Дочь рода (СИ)

— Конечно-конечно… но Он может быть недоволен, — Куприянов задрал палец к потолку и гаденько ухмыльнулся.
— Передай, что я проверил почти всех.
Борис поморщился, якобы от зелья. Его раздражал сам факт того, что герой Империи, командир батальона особого подразделения вынужден проверять провинциальных детишек.
— Одна девчонка не посещала школу почти две недели, — сказал он собеседнику.
Взгляд Еремея Куприянова стал жёстким, цепким — таким, что сразу становилось понятно, как этот человек дослужился до высокой должности и получил титула барона. Борис был уверен, что баронский титул не предел, да и связи у Куприянова такие, что даже ему, герою Империи, не снились.
— Кто посмел проигнорировать указ⁈
— Войтовы. Графиня Ярина Антония Войтова изволила лечить травмы после столкновения с иномирными существами, прорвавшимися на территорию графства.
— Что за бред? Каким образом девчонка могла получить травмы? Её бы заперли в подвале со слугами и…
— Она единолично отбила вторжение тварей, — Белкин позволил себе перебить своего надсмотрщика. — Старшие Рода устраняли последствия обвала в горах, а девочка сражалась с тварями.
— Быть того не может! Подожди… Войтовы? Боевые маги? И дочь у них, значит, пошла по боевой дорожке.
Во взгляде Куприянова мелькнул интерес. Острый, жадный, почти на грани безумия. Борис помнил всех, кого коснулся интерес Еремея Куприянова, и ему вдруг стало жаль девочку. Захотелось защитить её, оградить от этого жадного блеска в глазах Палача императорской канцелярии.
— Не совсем так, — осторожно сказал Белкин, тщательно следя за своими интонациями и за лицом Куприянова. — Наши источники утверждают, что девочка — пацифистка. Мухи не обидит. Владеет слабой разновидностью семейного дара — управление флорой.
— Какой ещё флорой? — нахмурился Куприянов.
— Листики-цветочки, — пожал плечами Белкин и чуть не вздрогнул, когда Палач резко взмахнул рукой.
— Пф-ф-ф! И ты утверждаешь, что эта девочка-ромашка отбила нападение тварей? — пока тон Куприянова недоверчиво-громкий, опасности нет… а вот если он заговорит тихо и ласково — тогда всё. И прятаться будет поздно. — Разломных, на минуточку!
— Здесь свидетельские показания, — Борис передал папку с документами барону и выпрямился. — Отряд военного Корпуса засвидетельствовал и устранение угрозы Яриной Войтовой, и травмы, несовместимые с посещением школы.
— Да что за травмы-то? — рявкнул Куприянов.
— Перелом правой ноги, ожоги и… прокушенная рука, — доложил Белкин и зачем-то уточнил. — Левая.
— Твари покусали девчонку? И не откусили руку по локоть? — барон Куприянов задумчиво покрутил ладонью в воздухе. На мгновение Борису показалось, что тот сейчас сложит пальцы в боевую фигуру и ударит ледяным штормом. — Что-то здесь не чисто.
— Вот и проверим, когда наша графиня придёт на уроки, — тихо сказал Борис, жалея о том, что вообще заговорил о Войтовой.
— Что у нас на неё есть? — подобрался Куприянов, словно хищник, почуявший запах свежей крови.
— Пока только неясные слухи, несколько мутных историй и локальное вторжение тварей рядом с землями рода.
— Слухи к делу не пришьёшь, а вот мутные истории можно потрясти, — Куприянов и правда сложил пальцы в сложный узел. Борис опознал первую фигуру из связки «ледяное копьё-шквал игл». — Подробности!
— Четыре года назад попала в аварию вместе с матерью. По слухам, Ольга Войтова пыталась сбежать от мужа в столицу к родне, вышла из рода Войтовых и попыталась вывезти дочь.
Белкин принялся отчитываться — сухо, по-военному, чувствуя, как по спине стекают капли пота. Аура Палача давила, заставляла подчиняться и не предполагала отказа.
— Бронированная машина марки «Дукс» последней модификации слетела с обрыва. Возможная причина аварии — столкновение, но тут более вероятен направленный удар.
— «Дукс»? Да тут бронебойный снаряд нужен, не меньше, — задумчиво проговорил Куприянов и щёлкнул пальцами. — Как выжила?
