Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ)

— Что бы вы сделали, Тшель? — практически отеческим тоном поинтересовался гранд-адмирал. — Просветите меня, как бы вы победили, когда у каждого вашего корабля отстрелены двигатели, из-за чего они не могут ни уклониться от боя, ни сблизиться с кораблями противника для самоподрыва; нарушена целостность корпуса, что делает невозможным использование систем маскировки, а так же — разрушены орудия главного калибра, на которых и сделан конструкторский уклон во время разработки технической документации проекта звездного разрушителя типа «Агрессор»?
Тшель, смущенно отведя взгляд в сторону, совсем уж по-детски прикусил нижнюю губу.
— Виноват, сэр, — признался он. — Ляпнул, не подумав.
— Советую на будущее поменять порядок действий, — произнес Траун, развернув свое кресло назад, лицом к обзорному иллюминатору. — Импульсивность и желание славы — это бич молодых офицеров. Желание славы и известности как победителя врагов — явление понятное. Но пагубное. Смотрите на ситуацию в целом — важен конечный результат и его достижение с максимальной эффективностью. Ни для кого не будет лучше, если сегодняшний день закончится для «Химеры» не неделей на стапеле, а месяцем в сухом доке.
— Понимаю, сэр, — закивал Тшель. — Для дальнейшей компании против «Консорциума Занна» нам потребуется каждый боеспособный звездолет и лишние повреждения, которые «Химера» может получить, сблизившись с противником, которые то и дело подрывают себя сами, никому не нужно.
— Верно, — не оглядываясь произнес Траун. — И в корне неправильно. Мы не собираемся ввязываться в открытую войну с «Консорциумом Занна» в обозримом будущем.
Тшелю показалось, что он услышал звук разбившегося стекла.
Обескураженный, он огляделся вокруг, но не нашел ни малейших осколков или намеков на то, кто мог бы подобное сотворить на практике.
«Кажется это только что разбились вдребезги мои шаблоны», — подумал молодой офицер.
— Да, сэр, — машинально произнес он.
На центральной платформе мостика «Химеры» повисло напряженное молчание.
— Гранд-адмирал, — не выдержал после нескольких минут невыносимой тишины Тшель. — Если мы не намерены бороться с «Консорциумом Занна», то в чем тогда цель происходящего?
Траун находился спиной к нему, но командир звездного разрушителя увидел, что пальцы правой руки, облаченные в белоснежный материал перчатки, пробарабанили по подлокотнику.
— Неправильное восприятие информации ведет к неправильной постановке вопроса, капитан, — произнес Траун. — Мы будем бороться с «Консорциумом Занна», — заверил он. — но не в ближайшем будущем. Сейчас мы делаем то, что и должны — уничтожаем их атакующий потенциал, что неминуемо приведет к снижению агрессивной риторики Занна. Наш дальнейший шаг — взять Корпоративный сектор в блокаду. Для прямого столкновения у них все еще большое количество звездолетов имеется в распоряжении — более полутысячи одних только звездных разрушителей типа «Победа». Мы располагаем куда как более скромными наличествующими и боеспособными силами. В таких реалиях будет преступной халатностью соваться для генерального сражения в логово зверя, где ему знаком каждый угол сектора, каждая гиперпространственная магистраль, а в каждой звездной системе нас могут ждать несколько десятков, если не сотен проблем, не говоря уже о том, что существует довольно крупная прослойка населения, которая так или иначе поддерживает нашего врага. Нет, капитан. Мы разбили их наступающие силы — это уже констатация факта. Но мы еще не готовы бороться с таким «тяжеловесом» как Корпоративный Сектор в открытую. Для начала мы их обескровим, измотаем, лишим сателлитов, получим дополнительные подкрепления, усилим наши позиции в галактике, устраним выявленные в ходе текущей операции проблемы. И только после всего этого — нанесем удар, после которого «Консорциум Занна», «Черное солнце» и прочие вывести, за которыми прячется Тайбер Занн, останутся лишь вехами в памяти разумных.
Капитан Тшель почувствовал себя неуютно.
