Житие попаданки. Лес (СИ)

Вот тебе Вика и опыт. Той капли хватило, чтобы лиана с ума сошла и стала расти как ненормальная. Осторожней надо быть. Остаток вечера я просто наблюдала за блестками, которых становилось вокруг все больше и с любопытством разглядывала, как они путешествуют только по им понятной траектории, пронзая и крутясь по всему, что я вижу. Зато эти наблюдения отнимали массу сил, и спать я пошла под болтовню драконов, еле шевеля ногами.
‒ У меня теперь есть своя комната, ‒ сказала я, привязывая на ноги самодельные лапти. ‒ Дом внял моим молитвам.
‒ Ну ладно, тогда я печь топить, ‒ сказал Лас.
‒ А я за дровами, ‒ сказал Индир. Драконы тут же разбежались по своим делам, а я порадовалась, что им не нужно говорить, что делать. Ответственные они и работящие, мечта для будущих жен. Вчера, пока они болтали, я вычленила из их разговоров интересное, драконы приплыли сюда одни, без женщин. Они искали место для нового поселения, а потом должны были отправиться за остальными. Поэтому у них не было дракониц, а жены из других рас рожали только мальчиков.
Соединив их болтовню со словами наира, я вдруг поняла весь ужас их ситуации. Если они искали место для переезда, то значит в их доме была беда и нужно было уезжать. Думаю, во время конца света, который устроили изгои алайи, их корабли не уцелели, а перелететь моря даже для драконов невозможно. Остаться здесь не зная, что творится там, на родине, остаться без дракониц и нормального продолжения рода. Это тяжело. Непонятно почему они за эти столетия не построили новые корабли, но, видимо, я просто чего-то еще не знаю.
В домике появилась еще одна лежанка, два окна, которые давали свет, он стал, естественно, больше, но на этом изменения закончились. Я заплела косу и пошла к двери.
Как всегда, первым делом нужно на речку умыться и принести воды, зевая я вышла на двор и замерла, обозревая изменившийся ландшафт. Впервые за эти дни существенно изменился двор. Плетень превратился в настоящий забор, наша кособокая печь стала красивой дизайнерской печью, а к зонам, на которые я планировала поделить двор, вели каменные тропинки. Драконы еще не ушли, а разглядывали все, поражаясь изменениям.
‒ Помнишь отшельник рассказывал, что алайи были настоящими волшебниками, не то, что эйфары, они могли за ночь дворец построить. ‒ восторгался Индир, ‒ а ты еще не верил, что она алайя.
‒ Иди за дровами, ‒ не сдавался Лас, ‒ все это еще не доказательства.
‒ Коты тоже алайям служили, ‒ не унимался Индир.
‒ А этот не служит. Бросил свою хозяйку одну, — фыркнул Лас, потом увидел меня и сделал вид, что он ничего не говорил. Я хмыкнула. Драконы, оказывается, сомневаются, что я алайя. Если бы я знала, что из себя приставляют алайи, чтобы понять я это они или нет. Всю жизнь была Вика, человек, женщина, жена, мама, бабушка, а тут какая-то алайя. А если все они ошибаются, и я тут по ошибке.
Вздохнула, нашла взглядом ведра, их теперь было два, а еще бочка толстобокая из камня, скорей всего для воды. Интересно что еще добавилось и что сделать, чтобы появлялось то, что мне надо. Нужно в сундук залезть, может, там вещи новые появились. Мечтаю о трусах, даже пусть это будут шорты. Можно, конечно, сшить самой, но из той ткани, что у меня есть, трусы не сошьешь, будет колоться и натирать. Вздохнула.
План на день еще вчера составлен. Развешать мясо в сушилке, и поставить одного из драконов следить за печью. Жар не должен быть сильным, но и прозевать нельзя, чтобы мясо равномерно просушивалось и коптилось одновременно. Для интереса я решила развешать мясо и просто на воздухе. Какое будет лучше храниться, и на вкус приятней, посмотрим.
Странно, что кот еще не пришел, или уже передумал дерево спасать…
Нужно посвятить магии больше времени, решила я, когда стала присматриваться к изменениям во дворе. Вон как лиана разрослась, ощерилась острыми колючками и зелеными щупами. Раньше я за ней такого роста не замечала. Да и двор заметно расширился и стал ухоженным. Может магия поможет быстрее вернуть тот домик, что я видела, когда открыла сюда огромные ворота. Тем более, кошак говорил, что это место силы алайи и тут проходили обучение дети, учась собирать силу и работать с ней. Кивнула сама себе соглашаясь. Работать руками это, конечно, хорошо, но, если моя задача не в этом? Если я должна магию в себе взращивать, а не грядки копать.
