Алый флаг Аквилонии. Железные люди

Хоть я и стараюсь смотреть на все непредвзято, все же неизменно нахожу в окружающей реальности отголоски той России, которую я видел, которую мне довелось узнать. Тогда я искал «революционность» повсюду -как особый знак, отпечаток, как некий ярлык - но не находил ее. Она таилась в сознании. И это становилось понятно только при более сильном погружении в быт советских людей.
И дело тут, оказывается, совсем не в «революционности» как таковой. Этим словом я стремился обозначить ту трансформацию людей, которую влекут за собой радикальные перемены, происходящие под знаменами громких идей. Но ни в Советском Союзе, ни здесь я не столкнулся с проявлениями одержимости, горячности, непримиримости, враждебности к чуждому.
И еще одно любопытное умозаключение я сделал. В своих заметках о советской России я упоминал, что у русских имеется неистребимая тяга к странствиям. А ведь именно эта страсть заставила основателей Аквило-нии сорваться с места и уйти на эту новую землю, где человечество едва зародилось. Без сомнений, с воодушевлением и уверенностью они стали осваивать эту дикую территорию. Они развиваются сами и помогают в этом местным, которые по своей человеческой сути точно такие же, как и они, как мы, как и все поколения рода человеческого. И получается, что русские не просто любят странствовать - нет, они приходят на новые земли с тем, чтобы СОЗИДАТЬ. И вот оно, рукотворное чудо созидания: город, бурлящий жизнью, способный справляться с угрозами и обеспечивать себя всем необходимым. Город-государство, зародыш могучей цивилизации... Невиданная в НАШЕЙ истории формация, построенная с учетом опыта другого мира.
И цивилизация это именно русская, поскольку русским несвойственно замыкаться в маленьком мирке; их разум всегда простирается вширь, стремясь охватить как можно больше. Все, за что они ни берутся, имеет бесконечную направленность, они не рисуют себе ни пределов, ни преград. И, пожалуй, в этот и состоит их главное отличие от нас, европейцев, так стремящихся к замкнутости, индивидуализму. Русские же стремятся уподобиться Богу в своем стремлении творить и созидать. Не за это ли Он так благоволит им?
Русские не терпят статичности, застоя. Тяга к странствиям - это, скорее, тяга к переменам. Желание на полную мощь применять свои способности, силу, таланты, иметь ИДЕЮ, жить с пользой, быть значимой частью одного могучего целого. Вот что такое та самая пресловутая «революционность». Вся суть русских - в движении, причем дух их тоже не выносит покоя. И теперь, осознав все это, я гораздо лучше понял ту, советскую Россию -и открытие это потрясло меня.
  
11 июля 3-го года Миссии. Четверг. Вечер. Окрестности Большого Дома.
 
Полноправная гражданка и будущий медик Лидия Голубкина (15 лет)
 
Уходила в морской поход одна Лидия Голубкина, а вернулась совсем другая... За эти два месяца я многое увидела, пережила и передумала, стала невестой Александра Яковлевича, обрела добрых сестер-собрачниц, но самое главное настигло меня уже после возвращения в Аквилонию. Я впервые в жизни - не на экране телевизора, а воочию - наблюдала ожесточенное сражение, от исхода которого зависела и моя собственная жизнь, а потом помогала при перевязках раненых римских легионеров. Раньше я считала их грубыми неотесанными людьми, а теперь мне было искренне жаль каждого убитого и каждого раненого солдата римского батальона, ведь они сражались и за мою жизнь, за мою свободу.
А вечером я стала свидетельницей суровости местного правосудия, когда обычно такой милый Сергей Петрович, превратившись в ледяное воплощение богини Немезиды, приговаривал Бордосского олигарха Мордехая бен Иссака к смертной казни через отсечение головы, а его ближайших родственников и слуг - к ссылке на далекий необитаемый остров. Я слышала, как страшно кричали несчастные женщины, у которых суровые «волчицы» забирали маленьких детей. При этом я понимала, что если раньше суд проявлял одну только варварскую справедливость, то это решение было актом милосердия, ибо тот, кто ни в чем не виновен в силу малолетства, не должен страдать в условиях каменного века, когда на пять человек в руки дают один нож. Замена ссылки Путем Искупления для всех, кто этого пожелает, была со стороны наших вождей проявлением гуманности. Я знаю, что таким образом были исправлены темнокожие женщины-полуафриканки, «волчицы», пленные римские легионеры и итальянские подводники. То, что его предложили только желающим, тоже говорит о том, насколько запущена умственная болезнь, которую предстоит лечить. В результате воспользоваться этим шансом на прощение решили совсем немногие, и среди них не было ни одного мужчины.
 
Получив за этот день множество сильных и тяжелых впечатлений, после ужина я ушла в свое медсестринское общежитие и легла спать. Но, против ожидания, кошмары мне не снились, и проснулась я в превосходном настроении. А как же иначе ведь сегодня должна состояться моя свадьба... Поскольку вчера из-за нападения мы ничего не успели сделать, сразу после завтрака я нашла Тану, Илу, Рено и Нилаэ - и так, впятером, мы пошли к моей наставнице и председательнице Женсовета.
- Здравствуйте, Марина Витальевна, - сказала я, - это Тана, Ила, Рено и Нилаэ. Мы все вместе, впятером, хотим выйти замуж за Александра Яковлевича Бояринцева. Для меня это будет предварительный брак, а для девочек окончательный. Просто они хотят, чтобы в семье с самого первого момента ее существования была старшая жена, и не какая-нибудь, а та, которую они выбрали сами. Я тоже не против, поскольку Александр Яковлевич мне очень нравится, и в то же время я понимаю, что еще слишком молода для того, что мужчина и женщина делают вдвоем под одеялом. Предварительное согласие жениха на этот брак уже имеется, осталось только огласить наше общее желание на празднике.
Товарищ Хромова-Юрчевская посмотрела на нас пятерых каким-то особенным рентгеновским взглядом и вздохнула.
- Ну что же, - сказала она, - этого следовало ожидать. А ведь ты, Лида, всегда казалось мне очень разумной девочкой, всегда принимающей взвешенные решения.
- А это и есть разумное и взвешенное решение, - ответила я. - На то, чтобы убедиться в его правильности у нас был месяц довольно плотного общения, когда мы вместе с будущим мужем плыли на одном корабле. В результате я полюбила не только Александра Яковлевича, но и своих будущих нареченных сестер. Будьте уверены, что, если бы девочки были мне неприятны, я бы ни за что не дала свое согласие на этот брак.
- Мы тоже любить Лида, очень-очень, - немного вразнобой сказали мои будущие собрачницы, обнимая меня за плечи.
- Ну, хорошо, дорогие невесты, - кивнула Марина Витальевна, - раздевайтесь, я вас осмотрю. И ты, Лида, тоже. Хоть твой брак будет только предварительным, я все равно должна освежить свое представление о твоем состоянии. В здешнем климате девушки взрослеют быстро.
Увидев на всех нас изящное кружевное нижнее белье - красное на мне, черное на «волчицах», и белое на Нилаэ - председательница Женсовета удивленно подняла бровь и спросила:
- Откуда такие дровишки, девочки, в нашем диком-диком каменном веке?
- С югоросского контейнеровоза, вестимо, - ответила я. - Там оказался целый контейнер с дамским бельем. Мадам Ванесса водила нашу команду на экскурсию прибарахлиться, ну и я прихватила по несколько комплектов для девочек. Как же - сходить к колодцу и не принести водицы сестрицам? Для вас тоже должны быть подарки, но, видимо, в связи с вчерашней суетой они пока остались на «Медузе».
- Вот это поступок настоящей старшей жены, - одобрительно произнесла Марина Витальевна и добавила: -А ну-ка, Лида, дай сюда свои трусики...
Помяв ткань в пальцах, и зачем-то понюхав, моя наставница с удивлением сказала:
- Лен... скорее всего, пополам с хлопком, и никакой синтетики. Что же, девочки, носить такое белье можно без всяких ограничений...
Я вздохнула и пояснила:
- Сергей Александрович (доктор Блохин) выяснил, что, по тамошним законам - что в Югороссии, что в Российской империи - использование синтетики в одежде строжайше запрещено. Исключение можно делать только для разного рода непромокаемых курток и головных уборов, но подкладка у такой одежды в любом случае должна быть из натуральных материалов.