Эльф: брат или возлюбленный? (СИ)
— Я никогда не пожалею о любви к тебе! — с запалом восклицаю я, но девица лишь печально улыбается.
— Любовь? Мы знакомы с вами меньше одного дня!
— Нет, — шепчу я, заглядывая в ее прекрасные лазурные глаза. — Я знаю тебя всю свою жизнь!
И снова поцелуи: дерзкие, нежные, трепетные…
Вдруг над головой раздается вежливое покашливание, а голос Лалита мгновенно разрушает нашу незабываемую любовную идиллию, заставляя нас стремительно подняться на ноги.
Алекс со своей личиной испуганно прячется мне за спину, а кузен немного напряженно смотрит на мою помятую одежду и травинки в волосах.
— Ваше Высочество! Простите, что… г-м-м… прерываю, но… Его Величество срочно разыскивает вас уже долгое время!
Я киваю и, увлекая за собой Алекса, стремительно возвращаюсь во дворец.
Ухожу к королю только тогда, когда Алекс запирается в своей новой комнате. Я уверен, что смогу найти объяснение тому, почему его иллюзия так восхитительно реалистична. Эта девушка просто не может не быть ИМ!..
Попытка бегства…
Попытка бегства…
Олив
Король-отец ждал меня в своем кабинете, и лицо его было немного нахмурено.
— Сын, — пробормотал он, как только я сел в кресло напротив, — у меня две тревожные новости: первая, этой ночью пришли сообщения еще из трех герцогств — проклятая болезнь снова наступает! Заболели еще пять эльфиек, в том числе двенадцатилетняя девочка! Впервые упоминается такой возраст! Это заставляет меня, да и тебя торопиться…
— А вторая? — мрачно спросил я.
— Вторая: Либастр Гумбергнот тщательно проверен. Кажется верным человеком, но… нам сейчас нужно прежде всего проследить, будет ли артефакт и дальше реагировать на твои отношения с Алисой. Пообщайся с ней поближе, я имею в виду… очень поближе! — отец подмигнул и ухмыльнулся, а у меня все внутри опустилось: я ни за что не хотел целоваться с Алисой и тем более прижиматься к ней…
— Отец, я… даже не знаю… — пробормотал я растерянно.
— А тут нечего знать, сын, — уже очень серьезно произнес король. — Ты ОБЯЗАН это проверить! Если после ваших, более близких контактов, артефакт снова начнет реагировать — а я прослежу, чтобы за этим наблюдали и мои доверенные люди тоже — то все станет на свои места! Это единственный выход, Олив!
Я тяжело вздохнул. Понимал, что он прав, но сердце обливалось кровью, словно я злостно предавал Алекса…
Огорченный и задумчивый, я вернулся в свою комнату, а потом не выдержал и поспешил к нему… или к ней… к моей Са-ше!
Но на мой стук в дверь она не ответила. Тогда я просто бесцеремонно вошел сам, используя магический ключ, которым можно было открыть любую комнату в этом крыле дворца. Будь она обычной девушкой, я бы не посмел так поступить, но она все-таки была моим младшим братом, поэтому я решился.
Она лежала с своей кровати и просто спала. Длинные светлые локоны разметались по подушке, нежный розовый рот был приоткрыт, а спокойное мерное дыхание разносилось по комнате, наполнив мое сердце очередной порцией нежности. Я осторожно прилег рядом. И хотя она была прикрыта одеялом, ее грудь отчетливо прослеживалась под ним очевидным холмиком, и меня снова удивила сила и мастерство иллюзии, которую использовал Алекс все эти дни. Откуда он обладает этим? Кто его научил?
Вдруг Саша пошевелилась во сне и что-то прошептала. На лице ее появилась тревога, из груди вырвался болезненный стон. Я подался вперед и осторожно коснулся ее щеки, погладил по волосам, чтобы успокоить.
— Олив… — вдруг прошептала она очень приглушенно, но я все равно отчетливо расслышал свое имя. Мое сердце усиленно забилось: она звала меня, как Алекс! Никакого «Вашего Высочества»! Только Олив — а так меня могли называть только ближайшие родственники.
— Алекс, — прошептал я на свой страх и риск, — все хорошо, я рядом…
Я обнял ее, а она, не проснувшись, прижалась ко мне всем телом.
