Золотой Стряпчий (СИ)

— Так вы, господин, можете этого Тольца в его мастерской сжечь, — пожал плечами дворецкий.
— И получить войну с городской стражей, а когда не поможет — с дружиной, — приподнял бровь я. — Или заплатить штраф в полтыщи, а то и побольше, авров.
— Так я же не к тому, что вам советую, Михайло Потапыч! Право такое у вас есть, так что если желаете вора подловить и допросить с пристрастием — так ни совесть моя, ни разум в службе на вас в это время препятствий не находит.
— Ну не находит — и хорошо.
Вечером не без помощи Млада отследил Тольца. Жил он, кстати, в доходном доме, что меня несколько удивило. Ну, понимаю, если бы не жил в мастерской, как большинство мне известных мастеров, потому что своё жильё имеется получше. Но тут, пусть в довольно просторных апартаментах, но доходный дом… Впрочем, пофиг.
Динька залезла в эти апартаменты, начала шуршать. И нашуршала довольно интересные данные. Тольц, как оказалось, относительно недавно, месяцев семь назад, получил ВЕСЬМА щедрую субсидию у рода Куква. Видимо, не слишком преуспевал до этого, чем и объясняется его арендное место пребывания. Я заинтересовался, Динька шуршала почти час, а в результате картина вышла понятной.
Итак, Тольц был подмастером до смерти своего бывшего мастера, а после наследовал ему: последний не имел семьи, да и, судя по рядам в металлическом шкафу Тольца, платил старик ему не слишком много, видно, под соусом «после моей смерти ваще всё твоё будет». Ну это ладно, хотя произошло это пару лет назад. И к моменту субсидии от сов Тольц практически разорился. Дальше — предположения, потому как прямых данных не было, но судя по отчётам, продажам и корреспонденции выходило, что Тольц — просто не был мастером. Не по знаниям-умениям, этого у него хватало: судя по найденному, прекрасно, в срок и даже с письмами одобрения, справлялся. Просто он был напрочь лишён творческой жилки. Хороший организатор производства, знающий одарённый-маготехник и механик… И ни хрена не инженер, ну или мастер по-местному. Хулительные письма от отказавшихся от услуг мастерской на это указывали: от Тольца хотели чтобы он «сделал красиво», а он делал «по правилам». В результате персонал мастерской сократился до трёх человек, еле-еле оставаясь на плаву.
Далее, Куква как раз были теми, кто Тольца хвалил. Заказывали они у него расходники довольно большими партиями. Патроны, простейшие одноразовые амулеты-артефакты. С которыми этот деятель прекрасно справлялся, причём, несмотря на малое количество работников — в очень сжатые сроки и качественно.
А вот дальше предположения. Похоже, совы решили сплагиатить. Не аркубулюсов, само собой, а формат «товарищества», который был на слуху. Правда, условия «вхождения в дело» были ГОРАЗДО жёстче, чем у Готного, но Тольц за это предложение ухватился, как понятно. Восстановил численность мастерской, выкупил помещение побольше, а через месяц и дальше — всё более и более гневные письма от Куква. На тему «где деньги, Тольц⁈»
Потому что на «текучке» капиталы не поднимешь, клиентуры у Тольца в результате не прибавлялось, а Куква просто выкинули деньги, потому как расходниками им Тольц «отбил» бы инвестицию лет за пятьдесят. Про прибыль, на которую лопоухие совы рассчитывали, можно и не говорить.
Судя по бумажкам о найме «прознатчиков» — Тольца реально зажопили. И он решил заняться промышленным шпионажем, в той или иной форме. Судя по количеству расписок — далеко не только за Товариществом следил, но вот идиотом, доверяющий секреты производства не под клятвой, оказался только Готный. Ну, есть надежда, что исправится. А дальше понятно. Вышел на Рябого, договорился, получил схемы аркубулюсов, причём судя по всему — за очень немаленькие деньги. Расписок на этот акт ограбления моего почтенства у Тольца не обнаружилось. Причём, с высокой вероятностью, Куква о его деятельности против меня не знали. А может, и знали, но забили, что и пофиг, в общем-то. Ну, разве что, если обратятся ко мне за чем-то — вчиню им ценник пятикратный! Но это дело будущего, да и посмотрим по суду, гневаться мне на совятник или махнуть лапой.
 
