Темная правда королевы (СИ)
— Ваше Величество, позвольте вас поприветствовать, — начал кланяться очередной проситель в дверях кабинета, а Арея вспомнила полное презрения и при этом какой-то особенно тёмной страсти “позвольте вас поиметь” из своего сна, и чуть не покраснела. Виир, чтоб тебя самого демоны поимели!
Посредник по решению щекотливых дел, как он сам себя называет, как обычно, сидит за дальним столиком и делает бесконечные глотки из едва наполненной кружки. Арея садится напротив, не снимая капюшона. Кладёт на стол бархатный кошель с сотней золотых монет и записку. Тот изучает сначала деньги, потом бумажку, которую тут же сжигает, запалив от свечи.
— Три дня, — говорит он. — И ещё столько же.
Это слишком много, но Арея не в том положении, чтобы торговаться. Почти.
— Два дня, — говорит она низким голосом, поднимаясь из-за стола. — И ещё два раза по столько.
— С вами на редкость приятно иметь дело, мистер, — усмехается мужчина.
Королева молча выскальзывает за дверь. Разумеется, только капюшоном её маскировка не ограничивается — она в мужском костюме, с наклеенной бородой, которая скрывает чуть ли не половину лица, и в парике. И голос меняет специальным амулетом. И то не уверена, что этого достаточно.
Итак, через два дня у неё будут магические книги из семейной библиотеки. Увы, но воровство — единственный способ их получить — отец скорее сожжёт всё своё имущество, чем окажет хоть какую-то помощь своей непослушной и неблагодарной дочери. Как он ещё от неё не отрёкся? Возможно, рассчитывает на магически одарённых внуков и не хочет терять на них права? Или неважно, одарённый внук или нет, главное — на троне?
Во дворец Арея возвращается уже за полночь. Снимает костюм, морщится и шипит, отдирая бороду, быстро ополоснувшись, возвращается в комнату и с сомнением смотрит на кровать. Ложиться спать стало страшно. И совершенно деструктивное предвкушение, которое она испытывает при мысли, что снова увидит его, пугает ещё больше.
Может быть, дело в кровати? — сама себе говорит Арея. — Мэтр Лео утверждает, что на мне воздействия нет… может быть, попросить его осмотреть покои? Вариант, что заколдована кровать, кажется всё более вероятным, так что королева укладывается спать на небольшом и довольно жёстком диване. Ни подушки, ни одеяло она не стала брать — под голову свернула полушубок, а шубой накрылась. Хорошо, когда большой гардероб… и мягкий мех успокаивает. Впрочем, возможно, дело в комнате, как таковой? Может быть, тогда стоило пойти спать в омывальню? — подумала Арея, и уснула.
И во сне увидела себя как раз в омывальне. Не в тронном зале! Не там! Она успела обрадоваться, решив, что дело было и в самом деле в кровати, ведь ей, наконец, снится что-то другое… но тут её руки резко дёргают назад, стягивая верёвкой, а к полностью обнажённому, оказывается, телу прижимается мужское. Не то чтобы сильно одетое.
— Угадай, кто? — выдыхает над ухом Виир.
Арея прекрасно чувствует, что на нём нет рубашки. Кожа к коже… И не хочется отстраняться. К счастью, на нём есть брюки, хотя то, что она ощущает как раз связанными сзади руками, очень ей не нравится… до такой степени, что по спине бегут мурашки, а низ живота начинает ныть.
— Покойник, — сквозь зубы цедит королева. Хочется выругаться, нецензурно. И застонать.
— Не угадала, — усмехается маг, оставляя на её шее поцелуй, сильный и жёсткий, словно специально, чтобы получился засос.
— А кто? — не хочет гадать королева, ведь рука проклятого тёмного подхватила и сжала её грудь. И вкупе с поцелуями в шею это заставляет всё тело покрываться мурашками и изнывать, желая того, что она никак не может себе позволить.
— Твоя смерть, предательница, — почти ласково шепчет мужчина, но Арее страшно — она в его слова верит. Но смолчать не может:
— А коса где? Забы-ыл? — голос прерывается против её воли. Всё-таки надо было завести любовника. Точно. Надо срочно завести любовника, а то изголодавшееся тело реагирует на проклятого тёмного мага немыслимо сильно.