— Олив, прости меня… — снова произнесла она, а я удивился: за что мне нужно прощать Алекса? Это он должен простить меня и снова мне довериться!
— Все хорошо, Алекс, — прошептал я нежно ей в самое ухо. — Я не дам тебя в обиду…
Она улыбнулась, а потом уже спокойно уснула.
Я лежал рядом и чувствовал, что меня распирает от нежности и желания защитить свою любовь. Но вопрос с Алисой оставался открытым, и его невозможно было игнорировать. К тому же, снова начали жестоко страдать эльфийки, и я, как наследный принц этого королевства, не имел никакого права бездействовать.
Во мне родилась решимость. С Алисой нужно все разузнать окончательно. Если она — поддельная Дева, значит, я с радостью сброшу с себя бремя женитьбы на ней, но, если артефакт действительно докажет ее Предназначение, но я женюсь на ней ради своего долга, но все свое сердце отдам Алексу. Правда, не знаю, во что превратятся наши отношения… Я ведь в глубине своей до сих пор отчетливо понимаю, что не имею права быть в него влюбленным, это неправильно и совершенно противоестественно… Возможно, это наши последние дни вместе. И пока он выглядит, как эта прелестная девица, у меня просто нет сил отказаться от поцелуев и ласк… Да, Олив! Ты по-настоящему сумасшедший извращенец! Но странно, что почему-то в глубине своего сердца я совершенно не ощущаю своей вины, как будто любить Алекса — это так правильно и естественно для меня, словно на самом деле именно он — Предназначенная Дева моего сердца!
Бред, конечно! Полный бред! Но… как бы я был счастлив, если бы подобное стало возможным…
Горько вздохнув, я осторожно отстранился от Саши и тихо покинул ее комнату. С Алисой нужно решать все быстро и прямо. Убегать больше не буду!..
* * *
Алиса испуганно смотрела перед собой, разглядывая посуровевшее лицо своей прекрасной рыжеволосой матери. Зеленые глаза северной эльфийки поблескивали решимостью и твердостью характера, и Алиса побаивалась ее.
— Матушка, вы хотели видеть меня, — пробормотала она, опуская тревожный взгляд, а Анна, ее мать, снисходительно улыбнулась.
— Садись, дитя мое, — проворковала она красивым глубоким голосом и тоже присела на диванчик напротив. — У меня к тебе важный разговор.
Алиса приготовилась смиренно слушать.
— Ты обязательно должна стать женой наследного принца! — начала рыжеволосая. — И мы сделаем для этого все возможное! — в голосе Анны прозвучал металл. — С сегодняшнего дня принц начнет выказывать тебе знаки внимания: это твоя проверка! На счет реакции артефакта — мы все уладим, а вот от тебя потребуется небольшая хитрость: перед каждой встречей с принцем ты должна обрызгивать себя этим веществом, — она достала из сумочки флакон с распылителем, — он подействует, как возбуждающее средство. Но не увлекайся! Брызгать можно не больше одного раза в два часа, иначе принц заметит подозрительный чужеродный аромат.
Алиса кивнула и осторожно взяла в руки флакон.
— Думаю, сыграть влюбленность у тебя не составит труда? — лукаво ухмыльнулась Анна, а Алиса тут же зарделась: ей вовсе не нужно было ничего играть, потому что Оливентиус и так уже владел ее сердцем!
— Отлично, доча! — произнесла Анна, поднимаясь на ноги и гибкой походкой уходя в сторону дверей. — У нас обязательно все получится, и тогда…
Она рассмеялась, но ничего не договорила, оставив нераскрытыми свои дальнейшие, судя по всему, коварные планы…
* * *
Я осторожно покинула комнату и поспешила к выходу в сад. Олив сегодня за мной не пришел, но я сама очень хотела увидеть его, поэтому самовольно отправилась на его поиски: надеялась, что он снова решит позавтракать в саду.
Я действительно нашла его там, но он был, очевидно, занят. Во мне вспыхнула злость и дикое раздражение: он завтракал с Алисой Люмбергнот: своей… невестой!
Сердце мое застучало в бешеном ритме, кровь прилила к лицу, а кулаки непроизвольно сжались. Ревность обрушилась с такой силой, что у меня потемнело в глазах, и мне пришлось облокотиться об ствол дерева, чтобы не упасть.