Дочь рода (СИ)

— Первый наследник не может ответить на твои вопросы. Хорошо это для рода? Хорошо для Войтовых, которых осталось четверо, в случае потери Главы остаться без каких-либо данных о наших людях, землях, доходах?
— Там наверху сейчас начнётся война. Поэтому я спрошу один раз, — отец обошёл алтарь и встал напротив меня. — Кто-то из вас готов бросить мне вызов в алтарном круге прямо сейчас? Кто поведёт наших людей в бой?
— Ты можешь умереть там сегодня, — вернула я ему пронзительный взгляд и косую ухмылку. — И место главы займёт Николай. Со всеми теми знаниями, которые ты ему передал.
— Ты хочешь стать наследницей? — спросил он меня прямо, зная, что я не смогу солгать у алтаря. — Иметь право выбора жениха, остаться в роду и претендовать на место Главы в случае гибели братьев?
— Я хочу, чтобы род жил. Чтобы алтарь заполнился силой до краёв. Чтобы ни одна блондинистая стерва не посмела даже рот разевать в нашу сторону, — я ударила кулаком по алтарю, рассыпав по гладкому камню сноп магических искр. — Я хочу, чтобы под нас не копали, чтобы нас не топили, чтобы никто, кроме императора и Всевидящего, не стоял над нашим родом. Никогда.
— Тогда зачем ты оспариваешь мои решения? Зачем ты доводишь до такого состояния, что мне приходится просить предков о спокойствии? Ты вымотала мне все нервы только за последние недели.
Кажется, отец действительно озадачен. Он выглядел удивлённым и несколько растерянным. Но я устала играть по его правилам. Устала быть молчаливой тенью за его спиной. Устала притворяться Яриной — неразумной шестнадцатилетней девочкой.
— Раньше было лучше? Когда была тупой дочуркой, не сующей нос в дела рода? — я дёрнула уголком губ, едва обозначив саркастичную улыбку. — Когда не спрашивала, зачем тебе оборудование для добычи фульгурита, когда не спрашивала про маму и про то, почему она вышла из рода и решила сбежать? Когда наконец не задала ни разу главный вопрос: это ты убил нашу мать или знал ли ты, что её заказали?
— Яра…
— Мы стоим у алтаря. Лгать ты не сможешь, даже если захочешь. Но я не спрашиваю. Сейчас не спрашиваю, — я задрала подбородок и выпрямила спину. Встала так, как могут стоять лишь короли и императоры. С полным правом повелевать и правом миловать. — Тебе решать, будут ли наследники рода Войтовых уничтожать виртуальные армии или пойдут убивать реальных врагов рода. Я сказала.
Не знаю, что увидел Андрей Войтов в моих глазах: отблеск Хаоса, намерение идти до конца или тень Яара́ну Войту́ра — Неотвратимой, Неумолимой, Беспощадной. Но он отшатнулся и отвёл взгляд. Сделал шаг назад и выдохнул рвано, будто с чем-то смирившись.
— Ты пойдёшь со мной встречать армию Свиридовой. Николай останется в поместье, — он запнулся на мгновение, но продолжил. — Причина войны — диверсия в смежной шахте по добыче ронанта. После свадьбы мы планировали объединить производство, углубить шахту и выйти на общеимперский рынок.
— Значит, жила ронанта всё же существует.
Я сузила глаза и посмотрела на брата, который опять принялся изображать недоумка. Только вот я не верила в этот фарс. Его маска уже давно дала трещину. И мне ещё предстоит выяснить, для чего или для кого эта игра.
— Это секретная информация. Контракт на поставки заключён с военным ведомством, — отец снова запнулся, а я поняла, почему — он пытался солгать, но алтарь не позволял ему. — Людмила Свиридова не раскрывала своих покупателей, но подозреваю, что у неё контракт с Африканской Коалицией.
— Революционеры, ратующие за свержение монархии? Зачем это Свиридовой?
— Потом, всё потом, Ярина. Времени мало, через полчаса её армия достигнет третьей линии защиты и…
— Пусть, — перебила я его, покосившись на брата, который снова сбросил маску на пару секунд. — Нужно подпустить их к поместью. Чем ближе они будут к сердцу наших земель, тем полезнее для нас.
— Ты что-то знаешь, — утвердительно сказал отец и посмотрел на меня с выражением ожидания.