— Мне не нужна коса, я отлично справлюсь руками, — отзывается маг, и словно иллюстрация его рука скользит от её груди по животу вниз. А вторая в это время ложится на самый низ спины и оттуда также начинает спускаться. Арее снова мучительно стыдно за реакцию своего тела, она пытается как-то отстраниться, выскользнуть из своеобразных объятий, но это невозможно и становится только хуже. Теперь она почти висит на руках Виира, а тот, сволочь недобитая, нажимает, безошибочно попадая, заставляя кусать губы, чтобы не застонать и не сдаться на его милость. У тёмных нет милости. Арея прекрасно знает, что происходит — тёмному мало её просто убить, ему надо поставить её на колени и насладиться её унижением. И этого он не получит!
Виир нажимает другой рукой.
— Ах! — еле слышно говорит королева. — Ну конечно, руками, больше-то нечем-м-м…
Что и говорить, руками маг и в самом деле справляется неплохо.
— Попроси! — смеётся ничуть не уязвлённый незваный гость.
— Пожалуйста, — шепчет королева, с трудом пропустив так и норовящий сорваться с губ стон, — пожалуйста, Виир… Сдохни!
Маг смеётся… и отпускает её.
На этот раз, проснувшись, Арея плачет. Пока никто не видит, можно и королеве всплакнуть. От разочарования, от страха, и неутолённого желания. Королева красива, да даже будь она уродлива и стара, у любой королевы всегда куча вариантов из красивых, пылких фаворитов. Но стоит только представить другого рядом с собой, и хочется его казнить, а самой запереться в монастыре.
***
Королевой она стала в семнадцать — как только умер старый король, в тот же день принц Колин заявился в дом к её отцу и потребовал невесту. Арея как сейчас помнит: “Да, Ваше будущее Величество”, “Безусловно, Ваше будущее Величество”, легко слетавшие с языка её отца, в то время как глаза смотрели холодно и презрительно. Принц Колин, увы, умом не отличался, так что не заметил ничего, ему даже льстило такое обращение. Он жаждал власти настолько сильно и неприкрыто, что даже будучи глупой и неопытной девчонкой Арея задумалась — не приложил ли принц руку к преждевременному уходу в иной мир своего отца?.. Поговаривали, что король принца во многом ограничивал…
Колин требовал завтра же сыграть свадьбу, и тут же провести обряд в храме, дарующий корону.
— Ваше будущее Величество, — не скрывая насмешки, увещевал его отец Ареи, глава Магического Совета. — Но ведь траур. Как можно играть свадьбу, ещё и сорока дней не прошло…
— Я не желаю ждать сорок дней! — запальчиво выкрикнул принц Колин, а на его щеках появились красные пятна от гнева. — Свадьба завтра. Или я женюсь на любой другой, семья которой согласится! Раз вы не можете оценить оказанную вам честь!
— Что вы, Ваше будущее Величество, — усмехнулся маг, возможно, уже в тот момент вынося приговор строптивому принцу. Ждать своего часа её отец отлично умел. — Сделаем всё, как вы прикажете.
— Вот и отлично, — сквозь зубы выплюнул её будущий муж и, резко повернувшись, покинул дом, даже не взглянув на невесту. Разве что бросил в дверях: — Что касается приличий… пусть невеста будет в чёрном! Раз приличия вам так важны!
Арея чуть не охнула. Чёрный цвет на свадьбе — к беде. Черноволосые невесты даже парик всегда надевают, чтобы тьма ни под каким видом не просочилась на торжество, и не испортила будущую счастливую жизнь молодым. А намеренно обрядить невесту в чёрное — всё равно что пожертвовать её тьме… И ослушаться приказа нельзя.
Кажется, отец впервые в жизни посмотрел на неё с сочувствием. А может, ей показалось, и это было лишь сомнение — не ударится ли непослушная дочь в истерику.
Она не ударилась. Просто остатки иллюзий и надежд на если не счастливый, то хотя бы не очень несчастный и тяжёлый брак, которые у неё ещё оставались, несмотря на доходившие слухи, рассеялись как дым, оставив горечь в сердце и во рту.
— Иди готовься, — вот и всё, что в итоге сказал отец.
Арея вздохнула и пошла готовиться. Вообще, этим должна была бы заниматься её мать, но матери будущая королева не знала. Вроде бы, она замужем за кем-то другим, и уже была замужем, когда Арея родилась, так что отец её забрал и воспитал сам. Что касается жены отца и матери братьев, то та никогда прижитую мужем на стороне девочку не признавала, не помогала, и хорошо хоть не вредила. Вроде бы, не вредила. А сейчас и вовсе находилась в загородном поместье в трёх днях пути…