Большая Гонка (СИ)

— Пожалуй так будет лучше.
— Вот видишь, все вопросы, вполне решаемы. Кстати коллекционер, в качестве жеста доброй воли согласился создать копию твоей семейной реликвии, так что к тебе не будет претензий и в Мекке, когда ты решишь вернуть перстень в сокровищницу.
— А там сидят недоумки, которые ничего не смыслят в реликвиях.
Может и так. Но в этом случае можно не сдавать копию, а дождаться пока представители Муфтийята, приедут к тебе сами. Не думаю, что для курьерских обязанностей тебе пришлют эксперта-ювелира. Но в любом случае можно объявить, что перстень украли, подменив его на копию, а если его заберет курьер, то в подмене можно обвинить и его. В любом случае, ты остаешься относительно чистой.
— Относительно?
— То есть тебя не обвинят в продаже семейной реликвии. А там глядишь и как-то восстановят ее, тем более, что она застрахована и тебе обязаны будут выплатить страховую премию. Так что в любом случае ты будешь в выигрыше. Останется конечно некоторое недоверие, со стороны Муфтийята, но тебе нужна их благосклонность?
— Да не особо. А страховка?
— Полтора миллиона долларов. А пока, тебе придется пройти перевоплощение.
— Какое еще перевоплощение, что это вообще значит?
— Вспомни, я говорил о том, что перстень хранится в сокровищнице Аль-Харам в Мекке, говорил?
— Ну, говорил.
— А ты знаешь, что есть закон, запрещающий не мусульманину пересекать городскую черту Священного города ислама?
— И, что? Я-то мусульманка с рождения.
— То, что ты узбечка, еще не значит, что ты исповедуешь ислам. И доказывать это ты должна каждым своим шагом.
— Чадру носить?
— Чадра сейчас находится под запретом в большинстве мусульманских стран. И носят ее скорее по собственному желанию, и то не выходя из дома. Но дело не в том, ты, во-первых, должна знать основные положения ислама, касающиеся женщин при посещении священных мест для каждого мусульманина. Вот почитай, я сделал выписку из правил для женщин.
Фирюза забрала у Роберто лист бумаги и начала читать вслух.
— «В путешествии к святым местам, женщину должен сопровождать супруг или махрам — близкий член семьи мужского пола, достигший семнадцати лет, — это отец, брат, сын. Если такой возможности нет, в хадж можно отправиться только после сорока пяти лет в компании доверенной группы»
— И что теперь, прикажешь ждать еще десять лет до наступления этого возраста?
— Можешь на это не особенно обращать внимание. Во-первых, ту появишься в Мекке, не для хаджа, а для вступления в титул, а это несколько разные вещи. А, во-вторых, можешь выдать меня за этого махрама, например, назвав меня братом.
— А может тогда, ну его этот хадж.
— С одной стороны, может и так, но как посмотрят на это мусульмане? Ведь ты после принятия титула будешь считаться потомком одного из ближайших сподвижников пророка, да тебя просто забьют камнями как шайтана, если ты не станешь исповедовать ислам. Другими словами, считай, что паломничество входит в обязательный сценарий. Читай дальше, не отвлекайся. Хотя можно объявить, что ты собираешься пройти паломничество, после вступления в титул. Такой вариант все упрощает.
«Если во время хаджа у женщины началась менструация, она всё равно допускается ко всем обрядам и ритуалам, кроме семикратного обхождения Каабы. По словам посланника Аллаха, женщина должна совершать все, что делает мужчина, но не совершать таваф, пока не очистится. В случае менструации после выполнения обхода в День Заклания, женщина имеет право не делать последний обход, а сразу покинуть Мекку».
— Чёрт! Могли бы объяснить это не столь откровенно.
«Во время ритуала бросания камней женщинам даются поблажки: им разрешено покинуть долину Муздалифа до восхода солнца»
— Это мне еще ночью там торчать⁈
— Одну ночь, можно и потерпеть.
'Запреты, во время паломничества:
Во время хаджа женщине нельзя краситься и мыться средствами с добавлением отдушек и ароматизаторов. Гели и лосьоны для душа, бальзамы и шампуни для волос, крема и маски должны быть без запаха. Мыло, которое подходит для использования во время паломничества, продается в Мекке. А для чистки зубов там применяют сивак, зубочистку из ветвей и корней дерева арак.
