Горький вкус Солнца (СИ)

Мы с Марком поглядели друг на друга. Я впервые осознала, как нелегко ему было последние годы — пытаться жить без чувств, без веры в чудо, без праздников и дружеских встреч. Он потому и не подпускал к себе воинов, что боялся снова причинить кому-то боль. Солнечный думал, что виноват в гибели Агны, хотя какое уж там, если старшая Магици была смертельно больна! К тому же это жуткое существо на болотах…
Я положила ладони ему на грудь, запрокинула голову и поцеловала мужчину в губы. Больше он один не останется, я найду способ вернуть жизнь в солнечное поместье, позову обратно улыбки и смех! Я повторила поцелуй, и губы Марк дрогнули. После третьего раза он ответил мне, прижал к себе и принялся целовать страстно и горячо. Новые ласки, непривычные и приятные, от которых я дрожала крупной внутренней дрожью, и даже сами воспоминания не могли помешать новой создаваемой нами памяти…
Мы легли рядом, и Марк обнял меня сзади, как и в прошлую ночь. Одеяло было не нужно. Я заметила, что Солнечные вообще не укрывались. К сожалению, приятность такого сна была нарушена отнюдь не радостными событиями. Оказывается, Солнечный разговаривал во сне, и он произносил не мое имя. Агна. Она все ещё была с ним в мире грез. Что они делали там, просто общались? Или она обнимала его, как я не смогу обнять, утешала, как не смогу утешить я? Болью отзывались во мне прежние мечты. Я знала, что проигрываю. Знала, что пути назад нет, и не сдалась — отчаялась.
Когда под утро я проснулась, супруга рядом не было, он стоял неподалеку и осматривал округу. Конечно, меня в список дежурных не внесли, но я и не горела желанием спорить. Возможно, потом, когда они устанут…
Последующие два дня мы ехали и делали короткие дневные и долгие ночные остановки. Всё шло хорошо, и я привыкла чувствовать Марка рядом, так же, как привыкла к тому, что он видит во сне другую женщину. Я не говорила любимому о том, что слышу, он не рассказывал о своих снах. Целовал меня редко — перед сном и утром, после пробуждения. Поцелуи были нежными, но быстрыми, словно Марк боялся вернуть то сладкое чувство, что зародилось между нами дома. Я уговорила себя не спешить, зная, как тяжело ему снова впустить в свой мир женщину.
На четвертый день мы добрались до главного колодца. Его вид сразу вызвал беспокойство у Дэра, бывшего здесь совсем недавно.
Магия исчезла. Внизу больше не было белого таинственного света, только чернота.
— Нужно спуститься, — сказал Марк. — Поглядеть, что там.
Меня передернуло от страха.
— За братом хочешь последовать? — нахмурился Дэр.
— Позволь мне, Марк, — сказал один из Солнечных по имени Кимбэл. — У меня ни семьи, ни подруги. Если исчезну, отдадите мой дом шуршакалу.
Мы рассмеялись, но тут во весь рост поднялся Кулёк. Напуганная, я про него совсем забыла.
— Властители, позвольте мне это сделать. Я хорошо лазаю.
Воины переглянулись.
— Думаю, это хорошая идея, — сказал Дэр. — Обвяжем тебя веревкой, дадим светлячок.
— Подождите.
Марк подошел к колодцу, и я едва сдержалась, чтобы не обхватить его сзади. Но Солнечный не собирался прыгать, он творил магию. С пальцев мужчины вниз устремились яркие лучи, и вскоре стало видно дно колодца — пустое, каменное. Однако это был не просто туннель, и он завершался не как прочие. Там не было тупика — внизу определенно находилась пещера. Обширная или крошечная, мы не знали. Кулёк быстро подбежал к Марку.
— Господин, вам незачем рисковать.
— Я и не собираюсь, раз смельчаки нашлись. Кимбэл, что скажешь?
— Пусть идет, — улыбнулся мужчина. — Он и по размеру лучше подходит.
Мы рассмеялись.
— Осмотришься там, дернешь один раз — это будет означать, что всё хорошо, — сказал Марк карлику. — Если тебя надо срочно вытянуть — дергай дважды или кричи, мы сразу вытащим. Постарайся запомнить всё, что увидишь. Вот, возьми светляка. Не лишим будет, если там внизу много места.
— Всё сделаю, — кивнул шуршакал. Он был возбужден и счастлив. Ещё бы! Люди доверили ему такое важное дело! За прошедшие двое суток он постоянно что-то делал — то притащит магически травы, то лошадей покормит дикими яблоками… Вчера я сшила ему нормальные штаны и рубашечку, и человечек, прежде чем начать спускаться, переоделся в старое. — Чтобы не запачкать, — пояснил он.
 
Марк молча принял из рук Дэра веревку и крепко обвязал Кулька за пояс. Тот улыбнулся, прыгнул на край и ловко начал спускаться вниз, цепляясь за камни. Это заняло у него всего полминуты.
Он осторожно тронул пальцами пол и, только убедившись, что всё спокойно, встал ножками. Поднял голову, поглядел на нас и улыбнулся.
— Здесь проход. Я пошел.
Дэр кивнул, а я помахала рукой.
— Если веревка кончится, дальше не ходи, — предупредил Марк.
Шуршакал кивнул и стремительно исчез под землей. Нам оставалось только ждать.
Несмотря на то, что веревка была натянута до предела, Кулька всё не было. Свет Марка давно погас, а маленький храбрец не возвращался. Хорошо, что мы дали ему светлячок.
— Эх, сгинул небось мелкий, — сказал Дэр. — Жаль. С ним весело, и поболтать можно. В отличие от тебя, Сварт…
Марк невозмутимо продолжил жевать лепешку.
— Помнится, мы спорили о силе слова, Магици. Тогда Андрей предложил нам сделать копию летописи Атры для его библиотеки.
Он говорил о наследном принце Западного королевства. Андрей был другом Дэра, и к Марку, насколько я знала, относился холодно и недружелюбно.
— О, да. Несмотря на дружескую встречу все только и думали о том, что мы можем друг на друга наброситься.
— Ты сказал, что я урод, — усмехнулся Марк. — Потому что похож на кривой огарок.
— Ага. А ты любезно предложил мне засунуть молнии в… то место, на котором я сижу.
Веревка дважды дернулась, и мы одновременно склонились над колодцем. Дэр и Марк взялись тянуть, и недоуменно переглянулись.
— Там отнюдь не маленький карлик!
— Надеюсь, не монстр, надумавший явить себя солнцу…
Воины столпились кругом, держа оружие наготове, а я стояла поодаль, чтобы не мешать. Однако то, что ребята вытянули, было не монстром и даже не живым существом. Некий объемный черный квадрат из странного материала, на одной стороне вставка из серого стекла, какие-то решеточки и круглые выбоины. Предмет был большим, размером с осеннюю тыкву.
— Он привязал это, чтобы мы подняли, — сказал Дэр. — Зачем, интересно?
— Скинем веревку, — отозвался Марк. — Надеюсь, шутник поднимется следом.
И спустя несколько минут шуршакал действительно вылез, но с трудом — тащил с собой ещё несколько вещей. Странного вида очки с темными стеклами, какую-то черную блестящую штуковину и старый амулет на длинной цепочке.
— Уф! — сказал он. — Тяжело…
— Зачем ты это принес? — спросил Марк.
— Предметы не пахнут нашими краями, — принялся объяснять шуршакал. — Я вещи чувствую, а эти молчат. Как будто они давным-давно забыли, на каком языке говорить, чтобы быть понятыми. А там, там внизу полным-полно таких вещей! Пещеры огромные, запутанные, странные… И высокие, к каким вы, люди, привыкли. А ещё, — и он понизил голос. — Я там шаги слышал. Бродит внизу кто-то, господин Марк. Большой. Человек или зверь — не знаю.
Этого оказалось достаточно, чтобы мужчины захотели увидеть все своими глазами.
— Магия, — сказал Дэр, — она там внизу есть?
— Нет, господин, — с готовностью отозвался Кулёк. — Но чем глубже уходишь, тем более явным становится присутствие силы. Наверняка эти подземные туннели огромны…
— Особенно если учесть, что колодцы раскиданы по всему материку, — нахмурился Марк. — Значит, незнакомцы могли уйти куда угодно.
— И где угодно выйти, — закончил Дэр. — Особенно если магия погасла.
— Но почему она ушла? — спросила я. — А что, если они её погубили?
Дэр и Марк переглянулись.
— Тогда они обладают удивительной мощью, — сказал Марк. — Но это противоречит тому, что я увидел. Ни один не смог оказать мне достойного сопротивления.