Золотой Стряпчий (СИ)

Так что, раз уж я не сплю, то всяким сотрудникам, действующим и потенциальным, сам я велел. И погнал я, для начала, в мастерскую Товарищества. Готный дрых, бездельник, но мне он был не особо нужен: мой заказ в виде аркубулюса был готов, что мне продемонстрировал один из подмастерьев.
— Доставить поутру к Медвежьей Услуге, — довольно оглядев ездового медведя сообщил я. — Найдёте чем?
— Найдём, почтеннейший Михайло Потапыч.
— Ну, значит, чтоб не позднее половины девятого пополудни чтоб было.
Тут дело было в том, что аркубулюс — индивидуальное средство передвижения. Мы в своё время с Готным серьёзно думали, делать ли контракт с духом «индивидуальным», с конкретным владеющим (или одарённым — им, как понятно, аркубулюсы тоже годились), или же делать «общий», с привязкой к железному телу. В итоге остановились на индивидуальном варианте: железный медведь — вещь дорогущая, статусная, признак роскоши, но при этом боевая и полезная. И оставлять дыры в безопасности из расчёта нескольких нищебродов, которым «два аркубулюса и шестнадцать сёдел» — нерационально. При этом, возможности к активным действиям и передвижению скакун получал только после привязки от владельца, на «кровь и магию». И до этой привязки был просто пустотелым металлическим статуем.
А дальше мне предстояло, если конечно, повезёт, отловить Квадрасека. Шуточное предположение, высказанное Лисе, насчёт свести его с Младой, после обдумывания, выходило более чем интересным. В моих интересах, да и в интересах каждого из этой предполагаемой парочки. Лаш, помимо того, что вряд ли откажется от партнёрства, получит то, чего парню явно не хватает. Я вот, например, с удивлением понял, что по-человечески из всей дружины с Лашем общался и общаюсь только я, а остальные — как с роботом. Это при том, что даже не знают, что это такое. А у парня проблемы с выражением эмоциональной сферы, а не её отсутствие, да и к эмоциям он тянется. И финансовое благосостояние, да и вообще, Млада — девчонка симпатичная, вполне аппетитная.
Самой же Младе… да просто нет у неё шансов выжить, кроме как в браке. Она не самостоятельна, уж точно не для Зиманды. При этом владеющий, даже искренне к ней расположенный, введёт её в свой род. И Радичи, скорее всего, прервутся, а тут возникает вопрос Рада, тотемной куницы-дракона. В его суицидные (точнее, ведущие к духовному регрессу) наклонности я не верю, а значит: он либо не даст такому браку состояться, либо начнёт буянить, скорее всего, прибив девчонку. Кстати, то, что Лиса планировала её «под меня» — довольно разумно с этой точки зрения: Потап с каким-то там Радом справился бы и девчонку отстоял. Скорее всего, у рыжей вышло интуитивно, потому что всеми данными она точно не обладает.
Так вот, в таких раскладах Лаш, способный её защитить от внешнего мира, при этом не вызывая конфликт с Радом и давая возможность продолжить род — не просто находка. А уникальный шанс, за который нужно хвататься руками (всеми четырьмя) и ногами (в меру растяжки и навыков).
То есть: я получаю довольного и обязанного мне сотрудника — не вполне наёмника, скорее этакого младшего партнёра, но всё же. У Лисы остаётся её подружка, что рыжей, судя по её действиям, важно. Так что шутка переставала быть шуткой, а стала целью. Хотя, пожалуй, вносить в перечень услуг Медвежьей Услуги «опытная сводня» — несколько чрезмерно.
Добрался до многоквартирника Лаша, ну и с фирменным «открывай, Квадрасек, медведь пришёл!» завалился в квартиру морозилкина. Параллельно обдумывая, что если моя задумка воплотится, то Лаш лишится своей, вызывающей массу эмоций фамилии. Так и не придя к выводу, хорошо ли это или нет, я махнул лапой: в общем-то, пофиг. И стал разбуженного одарённого агитировать. Кстати, выглядел он так, что поднимал настроение одним видом. Позёвывал, стараясь делать это незаметно, моргал спросонья, но при этом — всё с каменным, безэмоциональным лицом.
— Доброе утро, Михайло Потапыч, — наконец, раскрыл Квадрасек пасть, впервые за четверть часа моего визита.
 
— Ага. Вроде здоровался, — призадумался я.
