Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ)

И все это — с налетом не первой свежести.
Вкупе с изумрудно-зелеными глазами, парочкой разводов от технических жидкостей на лице и несколькими родинками из синтеплоти на носу, весь этот маскарад как нельзя лучше подчеркивал ее принадлежность к технической службе здания, в котором располагался офис корпорации «Хорш энд Кессель».
Образ чересчур обыденный для окружающих, чтобы обращать на нее пристальное внимание.
Редерик в свою очередь обзавелся точно таким же комплектом одежды и снаряжения, разве что на лице у него имелось несколько застарелых шрамов, выполненных все той же синтеплотью, контактные линзы имели карий оттенок, а волосы выкрашены в грязно-серый цвет, напоминающий многодневную засаленность на светло-русых волосах.
Векс то и дело останавливалась, что-то рассматривая на экране деки, после чего с хозяйским видом указывала то в одну сторону, то в другую, производя впечатление начальницы, выдающей туповатому подчиненному столь ценные указания, смысл которых он игнорировал.
Выражение лица, свидетельствующего о вселенских муках от потока словесности, которая на него обрушивала «начальница», вызывало сочувствующие взгляды у проходящих мимо сотрудников многочисленных офисов и организаций, покидающих здание в связи с окончанием рабочего дня.
Стоило только кому-то приблизиться к этой старой парочке, как они резко меняли свое мнение относительно желания поинтересоваться причинами нахождения на офисном этаже парочки техников из обслуживающего персонала.
Потому как от обоих разило столь недвусмысленными запахами канализации, что каждый встречный предпочитал огибать их по широкой дуге.
— А я говорю, что труба системы отвода жидких помоев проходит здесь, — Векс тыкала наманикюренным облупившимся дешевым лаком ногтем в деку, со знанием дела указывая на несущую стену здания, зашитую в декоративную облицовочную панель. — И ей уже лет триста…
— Материал, из которого она выполнена прослужит еще столько же, — устало произнес Редерик, горько усмехнувшись при встрече взглядом с миловидной тви’лечкой средних лет, которая стрельнула глазками молодому технику.
Мелкая офисная сошка, с которой агент несколько раз пересекался за время работы под прикрытием.
Ничего низ себя не представляет, зато личико, фигура, обтянутая этим строгим офисным…
Редерик повернул голову, провожая знакомую взглядом и улыбнулся, когда она так же посмотрела на него через плечо.
Но тут же отвернулась и засеменила своими длинными ножками, цокая по половой плитке, не оглядываясь.
А вот Редерик все же это сделал.
И уперся взглядом в Авеку, чья поза выражала осуждение и нетерпение одновременно.
— Еще раз на нее взглянешь — глаза выколю, — тем же тоном, которым она говорила о канализации, произнесла Векс.
Редерик удручающе покачал головой.
— Однажды кошмар работы с тобой закончится, — мечтательно произнес он, натянуто улыбнувшись, когда Авека посмотрела на него.
— Малыш — я лучшее, что было и будет в твоей жизни, — захлопала она своими длинными ресницами агентесса, повернувшись к нему спиной и продолжая блуждание вдоль стены. — Так что не разменивайся на второсортных легкодоступных дамочек, в постели которых побывал каждый первый клерк офиса, в котором она работает на ресепшене и каждый час носит каф своему боссу.
— Так ты за мной еще и следишь, — хмыкнул Редерик, подмечая, что уже второй прибывающий в вестибюль здания турболифт приходит полупустым. — Обзавестись контактами в офисе было на моей совести.
— Поверь девушке, которая имеет наметанный глаз на подобного рода контингент — единственное чем ты можешь обзавестись в ее компании тебе придется лечить очень долго у врача, в присутствии которого стараются не смотреть ему в глаза, — произнесла Векс.
— Я даже не хочу знать как ты получила такой опыт, — сокрушенно покачал головой Редерик.
— Правильно, малыш, — согласно кивнула Авека. — Порой есть знание, преисполнившись которым ты уже не сможешь стать прежним.
