Блиц (ЛП)

Пара: Торен и Дженнсин/Toren&Jennsyn
Глава 1
Торен
Торен. Торен. Торен. Со мной разговаривали три человека одновременно.
— Торен, этот футбольный мяч плоский. Где насос?
— Торен, у тебя есть еще пиво?
— Торен, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, можно мне посмотреть фейерверк с крыши?
Больше никогда. Это последний год, когда я устраиваю вечеринку в честь Четвертого июля (прим. ред.: День независимости США — национальный праздник, который отмечается 4 июля. В этот день в 1776 году Второй Континентальный конгресс официально принял Декларацию независимости США, провозглашающую независимость страны от Королевства Великобритании. День независимости сопровождается фейерверками, парадами, барбекю, карнавалами, ярмарками, пикниками, концертами, бейсбольными матчами, семейными встречами, обращениями политиков к народу и другими публичными и частными мероприятиями, традиционными для Соединённых Штатов). Хотя в прошлом году у меня была такая же мысль. И за год до этого. И за год до того.
И вот я снова здесь, принимаю толпу людей, набившихся в мой дом и на задний двор.
Будет ли кто-нибудь скучать по мне, если я спрячусь в своей комнате на остаток вечера? Возможно. Но кто-то же должен был ответить на эти вопросы.
Итак, я начал с первого. С футбольного мяча.
— Насос находится в верхнем ящике для инструментов в гараже, — сказал я Авелю, моему шестнадцатилетнему кузену, который держал в руках плоский футбольный мяч.
— Хорошо. — Он рванул к гаражу, а за ним по пятам устремилась толпа подростков со всего района.
Следующий вопрос. Пиво.
— Ты проверил холодильники в подвале? — спросил я Паркса, моего коллегу-тренера и друга по работе. — Все три были полны.
— Да, проверил. Но они почти пустые, чувак.
— Серьезно? — Я огляделся. Какого черта?
Шести ящиков пива, которые я купил, должно было хватить с лихвой, чтобы продержаться до окончания фейерверка. Это было больше, чем я покупал в прошлом году. Вот только, сегодня вечером гостей было намного больше, чем в прошлые годы.
Я оглядел лица во дворе. На каждого знакомого человека приходилось два незнакомца.
— Кто все эти люди?
Паркс пожал плечами.
— Я думал, ты их знаешь.
— Не всех. — Я потер рукой подбородок, щетина царапала ладонь, потому что я был так занят подготовкой к вечеринке, что не потрудился побриться этим утром.
— Я подумал, что ты расширил список приглашенных, — сказал он.
Я усмехнулся.
— Я с самого начала не хотел устраивать эту вечеринку.
— Что? Эта вечеринка — традиция.
Это было именно то, что сказала моя тетя, когда я сказал ей, что не решусь снова устраивать вечеринку. Но она предложила провести ее еще один раз. Учитывая недавнюю драму на работе и скандал, который потряс спортивный департамент «Диких котов штата Сокровищ» этой весной, она подумала, что подобные традиции могли бы стать хорошим способом для всех нас вернуться к нормальной жизни.
Вот только эта вечеринка была необычной по сравнению с предыдущими тремя годами. Предполагалось, что сегодня вечером будет барбекю для семьи, коллег, близких друзей и нескольких соседей. Откуда взялись все остальные?
— Я не в восторге от количества незнакомых лиц, — сказал я Парксу, понизив голос. — Особенно, если люди так много пьют, что пиво уже закончилось. Нам не нужны неприятности сегодня вечером.
— Это не шутка, — пробормотал Паркс. — По крайней мере, в этом году тебе не пришлось приглашать Этого Придурка.
Я усмехнулся.
— Это правда.
Наш босс — бывший босс — только что положил свою задницу на плаху. Ни Паркс, ни я не хотели быть следующими в очереди за Этим Придурком — никто из нас не называл нашего бывшего босса по имени теперь, когда он ушел.
Конечно, он устраивал вечеринки для несовершеннолетних футболистов, а не для взрослых из моего района. Тем не менее, с каждым новым лицом, появлявшимся в моем дворе, я сомневался в своем решении принимать гостей.
Нашей целью в этом году было не высовываться, сконцентрироваться на футболе и не делать ничего, что могло бы все испортить.
