Тайны Космера (сборник) (ЛП)

Кельсер пересек поле битвы, уступая дорогу беснующимся колоссам и людям, заглянувшим в духовную реальность, пусть и очень ограниченно.
Добравшись до вершины следующего холма, он остановился и разглядел, как в отдалении, среди кучи трупов бьются Эленд Венчер и Марш. Над ними парила Вин — необъятная и невероятная фигура из сияющего света потрясающей мощи, на зависть солнцу и облакам.
Эленд Венчер вскинул руку и взорвался светом. Белые лучи брызнули из него во все стороны, устанавливая связь с Кельсером, с будущим и с прошлым.
«Он видит его целиком, то место вне времени», — подумал Кельсер.
Эленд воткнул меч в шею Марша и сквозь три реальности посмотрел прямо на Кельсера.
Марш вогнал топор в грудь Эленда.
— Нет! — вскричал Кельсер. — Нет!
Он помчался вниз с холма, перебираясь через трупы, на этой стороне темные силуэты, и начал карабкаться к месту, где умер Эленд.
Он не успел — Марш снес Эленду голову.
«О, Вин. Мне жаль».
Внимание Вин полностью сосредоточилось на погибшем. Кельсер в оцепенении остановился. Она разъярится. Она потеряет контроль. Она… восстанет во славе?
Кельсер с благоговением наблюдал, как сгущается сила Вин. От нее исходила умиротворяющая пульсация, в которой не было ненависти. Наверху рассмеялся Разрушитель, снова уверенный в собственном всеведении. Смех оборвался, когда Вин восстала против него в виде великолепного сияющего копья силы — управляемой, наполненной любовью и сочувствием, но непреклонной.
Тогда Кельсер понял, почему было необходимо, чтобы это сделала она, а не он.
Вин обрушила свою силу на Разрушителя. С вершины холма Кельсер наблюдал за сражением, ощущая родство с ней. Это родство глубоко согревало душу, а Вин свершала настоящий подвиг.
Она уничтожала уничтожение.
Все окончилось вспышкой света. Клочья тумана — и темного, и белого — хлынули с неба. Кельсер улыбнулся: наконец все завершилось. Туман резко скрутился в два невообразимо высоких столпа. Силы высвободились и неопределенно подрагивали, будто собиралась буря.
Ими никто не владел…
Кельсер потянулся к ним, робко и с трепетом. Он мог…
Рядом в когнитивную реальность вывалился и со стоном рухнул на землю дух Эленда Венчера. Кельсер ему ухмыльнулся.
Эленд заморгал, а Кельсер подал руку, чтобы помочь ему подняться.
— Я всегда представлял, что после смерти встречусь со всеми, кого любил при жизни, — сказал Эленд. — Никогда бы не подумал, что среди них окажешься ты.
— Нужно быть внимательнее, малыш. — Кельсер оглядел Эленда. — Симпатичная форма. Ты сам попросил, чтобы тебя превратили в дешевую пародию на Вседержителя, или это вышло случайно?
Эленд заморгал.
— О, я уже тебя ненавижу.
— Дай только срок. — Кельсер похлопал его по спине. — У большинства это чувство в конце концов переходит в легкое раздражение.
Он глянул на силы, по-прежнему беснующиеся рядом, и нахмурился: через поле к ним пробиралась сияющая фигура. Знакомые очертания. Человек подошел к телу Вин на земле.
— Сэйзед, — прошептал Кельсер и дотронулся до него.
Он не был готов к захлестнувшим его эмоциям, когда увидел друга в таком состоянии. Сэйзед был испуган, сломлен, утратил веру. Разрушитель мертв, но конец света по-прежнему близится. Сэйзед надеялся, что Вин их спасет. Если честно, так же думал и Кельсер.
Но похоже, оставалась еще одна тайна.
— Это он, — прошептал Кельсер. — Он Герой.
Эленд Венчер положил руку на плечо Кельсера.
— Нужно быть внимательнее. Малыш.
Он отвел Кельсера в сторону, а Сэйзед протянул руки к силам.
Кельсер с благоговением наблюдал, как силы сливаются. Он всегда воспринимал их как противоположности, но когда они закрутились вокруг Сэйзеда, понял, что они и правда составляют единое целое.
— Как? — прошептал Кельсер. — Как он обрел связь с обеими, настолько равно? Почему не только с Охранением?
— Он изменился за этот год, — ответил Эленд. — Разрушение больше, чем смерть и уничтожение. В нем есть и покой.
