Первый поход (СИ)

И тигромедведь принялся живописать, как его головорезы облазили все горы северного острова, нашли три пиратских логовища, освободили еще сотню пленных минцев и чосонцев, взяли добычу. Самое главное, что во всех стычках корпус Звезды потерял не больше дюжины своих людей.
— Самое обидное, я же видел их! — в сердцах ударил кулаком в ладонь тигромедведь. — И Садамори и Уэмона. Почти у меня они были! Но не успели взять. Целая сотня ниппонцев полегла, прикрывая их. Эх…
— А из Ханьяна гонец приезжал, — поделился новостью Гванук. — Передавал приказ короля возвращаться…
— И что? — насторожился Звезда.
— А господин так сказал, что все обомлели! Сказал: будем бить пиратов! Всех! Станем героями!
— Вот это дело! Генерал у нас, я тебе скажу, что надо!
«Я знаю» — подумал О Гванук, но вслух, конечно, не сказал. Не дело слуги оценивать своего господина.
В штабе Угиль прямиком двинулся к главнокомандующему, а Гванук прошел за ширму и стал надиктовывать моряку-писарю то, что успел узнать. Но уши держал, навострив! И слышал почти весь разговор старого генерала со своим любимцем. Звезда перечислил добычу, добавив отдельно, что нашел в пустынном месте буддистское святилище и снял там огромный колокол.
— На целую пуш-ку хватит! — улыбнулся командир. — Его под холстом везут, так что никто особо не заметит.
— Отлично! — обрадовался главнокомандующий. — Ты всё сделал правильно. Главное — людей сберег. Скоро нам каждый опытный боец понадобится. Пока размещай людей, сдавай добычу, а с утра опять приходи. Мы теперь прихода пиратов каждый день ждем. У всех корпусов теперь есть свой план быстрых действий на случай тревоги. Я познакомлю тебя с твоим планом — головорезам Звезды отводится важная задача!
— Сиятельный… — засопел Угиль. — Я… не умею читать.
— Тогда заведи себе грамотного советника. Найдешь среди своих — отлично! Если нет — я тебе завтра подберу толкового.
— Слушаюсь…
— И последнее на сегодня, — Ли Чжонму слегка промедлил. — Я хотел бы, чтобы ты прекратил злиться на того ниппонца. Он мне нужен. И ты мне нужен. Я не хотел бы кого-нибудь из вас потерять.
Вся радость жизни моментально спала с лица Звезды. Он мрачно засопел и ничего не отвечал.
— Послушай меня, Чу Угиль. Проигрывать всегда больно и обидно. Главное — это к чему ведут тебя твои поражения. Хочешь моего совета: поражение — лучший толчок для того, чтобы стать еще лучше. Еще сильнее. Как-то Гото Арито смог тебя поймать. Возможно, ему просто повезло. Но не исключено, что он что-то знает. Увидел в тебе какую-то слабость или имеет некий секрет… Смотри на ниппонца не как на обидчика, а как на ключ к тому, чтобы стать сильнее. Выведай его секрет — и улучши себя!
Тигромедведь перестал сопеть, задумавшись.
— Если ты прислушаешься к моим словам, значит, я точно не ошибся в тебе. Ну, а если продолжишь нянчить свои обиды… — главнокомандующий не договорил.
Любопытный Гванук не утерпел и краем глаза выглянул из-за ширмы. Чтобы увидеть, как огроменный Угиль Звезда опустился на колени перед старым генералом и поклонился ему, распластавшись по полу. А потом ушел — заниматься своими командирскими делами.
— Эй, Чуткое Ухо! — со смешком окликнул слугу Ли Чжонму. — Выходи давай! Поговорим.
Зардевшийся Гванук подошел к своему господину и низко поклонился.
— Все-то ты у меня слышишь! Никаких тайн от тебя нет, — без злобы в голосе принялся ворчать главнокомандующий. — Вот, думаю, надо тебя услать куда подальше, чтобы ты тайны мои не выведывал…
Гванук Чуткое Ухо, весь пунцовый от стыда, кланялся и каялся, что больше никогда! А генерал Ли лишь посмеивался в бороду, а потом всё равно сказал, чтобы О с рассветом убирался из лагеря. И даже поручение дал. Послушный слуга безропотно ушел, едва небо на востоке стало серым.
Именно поэтому он пропустил много интересного, что случилось в течение дня. И узнал об этом только из чужих рассказов.
Его не было рядом с генералом Ли, когда тот пришел в чадящую кузнечную мастерскую и принес для Ван Чжоли новый чертеж, очень необычный. Тоже пуш-ки, но совсем небольшой — раз в пять или шесть легче по-ле-ой. Причем, Ли Чжонму предложил делать ее из железа! Разумеется, отковать ствол даже в десяток гванов (35–40 килограммов — прим. автора) было невозможно, но главнокомандующий предложил делать ствол из продольных полос, которые можно сварить в цилиндр и скрепить стягивающими кольцами. Конечно, так сделать ровный ствол почти нереально, и палить такие орудия могли лишь дробью. Но зато их можно сделать много.
 