— Здоровались. Я пытаюсь понять, зачем вы мне рассказываете историю этого рода, Радичей и про эту владеющую, Младу.
— А ты не понял? — на что последовало поматывание головой. — Ну смотри. Найти владеющую, далеко не бесприданницу, с особняком в столице — непросто. Особенно одарённому, сколь бы могуч он не был. Тебе службы осталось чуть меньше года?
— Примерно так.
— Вот. А почему бы тебе на этой девице не жениться?
На этот раз эмоция у Квадрасека была достаточно сильна, чтобы вытаращить на меня удивлённые глаза. Я этим зрелищем полюбовался, но свои рассуждения и выводы сообщил. Не всё прямо, конечно — например насчёт потребности Лаша в человеческом общении умолчал. Либо сам всё понимает, либо не понимает, но тогда ему и не нужно понимать.
И, вроде бы, заинтересовал. Но очень «в общем», даже не в плане радостного подпрыгивания — такого от Лаша ждать глупо. Но, например, этому ледяному привереде возжелалось посмотреть на объект разговора. И даже показаться ему, чтобы понять «глянемся ли мы друг другу».
— Привереды какие, — посетовал я. — Собирайся, сегодня у меня гулянка, ты приглашён. Млада Радич у меня, заодно и позавтракаем, познакомитесь.
Притащил Лаша в Услугу, разбудил Лису, ну и затеял общий завтрак. Между кофе и мёдом распеваясь соловьём: какой Квадрасек могучий, замечательный и Морозный.
— И с владетелем справитесь? — хлопала глазами Млада.
Хлопала глазами не столько по наивности, сколько из-за некоторой табуированности темы «могучих одарённых» в быту владетелей. Не принято было эту тему обсуждать, в книгах и газетах тема тоже не обсасывалась, а общение с владеющими у девицы было не слишком разнообразным и частым. При этом «общий момент», что одарённый намного слабее владетеля и что-то может сделать «владетелю земель и защитнику» только большой компанией себе подобных, с оружием и из засады — был именно «общим моментом», в доказательствах не нуждающихся.
— Справляется, — весомо покивал я.
— Да, — кивнул Квадрасек.
— И даже… — стрельнула в мою сторону Млада.
— Нет. Михайло Потапыч — самый сильный владеющий, с которым я сталкивался, уважаемая Млада Радич. Последние семь лет я проводил потешные схватки с владетельными дружинниками его величества Корифея и проиграл только двоим. Михайло Потапычу и уважаемому воеводе Серпенту, — равнодушно произнёс Лаш.
Хм, а силён воевода, прикинул я. Нет, понятно, что слабаков на такую должность никто брать не будет, но я Квадрасека, будем честны, «читерством» победил. Сейчас — да, скорее всего, справлюсь, но не в начале дружинной службы. И чит в виде Потапа, несколько отличной магической природы попаданца — это вообще-то огого какой бонус. Считать себя «самым крутым», всего достигшим сам — конечно, приятно для самолюбия, но идиотизм редкостный, так что я себе прекрасно отдаю отчёт — я ЧЕРТОВСКИ везучий. С недоступными окружающими бонусами, да и… да, надо бы время от времени тренироваться, мысленно вздохнул я. Не хо-о-очется, но как раз в этот момент у меня формализовалась и так понимаемая мысль, не слишком приятная, но при этом вполне объективная. И потенциально — смертельно опасная. Но это я попозже обдумаю, сейчас не до неё.
А тем временем Лиса начала рассказывать (с моих слов) про эмоциональную сферу Лаша. И очевидно, что в психологии подруги разбиралась гораздо лучше меня: если на необоримые квадрасечьи возможности Млада лупала глазами и ахала, но как на сказку, то тут…
— Так вот почему… простите, Лаш, — покраснела девица. — А вы вообще не испытываете эмоций?
— Испытываю, — проронил Квадрасек, посмотрел в заинтересованные глаза девицы и продолжил. — Я помню, каким был. Просто после одарения — многое стало неважно. И я не очень понимаю окружающих, не головой, а тут, — указал он на грудь, — зачем они тратят столько сил на непонятное.
— Ну как же! — затараторила Млада.
И продолжила тараторить про всяких птичек-бабочек и «приятно». Я бы Лисе большой палец показал, но на Зиманде этот жест был неизвестен, так что просто незаметно одобрительно моргнул. И поднялся из-за стола: