Горький вкус Солнца (СИ)
Возле кровати дремал Марк. Уже наступила ночь, и ему наверняка было нелегко дежурить около меня, не проваливаясь в глубокий сон. На Солнечном была серая рубашка и те же коричневые штаны, волосы завязаны в короткий смешной хвостик. Я медленно перекатилась, и, приволакивая ватную ногу, доползла до края матраса.
Мне не хотелось его будить. Было бы ещё лучше, если бы мужчина лег рядом, и мы спали вместе. Как любила говорить Мэй, совместный сон исцеляет. Подозреваю, она имела в виду вовсе не мирную дрему… Я тихонько прижалась к его коленям и принялась разглядывать ровное загорелое лицо. Марк дышал глубоко и спокойно, лишь иногда чуть хмурился. Наверное, видел сны. Веки его подрагивали, руки был скрещены на груди, а ноги вытянуты вдоль кровати. Мне казалось, что он вот-вот сползет со стула на пол.
Я огляделась — небольшая уютная комната. Мебель светлая, голубые занавески без вышивки, и светлячки как маленькие звезды — свободно летают по комнате. Я знала, что такое возможно, но прежде не видела своими глазами, только на картинках. Это было не удивительно — ведь огоньки рождались из солнечных капель. Кому как не властителю света их отпускать?
Красиво. Словно сон, из которого не хочется уходить. Мерцающее волшебство, и ты лежишь средь звездных просторов и можешь этих звезд коснуться…
Марк несколько раз тяжело вздохнул, нахмурился, вздрогнул, и я положила ладони ему на бедра:
— Проснись!
Он медленно разлепил веки и тотчас подался ко мне.
— Привет, котенок. Тебе легче?
— Да, — прошептала я. — Где мы?
— У меня дома.
— А мои родные?
— Приехали несколько часов назад. Ты уже долго спишь, Габриэль.
Он накрыл мои ладони и склонился ниже, к чему-то прислушиваясь.
— Толку от того, что я слышу токи, если не могу лечить…
— Ты можешь подсказать другим.
— С Агной это не помогло.
— Чем она заболела, Марк?
— Не знаю. Но у неё была метка — как след судьбы, которой не избежать. Я видел и чувствовал её, но никому бы это не доказал.
Он погладил мои пальцы, и нежность разлилась по телу.
— Пожалуйста, если можешь, ляг со мной рядом, — попросила я. — Просто поспим. Мне спокойно, когда ты здесь, но нельзя же всю ночь сидеть нас стуле!
— Хорошо, — на удивление быстро согласился мужчина и, стянув рубашку, тихонько и бережно подвинул меня к подушке.
Когда он устроился возле, я попыталась лечь ближе, но Марк остановил меня.
— Лучше я. Тебе не стоит шевелиться.
И позволил уткнуться в свое плечо носом. Как приятно пахла его горячая кожа!
— Марк, почему твой дом звездный? — прошептала я.
— Что есть солнце, если не звезда? — тихо отозвался он.
— И правда. Только большая и яркая. Ты долго не приезжал…
— Я не передумал, Габриэль. Но теперь только больше убедился в том, что Атра должна быть укреплена.
— Как? — Он устало поглядел на меня, и я отругала себя за болтливость. — Прости, Марк. Это не срочно. Поговорим завтра.
— Если ты не против, — сказал Солнечный. — Тебе надо хорошенько отоспаться.
— Доброй ночи, — отозвалась я, надеясь на поцелуй.
Марк усмехнулся.
— Ты знаешь, что совсем не умеешь скрывать свои желания, котенок?
— Эм… Хм… — только и удалось выговорить мне.
Мужчина покачал головой и склонился, мягко и легко касаясь моих губ.
— Доброй.
Довольная, я закрыла глаза и даже не думала о том, что нога ужасно чешется под повязкой. Это была замечательная ночь рядом с любимым. Моя первая ночь с ним — мирная и волшебная.
И утро выдалось добрым. Прежде всего, потому, что я проснулась раньше Марка и снова получила возможность его разглядывать. Удивительно, но тонкая полоска света на горизонте не пробуждала Солнечного, хотя Дэр и говорил, что Сварт встает до рассвета.
Солнечный властелин. Стану ли я его новой семьей? Смогу ли побороть боль и муку Марка, его привычку одиночества? Я с улыбкой поглядела на свое платье — оно стало неприлично коротким. Нога была замотана особой тканью — мы в поместье звали её сеточкой. Легкая и мягкая, удобная для перевязки — наверняка мои привезли с собой. Я решила поглядеть на бедро и попыталась развязать узел, но он не поддавался. Так и сяк, изгибаясь и крутя головой, я пыталась достать до него зубами, и через несколько минут услышала приятный тихий смех.
— Твоя гибкость поражает, — сказал Марк.
Я повернулась к нему и улыбнулась, видя, какой он милый и растрепанный после сна. Его хотелось не просто обнять — зацеловать до умопомрачения.
— Привет, — прошептала я, борясь с желаниями.
— Как твой брат говорил — утро достало?
Я рассмеялась.
— Просто Дэр любит поваляться в постели.
— А ты? — спросил Марк.
Он лежал в расслабленной позе, подпирая щеку рукой, и я осознала, что пялюсь на его обнаженную грудь. Ночью он сказал, что я не умею скрывать жажды. Что же получается, он ведал, чего хочу сейчас? Я покраснела и пробормотала, пряча глаза:
— Зимой приятно понежиться под одеялом. Летом тоже хорошо полежать, но если настроение есть. А если предстоит что-то интересное, я встаю быстро.
— Габриэль, — сказал Марк, и я почувствовала, как качнулся матрас. — Ты зачем от меня таишься?
Он взял меня за плечи и медленно потянул к себе. Это послужило сигналом моему сердцу и телу, и я поспешно залезла к мужчине на колени, обняла его за шею и замерла.
— Я тебе хотя бы немножко нравлюсь?
— Конечно. Я бы не стал придумывать чувства на пустом месте. Мне с тобой спокойно и славно.
— Значит, я счастлива, — сказала и прижалась щекой к его груди. — Это многое для меня значит. Скажи, а кто из Магици приехал?
— Бэйт, Ласс и твоя мама. У Бэйта талант создавать лечебные зелья, с такими не пропадешь. Убедился в этом, когда Дэр и Мэй меня после битвы с тенями отпаивали. — Он гладил мои волосы — без страсти, без напора, но до мурашек приятно. — Хотят поскорее забрать тебя домой.
— Они будут разочарованы — я не хочу уезжать от тебя.
Рука на мгновение замерла, потом продолжила скользить по спутанным прядям.
— Понимаю. Но в любом случае ты должна проститься с родными и забрать вещи.
— Значит, я вернусь, как только сделаю это.
Он кивнул.
— Я поеду с тобой.
— Из-за тех людей?
— Да. Не потому, что Ласс и Бэйт не справятся. У незнакомцев были странные токи, Габриэль. Я таких прежде не чувствовал. Они опасны.
— Ты их не убил?
— К сожалению, не успел. Торопился тебя домой донести.
— Марк, неужели ты злишься? Дэр говорил, ты людей не трогаешь.
— Людей — нет.
Снова холод в глазах, но если прежде он был отрешенным и спокойным, теперь стал опасным. Так и с солнцем — ты забираешься в горы, думая, что подойдешь к светилу ближе, и оно будет жарче греть, но воздух становится всё более холодным и не насыщает тело… Подонки, что напали на меня, пробудили в Марке монстра, похожего на того, что жил когда-то в Дэре.
— Боже, а если они добрались до деревни?! — воскликнула я и дернулась, но Марк не отпустил.
— Дэр и воины уже прочесывают лес, мои ребята тоже не сидят без дела. Не переживай, деревенские в безопасности.
Мы продолжили разговор за завтраком, в компании взволнованной мамы, серьезного Ласса и как всегда бодрого Бэйта. Так и выяснилось, что Марк предложил отправиться на острова за помощью. Араты знали толк в магии и могли обеспечить нас поддержкой с моря. Потом разговор коснулся темы замужества, и мы решили не откладывать его.
— Никаких празднований, — сказал Марк, и даже Ласс не решился с ним спорить. — По крайней мере, пока. Мы уже и потанцевали, и поговорили, и поняли друг друга. Как только Габриэль будет готова, я приму её в дом и назову своей.
— Сегодня, — сказала я. — Мам, ты не против?
Но увидев тихую тоску в её глазах, я поумерила пыл.
— Можно завтра, — поспешно сказала я. — Или через пару дней…
— Нет, — возразила она и улыбнулась. — Это всё равно случится, и я вижу, как сильно ты хочешь быть рядом с Марком. Для меня счастье видеть тебя довольной и радостной, Габ. Так что предлагаю взяться за дело и перевезти твои вещи.