Трансформация продолжалась, но какой бы потрясающей она ни была, внимание Кельсера привлекло нечто другое — рядом на вершине холма сгущалась энергия. Она приняла очертания девушки и с легкостью скользнула в когнитивную реальность, даже не споткнувшись, — это было одновременно закономерно и ужасно несправедливо.
 
Вин взглянула на Кельсера и улыбнулась, тепло и доброжелательно, с радостью и принятием. Кельсера затопила гордость. Как жаль, что он не отыскал Вин раньше, когда была жива Мэйр, когда девочка нуждалась в родителях.
Сначала она подошла к Эленду и надолго заключила его в объятия. Кельсер посмотрел на Сэйзеда, который расширялся до всего сущего. Что ж, ему это на пользу. Работа непростая, он с ней справится.
Эленд кивнул Кельсеру, и Вин шагнула к нему.
— О, Кельсер-Кельсер. Ты всегда устанавливал собственные правила.
Он не решился ее обнять, но протянул руку, полный странной почтительности. Вин приняла ее, коснувшись кончиками пальцев его ладони.
Неподалеку энергия сгустилась в еще одну фигуру. Кельсер ее проигнорировал и шагнул ближе к Вин.
— Я… — Что ей сказать? Проклятье, он не знал.
Впервые не знал.
Она обняла его, и он обнаружил, что плачет. Дочь, которой у него никогда не было, дитя улиц. По-прежнему маленькая, его она переросла. И все равно любила. Кельсер крепко прижал дочь к своей изломанной душе.
— Ты это сделала, — наконец прошептал он. — Больше никто на это не был способен. Ты пожертвовала собой.
— Видишь ли, — сказала она, — у меня был очень хороший пример.
Он обнял ее еще крепче. К сожалению, в конце концов пришлось ее отпустить.
Неподалеку, растерянно моргая, стоял Разрушитель. Или… уже не Разрушитель, а лишь сосуд, Ати — человек, который удерживал силу. Ати провел рукой по рыжим волосам и огляделся.
— Вэкс? — произнес он растерянно.
— Прошу прощения. — Кельсер отпустил Вин и поспешил к рыжеволосому.
И врезал ему по лицу, уложив наповал.
— Отлично. — Кельсер потряс рукой.
Человек у его ног глянул на него, потом закрыл глаза, вздохнул, и его затянуло в вечность.
Вернувшись к остальным, Кельсер заметил мужчину в террисийской одежде. Тот стоял сложив на груди руки, прикрытые длинными рукавами.
— Эй. — Кельсер поднял голову и посмотрел на сияющую в небе фигуру. — Разве ты не…
— Часть меня, — отозвался Сэйзед и протянул руки к Эленду и Вин. — Спасибо вам за это новое начало. Я исцелил ваши тела. Можете вернуться в них, если пожелаете.
Вин взглянула на Эленда. К ужасу Кельсера, того начало затягивать. Эленд повернулся к чему-то, невидимому для Кельсера, улыбнулся и шагнул к Запределью.
— Думаю, ничего не выйдет, Сэйз, — сказала Вин и поцеловала его в щеку. — Спасибо тебе.
Она взяла Эленда за руку, и ее тоже потянуло к невидимой далекой точке.
— Вин! — крикнул Кельсер, схватив ее за другую руку. — Нет, Вин. У тебя была сила. Тебе не обязательно уходить.
— Я знаю, — сказала она, оглянувшись через плечо.
— Пожалуйста, не уходи. Останься. Со мной.
— О, Кельсер. Тебе еще так много нужно узнать о любви.
— Я знаю, что такое любовь, Вин. Все, чего я добился: крах империи, сила, от которой я отказался, — все это было из любви.
Она улыбнулась.
— Кельсер, ты великий человек и должен гордиться тем, чего добился. И ты способен любить. Я знаю. Но в тоже время ты вряд ли понимаешь, что такое любовь.
Она обратила взор к Эленду, который исчезал, видимой оставалась только его рука в ее руке.
— Спасибо, Кельсер, — прошептала Вин, обернувшись, — за все, что ты сделал. Твоя жертва поразительная. Но чтобы совершить то, что ты был должен, и защитить мир, тебе пришлось измениться. И это меня беспокоит. Однажды ты преподал мне важный урок о дружбе. Я хочу вернуть долг. Последний подарок. Тебе необходимо понять, необходимо спросить себя: что ты делал из любви, а что ради того, чтобы доказать что-то — что тебя не предали, не превзошли, не победили? Можешь ответить честно, Кельсер?