 
Запрещено стричь ногти и удалять волосяной покров: выщипывать брови, стричься, бриться. За каждый выпавший волос предусмотрен штраф. Чтобы избежать этого, следует заплетать волосы в косы или в крепкий пучок. Женщины не должны громко произносить тальбию, обязательную молитву во время хаджа. Совершать паломничество нужно с чистыми светлыми мыслями, поэтому интимные связи запрещены. Сразу после вступления в состояние ихрам в Микате, женщине нельзя прятать лицо и закрывать кисти рук перчатками. Запрещено во время хаджа показывать волосы: об этом стоит помнить после обряда бросания первых камней. Потому, что после него, придется состричь пучок волос.
— Ох и провоняю я там! Это же жуть какая-то, а не паломничество.
— Ничего неделю можно и потерпеть.
— Что⁈ Целую неделю чувствовать себя грязной и не мыться?
— Мыться, как раз обязательно, просто нельзя использовать шампуни и мыло которые издают посторонний запах. Да и не неделю, а чуть меньше. Точнее пять дней. Зато после будешь вполне обеспеченной женщиной.
— С полумиллиона обеспеченной себя не особенно почувствуешь. Я тут посмотрела, простенькая, но приличная квартира стоит от ста тысяч долларов, считай пятая часть уже ушла, а ведь ее еще нужно обставить, купить хоть какой-то автомобиль и приодеться. Нет, полмиллиона — это явно маловато. Даже положив оставшуюся часть в банк, у меня в пассивном доходе получится, какая-то мелочь.
— Я же не настаиваю на том, чтобы ты избавлялась от перстня, но большую цену он не дает. Если желаешь попробуй сама найти покупателя, только после не обижайся, что останешься и без перстня, и без денег. И потому, считай через пару месяцев ты сможешь получить страховку, а это еще полтора миллиона.
— Только это и радует.
— Только я не могу понять. Зачем тебе квартира, если ты живешь со мной и у меня.
— А, завтра ты найдешь помоложе, и что мне делать?
— Вообще-то я не давал повода…
— Успокойся, меня все устраивает. Правда, ты намекал на предложение руки и сердца, но пока я так его и не услышала.
— Давай поговорим об этом, по возвращении из Мекки. Если сейчас мы затеем приготовления к торжествам, все это оттянет нашу поездку еще на полгода. Поэтому, давай закончим сначала с этим, а сразу после завершения будум говорить о другом.
— Скользкий ты какой-то.
Уже со следующего дня, походы в ресторан, прогулки по набережной и выезды на пляжи резко сошли на убыль. Теперь приходя с работы, Фирюза, бралась за литературу, принесенную Роберто, и заучивала наизусть постулаты ислама. А в пятницу, в обязательном порядке посещала пятничную проповедь в мечете города Сан-Хуана. В общем тщательно строила из себя набожную и правильную почитательницу ислама. Именно такую, какой и должна быть настоящая наследница высокого титула.
* * *
Я пришел в себя в какой-то хижине, собранной из плотно связанных пучков сухого камыша, укрепленных на каркасе из тонких стволов какого-то дерева перевязанном растительными волокнами. Все это сооружение венчала крыша из точно таких же тонких стеблей, что и стены. Пол хижины был набран из тонких жердей и укрыт циновками, сплетенными из листьев какого-то растения. Единственным проемом в этой хижине, через который проходил свет, оказался по совместительству входом сюда. Причем, как я убедился в этом много позже, сама хижина стояла на сваях, и соответственно от ее пола до земли было довольно высоко. Но с другой стороны, здесь было достаточно прохладно и не так мучала влажность, от которой было трудно избавиться стоя на земле, наверное, за счет того что любой ветерок обдувал хижину со всех сторон и даже снизу,
Долгое время, я не мог понять, кто я, что я, и как сюда попал. Более всего поражало то, что люди изредка появляющиеся здесь были под стать самому жилищу. То есть на мужчинах присутствовала одна единственная деталь туалета — набедренная повязка, а у женщин ее заменяла короткая юбка из каких-то растительных волокон, грудь же была открыта и на нее похоже не особенно обращали внимания считая такое положение естественным. Единственной одеждой хоть как-то говорящей о том, что в мире имеются более цивилизованные места, оказалась именно моя. Хотя в данный момент, я был абсолютно гол. Впрочем, меня это не особенно смущало, как и женщин, которые ухаживали за мною приводя в порядок мое тело, которое похоже очень сильно пострадало. Отчего именно, было не слишком понятно, хотя бы потому, что последним моим воспоминанием было то, как я падаю с лесов, установленных на побережье возле города Понсе. Я точно помнил, что купил это место, под строительство детского парка развлечений, и вместе с инженером проектировщиком влез на поставленные леса, откуда упал по своей неосторожности. Такое действительно произошло со мною, но как я после падения с лесов оказался в этой хижине, было совершенно не понятно.