 
Чтобы взбодриться попыталась присвоить еще блесток, которые плясали прямо в воздухе и на удивление получилось очень легко. Опять хапнула заряд бодрости и резво подхватив ведра, понеслась к реке. Мне показалось, что даже мозги стали лучше работать, отмечая малейшие изменения в округе и помогая в размышлениях, о том, что все же вокруг меня происходит. Меня призвала мать кошака, сама при этом она погибла. Нужно спросить у него, если наиры считали алай недругами, зачем она меня вызвала. Неужели эйфар который погиб, когда упал в лианы, был таким страшным врагом. Собирать по крохам информацию раздражало, я не видела всей картины в целом и не могла понять, что делать дальше. Вернее, я знала, что нужно выживать, но как это сделать лучше, я не знала.
Если алайи создали этот лес, значит, мое появление тут что-то сдвинуло, качнуло маятник, что там еще может сделать один камешек, чтобы спустить лавину. Очень хочется сдвинуть ее в нужную сторону, мне тут еще жить.
Перед моим взором кружились блёстки, собираясь в круговороты, как гипнотический круг, который затягивает взгляд, интересно это так и должно быть…
В целом мне совершенно нечего переживать. Пусть в этом мире меня не встретил волшебник и не подарил все на блюдечке, я неплохо устроилась. Есть дом, который меняется с каждым днем, магия, которую буду изучать и помощники, которые не дают мне сойти с ума от работы. Я могу свернуть горы, и моря проплыть, если захочу. Улыбка сама собой появилась на моих губах. И чего с утра хандра заела, все прекрасно! Я жива, здорова, молода и вся жизнь у меня впереди. Будет у меня еще дом нормальный, и магия мне покорится! Да!
Я быстро преодолела промежуток пути до речки. Там набрала воды в ведра. Умылась, поплескав на лицо ледяной водой, подхватила ведра, и не ощущая их тяжести, припустила к домику. Мне казалось, что в лесу стало светлее, птички поют красивее, а шаловливый ветерок, специально обдувает разгоряченное лицо.
Когда подходила к калитке, которая теперь у нас тоже есть, услышала грозный драконий рык и удивилась. Чего они там не поделили опять, я подумала, что вернулся наир. Я не стала спешить, аккуратно поставила ведра и пошла за домик, где у нас была коптильня. Вот я им сейчас…
Но это был не кот. Огромный детина, стоял ко мне спиной и нависал над прижавшимися к друг другу драконами. Взрослые парни были испуганы, а вот я разозлилась. Как это понимать?! В мой двор спокойно вошел какой-то громила и обижает моих драконов! В крови еще бурлила магия, а в груди горела храбрость. А подхватила первый попавшийся камень, который остался от сборки печи и подпрыгнув, довольно высоко, шмякнула камень на затылок пришельца. Отскочила и настороженно ждала, когда эта груда мышц завалится. Но шли секунды, и мужик, стал поворачиваете ко мне лицом, совершенно не собираясь падать в беспамятство от моего удара. А мне показалось, что череп у него хрустнул… или нет. Драконы ожили, увидев меня и, вытаращив глаза, ломанулись в мою сторону.
‒ Отшельник, она не виновата! ‒ выкрикнул Индир.
Я сглотнула, когда он повернулся ко мне, и замерла не в силах отвести от его прекрасного лица взгляда. Передо мной стояла ожившая мечта. Высокий, сложенный как бог, с сильными руками, широкими ладонями на которых я спокойно могу сидеть как на табурете. Кожаная жилетка обтягивала все его мускулы, а штаны на длинных ногах, вообще афродизиак для моего давно потухшего либидо.
А какие у него глаза… озера, в которых можно утонуть… а брови? Они черными росчерками выражают всю степень его офигевания, приподнявшись к волосам. На левой щеке шрам, который полумесяцем соединял кончик брови и его красивые губы. Он не портил его, а придавал спокойную мрачность и выдавал трагедию, которая точно произошла в его жизни. Красные четко очерченные губы, которые хотелось целовать и узнавать их вкус, квадратный подбородок, который говорил об упрямом нраве и придавал ему еще больше мужественности. Все в нем заставляло мое сердечко трепетать, а ноги делало ватными и слабыми. Наши взгляды встретились, словно соединились тонкой, невидимой нитью, его губы приоткрылись, и раздался желанный полный грубой силы голос: