Невеста с подвохом, или Ну, держись, Проклятый Герцог (СИ)
- Любезный... Эвальд, если не ошибаюсь?
- Прошу простить, госпожа. Эйнар, госпожа.
О. Это что-то новенькое. А начиналось-то, помнится, с Эльвина. Сейчас, как и раньше, я не сомневалась, что передо мной тот же слуга, который назвал мне имя садовника, тот же, который проводил к портретам герцогинь - уж слишком у него запоминающаяся внешность.
- Угу. Ну, Эйнар, так Эйнар. Скажи, Эйнар, а куда мы направляемся?
- Прошу прощения, госпожа. Не велено говорить, госпожа.
- Ладно. А другие соэллы невесты сейчас где, не знаешь?
- Не могу знать, госпожа.
Я хмыкнула.
Эйнар, он же Эвальд, он же Эльвин не повел меня из башни наружу. Внезапно обнаружилось, что из башни есть и другой ход, и вел он вниз. Мы спускались по темным лестницам довольно долго, и стало очевидно, что меня ведут в подземелья замка.
Признаться, даже мне с моей довольно крепкой нервной системой стало не по себе. Про всякие пыточные камеры средневековых замков, о замурованных в подвалах людях слышал каждый, кто хоть в общих чертах был знаком с историческими романами.
Мы все шли и шли, лестницы все множились и множились, а когда наконец внизу забрезжил свет, я не сразу поняла, что исходит он от таких же фонарей, что был в руке Эйнара.
На довольно просторной площадке я увидела несколько сбившихся в кучку фигур и по знакомым синим плащам опознала - коллеги. То есть девицы-невесты. Все они были здесь. Шестеро. Со мной нас стало семь.
Когда я сошла с последней ступени на каменный пол площадки, вдруг с громким стуком где-то распахнулась дверь.
Все повернули головы на грохот. Прямо перед нами, вверху, распахнулась дверь. Из нее падал свет, по-видимому, от множества свечей, из-за чего возникшая перед нами фигура была словно подсвечена из-за спины, но лица человека видно не было, оно оставалось в тени. Однако...
«Да ладно, - подумала я, глядя на комично низенькую и комично круглую фигуру. - Он, правда, думал нас всех напугать своим «зловещим» появлением, мистификатор дешевый?»
Как там не подсвечивай, а пузатый коротышка - это выглядит смехотворно, если Гранвиль думал, что кто-нибудь при виде него задрожит от страха, то он наивный, ей-богу.
Однако только я так подумала, как Гранвиль наверху захохотал своим пугающим смехом и, посмотрев на девиц рядом, я с удивлением обнаружила - они дрожали от страха. Кажется, даже дерзкая и гордая Вилора Дюран.
Переведя взгляд на темный силуэт на фоне яркого света, я подождала, пока Гранвиль отсмеется.
Закончив, он произнес:
- Помните, соэллы, три вещи! Первое! Все мы здесь в руках Кархена Восьмирукого! Второе! Найдите ключ к сердцу! И наконец третье! Глаза лгут!
Надо ли уточнять, что я ничего не поняла?
Под собственный зловещий смех, Гранвиль - по-прежнему, просто темный силуэт на фоне ярко освещенного прямоугольника дверного проема, - попятился назад. Его фигура потонула в желтом облаке света, и дверь захлопнулась. Теперь в той стороне не было видно ни зги - черным черно.
Я посмотрела на невест, ожидая увидеть, что хоть они-то понимают, что там наговорил Гранвиль, однако обнаружила другое.
Невесты были напуганы. Все до единой. От страха стояли бледные, как покойницы, и тряслись крупной дрожью.
И тут я подумала: а может, и к лучшему, что я пропустила сбор невест в Жемчужном зале? Похоже, то, что рассказал остальным девицам граф, заставило их бояться.
Бояться за свои жизни?
Ну а что касается меня... Так как я знать не знала, что мне следует чего-то бояться и понятия не имела, чего именно, то сейчас я была здесь единственным человеком, который оставался спокоен, пока другие находились во власти страха.
Глава 15. ”ОНИ ВЕДЬ ТОЖЕ ЖЕНЩИНЫ!”