  
Если повезет, Форда Эллиса наймут нашим новым главным футбольным тренером, и он поможет нам пережить скандал с Этим Придурком. Форд был моим близким другом в колледже, и, хотя это держалось в секрете, они рассматривали его кандидатуру на эту должность. Единственная причина, по которой я узнал об этом, заключалась в том, что я и порекомендовал его.
— Хочешь, чтобы я выгнал людей? — Паркс О'Хэйр был моим хорошим другом. Он сделал бы это без колебаний, если бы я дал ему добро.
— Я уверен, что все будет хорошо. Если мы выгоним людей, это только вызовет драму. Но мы не будем добавлять больше алкоголя. Может быть, поскольку пиво почти закончилось, люди разойдутся по домам.
— Я тебе так не нравлюсь, да? — поддразнил он.
Я усмехнулся.
— В холодильнике в гараже есть пиво. Ты там проверял?
— Нет. Решил, что это запрещено.
— Нет. Иди.
— Спасибо. — Он хлопнул меня по плечу, а затем проскользнул мимо меня в гараж.
Оставив меня отвечать на третий вопрос. Фейерверк на крыше.
Я упер руки в бока, глядя на семилетнего Дэйна, который умоляюще смотрел на меня серо-зелеными глазами. Они были того же оттенка, что и мои собственные. У каждого из моих кузенов были такие глаза.
Как и мой отец мне, так и дядя передал их своим сыновьям.
— Ты хочешь посмотреть фейерверк с крыши.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Тор. — Дэйн сцепил руки перед подбородком. Тот факт, что он терпеливо ждал, пока я разговаривал с Парксом, свидетельствовал о его отчаянии.
— Как ты думаешь, каким будет ответ на этот вопрос?
Он пожал плечами.
— Да?
Я усмехнулся.
— Ты спрашивал свою маму?
Еще одно пожатие плечами. Это означало, что да, он спрашивал Фейт. И она категорически отказалась.
— Извини, приятель. Ты не можешь смотреть фейерверк с крыши. Это слишком опасно.
— Черт возьми, — простонал он, и улыбка исчезла с его лица. — Тогда я никогда его не увижу. Здесь слишком много людей.
Он не ошибся. Людей было слишком много.
— Просто займи свое место на краю лужайки. Фейерверки запускают в небо. Найди хорошее место, и все будет в порядке.
— Я не люблю сидеть на траве. Она колется. — Он бросил на меня убийственный взгляд. Очаровательно.
Я присел перед ним на корточки, стараясь не рассмеяться.
— Вот что я тебе скажу. Ты можешь понаблюдать с балкона моей комнаты.
— Правда? — Злость исчезла. Улыбка вернулась.
Вход в мою комнату был строго запрещен, не только на время вечеринки, но и всякий раз, когда Фейт приводила мальчиков в гости. Они могли свободно перемещаться по дому, за исключением моей спальни. Но сегодня я сделаю исключение.
— Ты так же должен пригласить своих братьев. Возьмите что-нибудь перекусить. Спрячьтесь от взрослых. — Я протянул руку для рукопожатия. — Только пообещай не убегать и не устраивать беспорядок.
— Обещаю. — Он вложил свою руку в мою и быстро пожал ее, прежде чем умчаться, вероятно, искать своих братьев.
Я предполагаю, что они послали его спросить нас с Фейт можно ли посмотреть фейерверк с крыши, потому что он был самым симпатичным и, как правило, чаще ему говорили «да», чем «нет».
Я встал, готовый к тому, что теперь, когда я дал ответы на эти три вопроса, меня забросают новыми. Но все вокруг меня сбились в кучки, разговаривали, смеялись и пили мое пиво.
Люди входили и выходили через раздвижную стеклянную дверь, которая отделяла мою веранду от столовой. Подростки играли в футбольный мяч. Группа парней была увлечена игрой в «Корнхол» (прим. ред.: корнхол — популярная в Северной Америке игра на лужайке. В этой игре игроки или команды по очереди бросают тканевые бобовые мешки на приподнятую под углом доску с отверстием в дальнем конце. Цель игры — набрать очки: — либо приземлив мешок на доску (одно очко); — либо попав мешком в отверстие (три очка)).