— Ольга Войтова погибла мгновенно вместе с водителем и двумя телохранителями…
 
Борис Михайлович Белкин, самый молодой герой Империи, командир батальона особого подразделения, сглотнул ставшую вязкой слюну и прочистил горло, сжавшееся от давления чужой ауры. Всего лишь барон? Теневой Палач императорской канцелярии?
Да судя по ауре, перед Белкиным маг девятого ранга, причём закатного, а то и вовсе вне категорий. Высший маг в статусе барона? Это даже не смешно. Кто прикрывается баронским титулом, имея максимально фиксируемый ранг? Что вообще известно о Куприяновых, которым титул даровали семнадцать лет назад?
Эти мысли промелькнули мгновенно. Белкин уже подобрался, расправил плечи и продолжил отчёт. Замолкать нельзя. Показывать слабость — нельзя. Подозревать Палача даже мысленно — нельзя. Только факты, по делу, чётко и без эмоций. Иначе туго придётся не только роду Войтовых.
— Девочку отбросило в сторону. В крови обнаружен редкий яд пустынного гарука, запрещённого на территории Империи.
— Как она выжила? Как? Это же практически невозможно…
Теперь тон Куприянова стал тихим, тягучим и вязким, как кисель. Этот тон предназначался только тем, кого уже приговорили. Борис почувствовал, как теперь и по виску стекает капля пота.
— У рода Войтовых хорошие целители. После недельной комы Ярина Войтова пришла в себя.
Голос героя Империи звучал как несмазанный механизм — натужно, со скрипом. Промолчать он не мог — Куприянов и сам доберётся до всех документов, но вот собственное мнение лучше придержать при себе. А именно за это его и ценили — за неординарные решения и действия, которые другим казались бессмысленными.
— Частичная амнезия, множественные переломы, резистентность к яду гарука и полная разумность, — продолжил он так же сухо. — Был направлен менталист для считывания и штатный целитель душ — девочка в себе, не сошла с ума и прекрасно себя чувствует. Вот отчёты.
— Потом посмотрю, — нетерпеливо махнул рукой Куприянов. — Дальше!
— Через два года в Тугольской средней школе произошёл взрыв. Ярина оказалась в эпицентре, но выжила. Погибших — четверо, один из которых Максимилиан Дюсолье.
— Эту историю я помню. Такая потеря для Империи и всего мира. Гениальный изобретатель! — покачал головой Палач, схватил документы и вчитался в ровные строчки. — Как Войтова оказалась в самом эпицентре взрыва, если в это время должна была отрабатывать боёвку на полигоне? Как получилось, что она выжила, а Дюсолье погиб?
— Гриф «Совершенно Секретно», полный запрет на запрос информации.
Очень-очень тихо сказал Борис Белкин, герой, командир, полковник… и вспотевший сорокалетний мужчина, который внезапно почувствовал себя маленьким мальчиком. Ледяное копьё пробило стену, шквал ледяных игл изрешетил остатки каменной кладки. В воздухе запахло морозом и озоном, как будто только что в комнате пронеслась и затихла гроза.
* * *
Я резко открыла глаза и положила руку на грудь. Мне казалось, что бешеный взгляд пригвоздил меня к обитой шёлковыми обоями стене. Я хватала воздух ещё какое-то время, пока не поняла, что стала свидетелем разговора между самым молодым героем Империи и неким неизвестным мужчиной.
Лицо было незнакомое, а вот сила, что вырвалась из умелых пальцев, была мне очень хорошо известна. И я не про стихию, хотя и она занимательна в конкретном случае, а про уровень воздействия.
Лёд — истинно водный вид магии, как камень для магов земли. Но при этом, те же иглы и копьё посылались в противника импульсом, схожим с элементами воздушной магии. Это — высший уровень владения даром. Не просто число напротив имени с указанием внутреннего резерва, нет… это вторая цифра — контроль.
Чем больше практики и усилий, тем более сложную магию ты можешь использовать. Чем выше контроль, тем дольше держится стазис или заморозка. Чем дольше ты тренируешься, тем лучше этот вархов контроль.
Мужчина в моём видении владел своим даром виртуозно. На уровне девять-девять. Девятый ранг, девятый уровень контроля. Ранг может вырасти больше девятого, но таких случаев — один на сотню. Перешагнувших через девятый ранг считали высшими магами или магами вне категорий, если они сумели подчинить себе контроль над стихией.