Млад шуршал стилом, пока я ему диктовал имена, пароли и явки фигурантов. В общем-то уже, если тех же наёмных прознатчиков потрясти — можно судиться. Но их много, да и доказательства не железобетонные. А вот про Рябого — ни строчки, так что, наверное, буду этого Тольца гопать, заключил я. Проконсультировался с Младом насчёт алхимии: сам я про неё знал не мало, но и не много. И оказалось, что зелья — в основном, работа владетелей, что и неудивительно. Ну а уже у владетелей её скупают аптекари и прочие типы, до аптекарских магазинчиков териантропы не опускались. То есть школы «алхимии» ни черта не было, разве что торгующий зельями Пантеон мог иметь неплохую «базу». Но вот всякие «сыворотки правды» и прочие не лечебные, а интересные смеси, типа не фиксируемых отрав, в продаже в Пантеоне не найдёшь. И в приличных аптекарских лавках — тоже.
— Что-то прямо запрещено в Золотом, Михайло Потапыч, — сообщил дворецкий.
— А я в законах не находил, — хмыкнул я.
— Так это не законы Корифейства, а указание страже и службам, с торговцами дела не иметь. Запретить тот же яд никто не сможет — владеющих в Золотом много.
— Логично. Но достать можно.
— Не без этого. В работных районах аптекари из-под полы и не таким торгуют.
Ну, в общем не столько «работные», сколько трущобно-криминальные районы, как понятно. Подумал я, прикинул, что в текущем деле мне алхимия не слишком поможет: я и так дело могу закрыть, просто с Рябым это будет быстрее, так что от Тольца мне только и надо, где этого прощелыгу найти. Но на будущее — не помешает хотя бы с ассортиментом ознакомиться.
— А ты с этой алхимией… — обратился я было к Потапу.
«Нет!» — отрезал топтыгин. — «Это кошаки драные всякими ядами и прочей гадостью занимались!» — явно имея в виду Феллисов, буркнул он. — «И я — спать!!!» — явно не желая продолжения неприятного диалога, рявкнул Потап.
А на следующее утро важно вышагивающего Тольца ухватила за шкирку и утянула в подворотню моя замаскированная персона. А замаскированный Млад отслеживал округу, чтобы нам не помешали.
— Вы⁈ — возмущённо(!) уставился на наши замаскированные персоны Тольц. — И где мои деньги? — сложил ручонки на груди всё так же удерживаемый за шкирку плагиатор.
Ни хрена не понял, но очень интересно. Только что его силой затаскивают в подворотню пара типов в матерчатых масках. Явно не на чай с плюшками. А он ведёт себя так, как будто знакомые, да ещё и денег требует. Но с начала — дело, отвесил я подзатыльник в десятую силы. Тольц дёрнулся, в возмущении взгляда подутратил, побледнел. Затравленно зазыркал по сторонам, набрал воздух в лёгкие…
— Заорёшь — выпущу требуху, — любезно сообщил я, тыкая в пузо плагиатора ножиком. — Времени узнать, что нам потребно — хватит, перед тем, как ты сдохнешь. А то, что нужно, ты скажешь, есть способы.
— Так что вам надо-то⁈ Вы мне и так мою долю не вернули! — истерично, но негромко задёргался Тольц.
— Где Камил Рябой? — не стал я отвлекаться на постороннее — чуть позже узнаю.
— Так он от вас сбежал⁈ — вытаращился на меня Тольц.
Переглянулся я с Младом, увидел в его глазах то же офигение, что было у меня. И стукнул по Тольцу в четверть силы.
— Ты на вопрос отвечай, если хочешь до вечера прожить, — сообщил я.
  
28. Огненная вода
 
— Так вы не от Корчмаря⁈ Ой, не бей меня! — верещал Тольц.
— Как же тебя не бить, морду непонятливую, если ты на вопросы не отвечаешь? — поинтересовался я. — Разве что убивать сразу.
— Не надо меня убивать!
— Будешь отвечать — не надо. Не будешь — надо. И говори, где Рябой, морда твоя наглая! — возмутился я, отвешивая аккуратные, но сильные (для человека) люли.
Тольц после нескольких тычков в особо уязвимые части тела пригорюнился и стал «колоться». Сначала — врал, но я документы, расписки и бухгалтерию мастерской прекрасно помнил: даже без проверок понятно было, где врал. Ну а получив ещё люлей, всё же стал рассказывать по делу. И вовремя — я уже беспокоиться начал, а не забью ли я деятеля насмерть: так-то пофиг, но основной своей цели я не достигну.