— Да где ж я так грешил, что мне приходится с тобой работать, — возвел Редерик глаза к потолку, припомнив, что в одной религии думают, будто некие божественные силы живут на небесах.
 
Суеверие, конечно.
Этот тезис легко могут опровергнуть пилоты, поднимающиеся на своих летающих аппаратах выше зоны облаков.
Но религиозные культы фактами не образумить…
— Сама удивляюсь, — произнесла Векс. — Но ты подбери свои слезы — мы только в начале пути. Думаю, трубы тут ни при чем — надо на технический этаж, проверить распределительную и насосные станции. Возможно они дали больше давления, поэтому в подвале все это мерзкое болото и оказалось.
С Векс так всегда — она настолько умело вплетает в свой разговор и рабочие, и личные моменты, что голова болеть начинает от мысли, что где-то в ее словах есть двойное дно.
А то и тройное.
«Еще не поздно подать рапорт о переводе во флотский спецназ», — подумал Редерик.
Но отмел эту мысль с тем обоснованием, что даже если он станет пилотировать одноместный корабль-разведчик, Векс все равно не отстанет.
— Тогда нам придется поработать на крыше, — вздохнул он, краем глаза заметив подходящего к ним охранника. — Привет!
Он вымученно, но добродушно улыбнулся.
— Что-то случилось? — поинтересовался забрак, кося взгляд на облегающий комбинезон Векс, но делая вид, будто ему интересно услышать что же там отвечает ему ее напарник.
— В подвале порвало коммуникации, — сообщил Редерик. — Дыру в канализации мы залатали, — предварительно поспособствовав тому, чтобы она образовалась, — теперь надо проверить почему ее вообще разорвало. На технический этаж надо подняться.
Вопросы о том, почему все критически важные коммуникации расположены над последним рабочим этажом здания стоит отнести к тем, кто хоть немного понимал в хаттской архитектуре.
Редерик был не из числа подобных специалистов.
— Так все уже ушли, — охранник продолжал поедать Векс взглядом, а та делала вид, будто занята чтением написанного на экране деки.
— Может тогда им повезло, — грустно улыбнулся Редерик. — Не придется нюхать то, в чем нам надо будет копаться, разбирая оборудование. А к утру весь неприятный запах уже выветрится.
— Вообще-то не положено вести работы в здании в вечернее время, — заявил охранник. — С вами должен быть провожающий.
Конечно должен быть.
И так всегда происходит, если бы дело обстояло в будний рабочий день.
Но Векс и Редерик не просто так пришли сюда в последние часы конца рабочей недели.
За час до конца рабочей смены в последний день заступает на дежурство всего один охранник, который и торчит здесь до конца выходных, пялясь в мониторы наблюдения и копаясь в «ГолоНете» со своей деки.
— А будет лучше, если насос выйдет из строя и вместо закачки содержимого туалетов под давлением ударит в обратном направлении? — уточнила Векс. — Я не большой знаток искусства, но подозреваю, что работников не очень воодушевит характерный запах и желто-коричневые разводы по стенам, полу и потолку в модном нынче республиканском стиле…
— Все-все-все, — замахал руками охранник. — Пущу я вас, проверяйте, ремонтируйте. Только быстро!
— Одна нога здесь — другая там, — пообещал Редерик.
— Смотрите мне, — забрак сделал вид, будто он делает предупреждение. — Не хочу получить по шее за то, что офисным будет мешать вонь. Из меня всю душу вытрясут за такое!
— Не вытрясут, — заверила его Векс, обворожительно улыбаясь. — Мы сделаем все чисто, никто, кроме тебя и не узнает, что мы там вообще были.
Векс, еще раз обмазанная сальным взглядом охранника, невозмутимо вызвала турболифт.
Редерик, изобразив на лице абсолютное нежелание работать, виновато потупился, заработав взгляд своей «начальницы» и следом за ней вошел в прибывшую кабину турболифта; двери за ними закрылись.
Они выбрали последний этаж, откуда до технического было необходимо добраться исключительно ножками по технической лестнице.