Помимо Эйнара здесь были и другие слуги. Я не видела их лиц под накинутыми на голову капюшонами, а вот голос дворецкого его светлости, Силуяна, узнала сразу, как только он заговорил:
- Прошу вас, соэллы, следовать за мной. Лабиринт подземных ходов под замком очень сложный, легко можно заблудиться и потеряться, так что никто и никогда не сможет вас найти. Поэтому постарайтесь не отставать.
Очень вежливо сказал. Очень доброжелательно. Но каждая из семи невест сразу поняла -ног не пожалеет, но не отстанет. Ибо никому не улыбалось бродить этими подземными ходами в полной темноте, в одиночестве, звать на помощь, не находить выхода днями, неделями, а то и месяцами, в итоге так и умерев здесь, в этом темном и страшном подземелье.
Вот так надо пугать, без жалких мистификаций.
Пока мы продолжали спуск вниз, я осматривалась. Проходы и лестницы были вырезаны прямо в камне. Какой гигантский крот изрыл все нутро скалы этими ходами, оставалось под вопросом. У него должны были быть стальные когти.
Или, как вариант: этот лабиринт ходов был создан магией.
Невесты молча следовали за слугами во главе с Силуяном. Никто ни о чем не спрашивал, не просился обратно на поверхность. Тишину нарушали только шаги и время от времени -тихий плач Ойвии Лантини.
Последнее меня почему-то успокаивало. Если бы Ойвиа Лантини перестала плакать, я бы, пожалуй, сильно насторожилась. А так, вроде, все как обычно.
В какой-то момент мне показалось, что я вижу слабый свет где-то внизу. Это было не яркое сияние от фонарей или факелов, нет, а как будто сплошную тьму подземелья разбавили оттенками серого цвета, который слегка серебрился.
Совсем скоро я поняла, в чем дело.
Один из ходов вывел нас наружу - прямо под ночное небо, - и мы оказались на небольшой площадке, каменным уступом нависающей над зарослями кипарисов и туи, которыми заросло подножие скалы.
Отсюда открывался вид на территорию острова позади замка и на море. Мой взгляд привлекли темные пятна вокруг острова. Они казались черными дырами на морской глади, но с заминкой я поняла - это были острова. Маленькие каменистые острова, окружившие главный остров - Кархен.
- Семь, - тихо произнес рядом кто-то из невест, я не разобрала, кто.
- Все верно, соэллы, - произнес Силуян. - Кархейские острова - это один большой остров Кархен и семь маленьких островов вокруг него - Карух, Магар, Орх, Рух, Торуг, Фиан, Корг. Каждой из невест его светлости сегодня ночью предстоит побывать на одном из семи островов вокруг Кархена. В чем заключается ваше испытание, вам должны были рассказать. Нам же, слугам замка, это неизвестно. Мне велено лишь показать вам дорогу. Сейчас мы должны спуститься еще ниже. Пойдемте.
Вернувшись в темноту скальных переходов, мы продолжили спуск. На ходу я анализировала услышанное.
Значит, нужно будет попасть на один из маленьких островов. Надеюсь, не вплавь, хотя с Гранвиля станется и ночной заплыв в чем мать родила невестам устроить. Не удивлюсь, если он где-то сидит с биноклем, или подзорной трубой, или что тут у них вместо приборов дальнего видения, и потирает пухлые ладошки в предвкушении пикантного зрелища.
Что делать на острове, вот в чем вопрос? Так и подмывало схватить кого-нибудь из девиц, утащить в сторонку и заставить рассказать, в чем суть испытания, но, во-первых, можно отстать и потеряться, а во-вторых, похоже, Гранвиль их так застращал, что они будут молчать, притворяясь немыми от рождения.
Ладно, черт с ними, буду разбираться на месте, решила я.
Идти мне, к слову, было нелегко - мои бедные чулки прямо сейчас представляли собой магазин «Тысяча мелочей», благо все это богатство поддерживали обвязанные вокруг икр шелковые ленты. Впрочем, какое там, к черту, «поддерживали», если они сползали?!
А началось все с того, что незадолго до полуночи я сказала своей самой исполнительной в мире служанке: «Лотти, мне не помешает взять с собой несколько полезных вещей».
Это был мой просчет. Я должна была понимать, кому я это говорю.
Серебряные булавки с цветочками, золотые шпильки с жемчужинами, гребешок, инкрустированный какими-то полудрагоценными камешками, шелковые ленты...