убивать и выведет нас к выходу. Это ли не счастье? По моим щекам потекли слёзы, я шмыгнула носом и счастливо повернулась к тому, с кем билась плечом к плечу. Мы спасены, мы выжили!
 
Алексей не разделял моей радости. Он-то не слышал ответа вожака. А со стороны всё выглядело так, словно я действительно умею повелевать тварями, или сама призвала их. Чтобы что? Получить долг жизни? Пленить двух идиотов, что попались в чью-то ловко подстроенную ловушку?
Будь я действительно менталистом, мне не понадобилось бы запугивать молодняк и таскаться по пещерам — имперская служба безопасности давно затащила бы меня в отдел, заставила подписать кучу бумажек и повесила на меня десяток клятв.
Менталисты всегда шли служить императору. Без исключений. Поэтому я и удивилась, когда поняла, что здесь именно увры. Или на наш род точит зуб кто-то из службы безопасности, или у нас тут гуляет неучтённый менталист. Для первого варианта слишком мелко. Второй вариант возможен, но тогда за этим отщепенцем стоит кто-то очень влиятельный, раз уж нашлись учителя для незарегистрированного менталиста.
— Помоги другу подняться. Мы уходим, — буркнула я недовольно. Вытерла слёзы и протянула Семёну его родовой меч. — Благодарю за доверие. Меч возвращён владельцу.
Дальше мы шагали по пустым тоннелям. Вожак передвигался впереди абсолютно бесшумно. Когда мы отставали он замедлялся, а потом снова ускорял шаг. Шорохи до нас не доносились, скрежет когтей по камню не преследовал. Мы шли в вязкой тишине, где каждый боялся сказать хоть слово. Боялся нарушить эту иллюзию безопасности.
Семён ковылял уже более уверенно, но я видела, что ему больно. Всё же мой энергетик не способен зарастить раны, несмотря на добавление бениты. Регенерация усилилась, парень не умер, но для полного излечения далеко — тут нужен хороший целитель. Алексей упорно молчал, сжимал губы и кривился при взгляде на меня.
Плевать. Мы живы. Мы выберемся.
Я чутко улавливала впереди жизнь вожака, вела парней по следу и почти ощущала на лице морозное дыхание гор. Там впереди явно был выход. Когда Алексей почувствовал то же самое, он резко повернулся ко мне, смерил нечитаемым взглядом и зашагал быстрее, таща бедолагу Семёна почти волоком.
Вожак резко вильнул в сторону где-то впереди и… исчез. Словно растворился, или скорее уж затаился. Да, живые твари способны на такое, в отличие от увров. Вожак проводил нас к выходу и спрятался. Закрылся от всех, даже от меня. Интересное умение, мне бы такое тоже не помешало.
Чем ближе мы подходили к выходу из пещеры, тем мрачнее я становилась. Там в тёмном тоннеле, пропахшем сыростью и кровью тварей я не думала о своём возвращении домой. Теперь же… теперь надо было решать.
Отец не простит мне того, что я выжила, и тем более не простит, что я вытащила возможных свидетелей его поступка. Отречься от рода я не могу. Стать бесправной в мире, где решают связи и родовые дары — самоубийство.
Проще было остаться и лечь умирать рядом с недобитыми тварями.
Вернуться?
Я обещала Ярине, что найду виновных в смерти её матери, виновных в её смерти. Но я прекрасно понимала, что отомстить не смогу. Просто не смогу забрать чью-то жизнь. Всё, что у меня было — интриги и подковёрные игры, в которых я успела поднатореть. В моём мире без этого я бы не продержалась так долго, а в этом… в этом я ещё не всему обучилась.
Мне не хватало информации. Ярину не учили тому, что могло мне пригодиться: расстановка сил, принципы магии и распределение Великих Сил. Самостоятельный поиск в сети выдавал только стандартные формулировки. Вся нужная информация может найтись в семейных хрониках и писаниях предков, которые заперты в родовом хранилище, но без разрешения Главы туда не попасть.
Моя задача — хранить семью и род. Делать всё для благополучия рода той, что подарила мне тело и дала шанс на новую жизнь в новом мире. Пока что отец Ярины не справлялся с защитой рода. Кто бы что ни говорил, я была твёрдо убеждена, что нельзя ставить на разные чаши весов семью и род.