Траун говорил общими фразами, но от этого спокойнее не говорилось.
 
Предпочитаемая им тактика — множество ударов, которые не выглядят как нечто целое, организованное, часть чего-то большего — даже спустя столько времени совместных компаний, непонятна большинству подчиненных.
Но сейчас, в своей речи, кажется впервые Траун дал понять что он намерен сделать со своим врагом, Тайбером Занном.
Использовать малые силы, десятки ударов — не только военных, но и некоторых других видов операций — чтобы задушить чудовище в его логове.
После чего нанести филигранный и точный удар ослабленному противнику, воевать против которого в открытую — самоубийство.
Капитан Тшель моргнул.
После чего уже другим взглядом посмотрел на поле боя.
На то, как численно превосходящий флот противника, превращенный в беспомощных статистов, буквально аннигилируется силами всего четырех крупных кораблей Доминиона.
И небольшой ордой малых летательных аппаратов — перехватчиков, скоростных бомбардировщиков, ударных канонерок…
Он напрягся от мысли, что кажется понял.
Его наморщенный лоб разгладился и морщинки — привычные обитатели его лба, когда дело доходило до осмысления планов гранд-адмирала — разбежались по просветленном лику.
— Кажется, я понял, сэр, — негромко произнес он. — Я понял что здесь происходит, понял что мы делаем с флотом противника…
Кресло Трауна вновь повернулось, а его пытающий взор прошил Тшеля подобно суперлазеру «Звезды Смерти».
— Это ведь репетиция, не так ли? — так же тихо спросил он, без страха смотря в глаза Верховному Главнокомандующему. — Генеральная репетиция конца «Консорциума Занна»? Минимальная трата сил в обмен на максимальный вред, нанесенный противнику…
Гранд-адмирал Траун удостоил его легкой улыбкой и едва заметным кивком согласия.
После чего вернулся к созерцанию поля боя.
Нет, это даже не бой.
Это срежиссированная постановка, в которой сотни тысяч агрессивно настроенных разумных уничтожаются, чтобы не стать в будущем проблемой для более амбициозных проектов гранд-адмирала.
— В отличие от самураев, капитан, у нас есть не только путь, — произнес Траун мягким, но твердым тоном. — У нас есть и конечная цель. Ее-то мы и желаем достигнуть, не отвлекаясь на посторонние проблемы.
Тшель почувствовал, как у него непроизвольно открылся рот.
Межзвездный преступный синдикат, подчинивший себе самую экономически развитую территорию галактики — это «посторонняя проблема»?!
Он уже хотел было задать вопрос самому Траун, но передумал.
Вспомнил об Альянсе, Новой Республике, Содружестве Пяти Звезд, Имперском Пространстве и Осколках, Палпатине, таящемся в тенях, юужань-вонгах, о которых предупреждал Траун, наконец…
Да, в конце концов, в таких реалиях пара-тройка преступных организаций, контролирующих небольшие участки галактики, в самом деле являются не самыми большими проблемами из тех, что есть и будут.
* * *
Марис показывала на пальцах приближение четырех противников, двигающихся по коридору.
Мара, в задумчивости смотря на эти четыре из пяти тоненьких мальчика, украшенных незамысловатым маникюром, украдкой вздохнула.
— Пятый в трех метрах позади них, — шепнула она.
— Откуда ты знаешь? — шикнула на нее Бруд, перестав подглядывать из щели технического шкафчика.
Мара хотела было залепить себе ладонью по лицу, но рука наткнулись на щиток летного шлема.
— Слушай Силу, Марис, — пародируя джедайские наставления, произнесла рыжеволосая красотка.
— Я стараюсь, — призналась забрачка, у которой, от усердия, даже щиток шлема начал запотевать. — Не всегда получается обнаружить простых разумных… Чувствительных к Силе — проще.
Конечно проще.
Это как сравнивать одиноки маяк в ночи и включенную подсветку у тысяч дек в тех же условиях.
Тот, кто учил эту дамочку либо полный профан, либо знал о Силе не больше, чем сама Бруд сефчас.