Любовь по науке, или На практику в другой мир

И второй. Декан еще и навязал мне эльфа на этот вечер!
– Машенька, милая, ты же видишь, как я зашиваюсь… А вы, студенты, всегда найдете общий язык. Будь другом, отвези его в общежитие. Бумаги у него есть, но боюсь, как бы под машину не попал. Заодно расскажи, как у нас все устроено. Через дорогу переходить научи. И да, нормально разговаривать – тоже, чтобы не «тыкал» нашим преподавателям и не называл их «почтенными магистрами».
Что сказать? Тут я тоже не особо возражала. Пообщаться с жителем другого мира перед отправкой – очень даже полезно. Ведь не только я смогу научить ему уму-разуму, но и он меня. Расспрошу обо всем.
Однако, когда собранный, прямой, но гибкий эльф вышел из кабинета декана, первым моим желанием было просто ляпнуть: «Уши покажи!»
Интересно ведь! Я открыла рот и… тут же закрыла. Потому что иномирянин опередил меня:
– Любезная адептка Мария, господин верховный магистр факультета велел мне во всем слушаться тебя и быть твоим учеником в этот вечер, покуда не доставишь ты меня в мое обиталище, что он мне выделил. Поэтому я полностью покорен тебе и жду твоих распоряжений. Меня зовут Коримэл Гердеорин Бертераси из колена высочайших бессмертных.
При этом эльф опять слегка поклонился.
Наверное, мне следовало сделать в ответ книксен, но, не обученная этикету иных миров, я несколько секунд просто изумленно глядела на это чудо. Ох, крутилось у меня в голове, и как я смогу это исправить за один вечер? Вот это: «мое обиталище», «покуда не доставишь»…
Ладно, попробуем.
Я вежливо кивнула в ответ и сказала (про уши решила пока не спрашивать, чтобы не показаться бестактной):
– Любезный Коримэл, меня зовут Маша Мошкина. Мы с тобой как бы… одного статуса, поэтому называть меня тебе следует на ты. А вот декана и преподавателей… – я быстренько обрисовала эльфу ситуацию с обращениями в нашем мире. При этом тонколицый и, по правде сказать, недостаточно мужественный, но очень красивый Коримэл сосредоточенно впитывал каждое мое слово.
– То есть после имени преподавателя следует добавлять имя его отца? – удивился он. – Но откуда мне знать, как звали его славного родителя?
«Безнадежно…» – пронеслось у меня в голове.
– Я же говорю – при встрече он представится именем-отчеством. Например, наш верховный магистр… тьфу, декан – Иван Семенович. Вот эти «Семеновичи», «Сергеевичи» и прочее ты должен запомнить и обращаться именно так. Так, дальше… Сейчас мы поедем в общежитие. А на улице будут машины. Ты знаешь, что это такое?
– Разумеется, – уже более естественно ответил эльф. – Я прочитал монографию нашего профессора Гарбориана Тардовера из расы людей. Он подробно рассказывает о том, что улицы ваших городов полны механических повозок, подобных самодвижущимся магическим бертуари, что двигаются на топливе из кристаллов породы тербири.
Уфф, а вот это хорошие новости, подумала я. В том мире есть транспорт, похожий на наш. То есть не гужевой. Не упаду с лошади. И не буду трястись в неудобной карете, если решу куда-нибудь поехать.
В общем, оказалось, что Коримэл вовсе не безнадежен. На улице он вел себя достойно, от машин не шарахался, а спокойно выполнял все требования правил дорожного движения. И даже знал их заранее – благодаря этой самой бесценной монографии.
– Стоя возле участка с белыми полосками (ибо переход через улицу разрешен только по ней), следует посмотреть сначала налево, а потом направо. Если же на другой стороне твоему взгляду откроется столб с красным, желтым и зеленым огнями, то надлежит дождаться, когда воспылает зеленый, – озвучил свои знания Коримэл.
Меня чуть не согнуло от смеха. Уж больно комично он выглядел – весь такой серьезный.
Странно только, что в этой книге совершенно не рассказывалось о манере речи местных жителей и обращениях друг к другу.
Общежитие располагалось в нескольких кварталах от университета. Можно было пройти пешком всю дорогу, но я решила, что Коримэлу полезно освоить езду на автобусе. Ему, кстати, выдали немного денег и… студенческую карточку. В автобусе на него оглядывались, но не слишком сильно. В общем-то всякие ролевики даже в центре города – давно не диво.