Пропустил Гванук и большое учение крестьянского корпуса Хван Сана. Впервые юный вельможа решился под строгим взглядом главнокомандующего выстроить все шесть своих отрядов-рот. Сначала крестьяне под грозный бой барабанов соединились в одну огромную линию в восемь шеренг. Прошли вперед-назад, грозно выставив свои дубины, вставали не колено пошереножно (зачем-то). А после совершили совсем сложное перестроение: из линии в колонну. Правые роты двигались вперед, а левые назад. Всё это вышло не очень ровно и красиво, крестьяне путались, но Ли Чжонму очень хвалил радостного Хвана.
И самое главное — пропустил Гванук страшную панику в лагере. Когда ранним вечером над западными горами поднялся черный столб дыма. Что могло означать только одно: дозорные заметили пиратский флот, возвращающийся на Цусиму.
* * *
* От автора. Разумеется, в Китае уже было известно о христианах. Там даже были свои собственные христиане. Но не повсеместно, да и Мин начала на них гонения. Так что простой купец с юга, вряд ли, слышал о них. И тем более, он не знал самого слова «христиане», а попаданец не знал, как называли христиан в Китае.
  
Глава 16
 
— Ты бы видел, что там началось! — уже сильно позже рассказал Гвануку о вечернем кошмаре сам Угиль. — Кто-то уже заметил дым над горами, а кто-то и ухом не повел. То там, то тут ревут тревогу, но сигналы перемешиваются, ничего не понятно, кроме того, что что-то происходит. Командиры, конечно, сразу к Ли Чжонму бросились: узнавать, что делать. А старый генерал заперся и велел никого к себе не пускать. Только писарь имена их важно записывал. Потом уже стало ясно зачем: выволочку сделать. По плану-то велено командирам находиться при своих корпусах, а в штаб слать вестников. А еще в лагере суматоха: некоторые ротавачаны (командиры рот — прим. автора) вспомнили про планы, вышли на указанные точки и давай драть глотки, собирая своих. Да только не собралось и половины! Кто в кусты отошел, кто на кулаке заснул — как их всех соберешь? А пока всей роты нет — дальше выдвигаться нельзя. Планы главнокомандующего не работают.
— Эх… — протянул Звезда с грустной улыбкой. — Мои головорезы вообще оплошали. Я ведь им толком-то ничего не объяснил. Сам план этот еле заучил. Хотя, все корпуса плохо справились. Разве что Ри Чинъён не подвел: половина его кораблей сразу вышла в залив — врага встречать, а вторая половина — к берегу подошла, чтобы отряды на борт принять. Только вот не было этих отрядов! Всё положенное время вышло, а подошли только лучники Ли Сунмона, да крестьяне Хван Сана. А последним вообще на корабли не надо, они должны по плану гавань защищать.
Гванук слушал рассказ тигромедведя и силился представить, какое же безумие творилось в притихшем ныне Одзаки.
— Самое-то главное знаешь, что? — подвел итог Чу Угиль. — Никакие пираты так и не появились!
Как раз это Гванук знал прекрасно. Потому что именно он запалил сигнальный костер в горах. Полдня собирал дрова посмолистее, а перед закатом поджег. Как и приказал ему сиятельный Ли Чжонму, решивший проверить: готово ли его войско встретить пиратов.
Проверил. Теперь юный слуга готов был целый день молиться и предкам, и горным сангсинам, да хоть самому Будде — лишь бы никто не узнал о его роли в этом деле. Ибо приказ приказом, а желание намять слуге бока сразу появится у многих. Сам же О Гванук в этом никому и ни за что не признается. Он даже в лагерь следующим утром специально зашел с восточной стороны и любопытным говорил, что ходил в Фунакоси — совершенно в противоположную сторону!