— Скорее, у меня есть теория, — разочаровала я его, снова бросив взгляд в сторону брата. — Мы можем организовать защиту на второй линии, а не на третьей?
 
— Полчаса… да, должны успеть, — ответил отец нахмурившись. Наконец до него дошло, что этот разговор стоит проводить наедине. — Всё, наверх!
Пока мы поднимались, я думала о тех моментах, когда Николай не мог удержать идиотическое выражение лица. И сходилось всё к тому, что мой братец замешан и в диверсии, и в объявлении войны.
Упоминание Африканской Коалиции и вовсе выбило его из состояния безмятежности. Тогда это могло бы объяснить, откуда у него деньги на дорогой подарок. Заколка стоила дороже всего моего гардероба, даже с учётом того, что я выбирала дорогие ткани и камни для украшений.
Или Николай играет против нас, или очень-очень близок к этому. А отец наверняка догадывается, поэтому и не посвящает первого наследника в дела рода. И поэтому же он отослал Михаила в военный Корпус, чтобы оградить от влияния нашего Коленьки. Младший брат всегда тянулся к старшему, копировал его, равнялся на него.
А я, как обычно, влетела с разгона, не разобравшись в ситуации, и спутала отцу все карты. Не мог он делиться с шестнадцатилетней пигалицей такими вещами, вот и играл во взрослые игры на своём поле, расставлял фигуры и планировал ходы.
Ну зачем я полезла на рожон, спрашивается⁈ Потому что купилась на доброту братика, который носил меня на руках по поместью и дарил подарки! Именно этой теплоты от родных людей мне не хватало, и он дал её мне. Какая уж тут глупость? Он просчитал и надурил меня.
Если наш Коленька сочувствует Коалиции, он уже завтра донесёт всё, что сегодня услышал. И про ронант, и про фульгуриты в наших горах… и про алтарь. Отец запретил нам спускаться, а я вынудила отвести нас полюбоваться на трещину.
После такого Николай ещё скорее перебежит на сторону революционеров, ведь рода не будет. Не будет Главы, приказов и наказания. Отменятся все клятвы…
Варх! Мне захотелось ударить себя покрепче, а потом ещё раз и ещё.
Что-то не сходится. Я задумчиво теребила карман и пыталась понять, где ошиблась. Озарение случилось, как всегда, неожиданно. Если брат не знал про жилу ронанта и фульгуриты в наших горах, то что он вообще делал в тех пещерах? Взял с собой друзей, мастеровых и слуг.
Покосилась на отца, но он был занят — отдавал приказы. Николай сидел и изображал идиота, тыкая пальцем в экран и отправляя виртуальных вассалов в бой. Какой же бред! Даже идиот не стал бы играть в игрушки за полчаса до начала боевых действий. Особенно если он наследник.
Зачем эта комедия сейчас? Ни отец, ни я не верим, что наш Коленька резко поглупел. Для кого он притворяется? Я принялась сверять в уме список слуг и посетителей, среди которых мог затесаться шпион. Тогда игра Николая была бы оправдана — он узнал кого-то или предполагает, что узнал.
Африканская Коалиция, пиранья-Свиридова, ронантовая жила, фульгурит… не слишком ли много всего и сразу? Именно на этих моментах брат не удержал лицо, это не может быть совпадением.
Я уже хотела потянуться мысленно к Ахашши, чтобы пытать его, пока он наконец не расскажет мне о Свиридовой всё, что знает, но меня отвлекла вибрация телефона. Входящий звонок с анонимного номера. Интересно.
— Слушаю.
— Как ты, ma chérie? — раздался из динамика взволнованный голос Макса. — Только что узнал, про заварушку на ваших землях. Помощь нужна?
— Пока нет, я верю в своего Главу, — тихо ответила я, прижимая телефон к уху и отходя в дальний угол.
— Это похвально и даже трогательно, ma chérie, но ты же знаешь, что я готов хоть сейчас примчаться и спасти тебя?
— Знаю и ценю, дорогой, но дай моему отцу шанс. Если он не справится, я наберу тебя.
— Мне это не нравится… и ты писала мне, — ах, вот в чём дело — чувствует себя виноватым. Он ведь обещал мне всегда быть на связи. — Прости, ma chérie, был занят и увидел только ночью. Иногда бывают ситуации, когда нельзя позвонить. Я уже выслал своих ребят для подстраховки.