 
Правда, в какой-то момент я услышала шепот одного молодого мужчины другому:
– Гляди, какой эльфанутый!
– Ага, совсем долбанутый! – в рифму ответил второй.
Коримэл явно расслышал этот короткий диалог, но решил сделать вид, что нет. Он лишь гордо поднял подбородок и продолжил разговор со мной. А потом шепнул:
– Меня предупреждали, что моя внешность может вызвать недоумение у почтенных жителей мира Земля. И что не стоит ставить стрелу на тетиву сразу, как только я услышу упоминание своей расы в сомнительном и непонятном контексте.
Вышли мы за одну остановку от общежития, чтобы пройтись по парку и еще поговорить. Я продолжала рассказывать о жизни в нашем мире, расспросила о мире Дамбиор (хорошо, что не Дамблдор!).
Например, с облегчением узнала, что такие своеобразные обороты речи свойственны только эльфам.
– Бессмертные чтят традиции изящной словесности, – сообщил мне Коримэл в ответ на осторожный вопрос, следует ли мне научиться говорить, как он. – Остальные расы склонны пользоваться упрощенными формами, что прежде годились лишь для перебранки на базаре.
Узнала я и то, что эльфы действительно бессмертны. Живут сколько хотят, а потом просто развоплощаются – их тело становится менее плотным, постепенно обретает свойства духа и уходит в «мир иной».
– Если прежде не постигнет бессмертного преждевременная кончина, – пояснил Коримэл.
– Кори! – не выдержала я. – Ну ты хоть в нашем мире попробуй сдержать свою страсть к изящной словесности! Иначе кто-нибудь может дурку вызвать…
– Что может вызвать этот неблагонадежный? – удивился эльф.
Прошлось объяснять ему, что бывают такие специальные заведения для умалишенных.
– Не беспокойся, любезная Маша. Эльфы никогда не теряют разум. Это свойственно лишь младшим расам, подобным людям и гномам.
Ладно, подумала я. Попробуем с другой стороны.
И принялась объяснять эльфу, что не нужно каждому встречному и поперечному рассказывать о своей нечеловеческой природе. Коримэл внимательно выслушал мои наставления и согласился. Ведь он тоже, как оказалось, подписывал документ о неразглашении. И даже дал обещание не применять магию без «высокого позволения» преподавателей, посвященных в его тайну.
В общем, все шло очень хорошо! А может, мне так казалось. Я даже решилась попросить кое-что. Огурцы огурцами, а в области магии даже у студента третьего курса Магической Академии возможности должны быть выше, чем у Ивана Семеновича.
– Кстати, мне-то можешь что-нибудь магическое показать? – спросила я. – Я не преподаватель, но… из посвященных.
Коримэл нахмурился, потом резко оттянул меня за дерево, чтобы скрыться от взглядов мамочек, прогуливающихся с колясками, и… вдруг схватил меня за руку.
– Что ты делаешь? – изумилась я.
– Посмотри! – отпустил он мою ладонь. С нее вспорхнула крошечная голубая бабочка. Ненастоящая. Сотканная словно из ниток голубого света.
Она покружила у нас над головами, потом Коримэл взмахнул рукой, и бабочка растворилась в воздухе.
А я счастливо рассмеялась. В тот миг я окончательно уверовала, что все по-настоящему.
Другой мир завтра – будет.
Эльф возле меня – настоящий эльф.
И магия действительно существует. А я даже немного прикоснусь к ней, научусь чему-нибудь.
Я попала в сказку. И в тот миг мне казалось, что эта сказка обязательно будет доброй и интересной.
– Маша, я безмерно признателен тебе за гостеприимство, – вдруг сказал эльф, как-то странно глядя на меня. Ласково, что ли. Я даже засмущалась. – Возьми вот это, – он протянул мне маленький медальон в виде бутылочки. В ней что-то подозрительно поблескивало красным. Как рубин.
– Что это?
– Капля моей чистой крови! – гордо сообщил Коримэл. – Если в моем мире тебе потребуется помощь, то другой эльф, увидев эту виахрию, или «хранитель крови», будет знать, что ты моя… мой друг. И обязательно тебе поможет.