Гранд-адмирал. Том четвертый (СИ)

— Угуф, — с набитым ртом произнесла та.
— Будьте так добры прожевать содержимое вашего рта и поговорить со мной без пищевых препон, — попросил я, терпеливо относясь к мелким странностям молодой женщины и по-своему — уникального специалиста.
С видимым усилием Третья проглотила то, что пережевывала, после чего с нескрываемым сожалением посмотрела на остаток своего стейка, и решительно убрала его в сторону.
— По вскрытию — никаких физиологических изменений я не нашла в трупе, — пояснила она. — И никаких капсул с ядом — в том числе. Теломеры — нормальные, соответствуют общему износу организма.
Иными словами — труп моффа Делурина, контролировавшего планету с воинственными ящерицами, не является клоном.
Уже хорошо.
— Гранд-мофф Феррус и его команда? — поинтересовался я.
— Гранд-мофф тоже оригинальный человек, — на этих словах мне стало немного легче. — Ну, его клоны… Это его клоны. Все соответствуют возрастам своего создания.
Значит, как минимум гранд-мофф вне подозрений.
— Кандидаты, которых он отобрал, — напомнил я. — Что вы скажете об их теломерах?
— Ну, те, которые адмирал Троммер, гранд-мофф Хайзер, моффы Венсел и Ярнек — тоже оригинальные люди. А вот те, которые из категории «отбракованные», типа гранд-моффа Ниверса — эти клоны, никаких сомнений…
Та-а-ак…
Любопытная комбинация получается.
То есть те, кто прошли через жернова контрразведки и дженсаарай — это люди, а те, кого зарезали, во многом — по наличию «неясной угрозы, скрытой в глубинах разума», о которой сказали дженсаарай, участвующие в фильтрационных мероприятиях военнопленных — оказались клонами?
Зафиксируем мысль.
Значит ли это, что дженсаарай могут хоть как-то, но чувствовать подобных «спящих агентов»?
Если да, то значит у меня меньше опасений насчет военных — они все сплошь прошли через дженсаарай и контрразведку.
— Займитесь проверкой анализов ДНК бывших имперских военнопленных из категории «отбракованные», — приказал я.
Вообще-то пробы крови отбирались для того, чтобы проверить медицинское состояние здоровья.
И, на случай отказа сотрудничать, то подходящий образец клонировался без его ведома — на практике ж этого ни разу не происходило.
Теперь же, похоже, придется перепроверить все образцы ДНК, начиная с высокопоставленных офицеров и вплоть до рядовых.
Работа — колоссальная.
— Продолжайте проверки, — приказал я. — Отложите все текущие проекты и используйте все свои мощности для проверки имеющихся образцов для клонирования второй очереди.
Что означает: в первую же волну проверки войдут все наши немногочисленные генералы, полковники, командиры соединений и звездных разрушителей, специалисты, которые еще не использовались в качестве доноров.
Фактически — это база генетически данных «свежих приобретений», которые еще не успели себя как следует проявить, а потому и не подлежали клонированию.
Зачем тратить дорогостоящие реагенты на изучение крови того, кто может быть и неплохой командир, но лучше уже себя не проявит?
За первую очередь я спокоен — это офицеры и специалисты, которые неоднократно уже сканировались и клонировались.
Их проверка на теломеры — это как данность.
Но по сути их не так уж и много — а вот вторая очередь, это в самом деле огромное количество потенциальных доноров.
Которых вот так просто всех и сразу не проверишь.
И дело тут уже не в дороговизне реактивов для анализа ДНК (как ни странно, но они дорогие были и в моей прошлой жизни, и в этой тоже).
А в том, что проверить всех и сразу нет банальной возможности — это занимает время.
Например, на проверку всего полусотни имен из списков ключевых доноров, у Третьей ушло почти полдня.
А впереди еще сотни и сотни образцов.
Процесс явно не быстрый.
— Будем работать, — девушка не удержалась и откусила стейк. — Ах да, забыла. Пришел еще один подтвержденный анализ.
То есть — совпадение по несоответствию длины теломеров и реальному возрасту.
— И кто же это?
— Труп моффа Гронна, — ответила Третья. — Дроид-патологоанатом установил, что он умер от быстродействующего токсина, хранившегося в коренном зубе, а не от выстрела из бластера.
 
— Благодарю, Третья, — произнес я. — О всех фактах выявления клонов — сообщайте мне, полковнику Астариону, гранд-моффу Феррусу и вице-адмиралу Пеллеону. Лично. И все происходящее должно оставаться в секрете.
— Поняла, — пробурчала Третья, не переставая жевать.
Ее не исправить, да и отчитывать бессмысленно.
Поэтому я просто отключил голопроектор.
Что и требовалось доказать.
Как минимум часть моффов — это клоны.
С характерным «консорциумским» способом самоликвидации.
Любопытно…
А те, которые были среди «отбракованных», вроде гранд-моффа Ниверса — они уже попали в тюрьму клонами, или были заменены внутри республиканских казематов?
Сол Мон говорил, что похищал как имперских, так и республиканских «шишек».
Если подмена произошла внутри казематов, то я даже знаю причину.
Гранд-мофф Ниверс, собственно, как и весь «барак моффов» — это освобожденные из республиканской тюрьмы во второй или третьей волне.
Сперва освобождались боевые офицеры — флотские, затем армейские.
Чиновники — в последних операциях.
Какова вероятность того, что Занн сумел просчитать вероятность того, что я буду освобождать и моффов, тем самым передав мне «троянских коней»?
Зафиксируем, пожалуй, эту мысль.
В голосе начал обретать контуры план как можно использовать действия самого Занна против него.
Да, может быть этот парень и поумнел после того, как едва всего не лишился после Эндора, но не стоит забывать и того, что он крайне азартен и не в его привычках «сидеть смирно».
Ему нужно движение, нужна деятельность — потому он и действует против меня с тех самых пор, как только его пираты были разбиты в Гегемонии.
Что ж, будет неплохо подзадорить его еще больше и предоставить возможность как следует ударить мне в спину.
  
Глава 21
 
Десять лет, первый месяц и одиннадцатые сутки спустя Битвы при Явине…
Или сорок пятый год, первый месяц и одиннадцатые сутки после Великой Ресинхронизации.
(Семь месяцев и тридцать первые сутки с момента попадания).
Есть ситуации неприятные.
Есть ситуации неловкие.
А есть те, которые совмещают оба этих понятия.
Со стороны голокоммуникатора донесся звуковой сигнал, оповещающий капитана Прил о том, что ее голокоммуникатор готов связать ее узами гиперпространственной связи с абонентом, находящимся, возможно, на дальнем конце галактики.
— Защитник Фодеум Сабре Де’Люз, нельзя ли как-то побыстрее? — спросила она, ощущая на своем подбородке мужские руки.
— Да, конечно-конечно, — вместе со словами до нее донесся легкий ментоловый аромат свежего дыхания защитника-дженсаарай. — Просто… Застежку шлема перекосило.
— Могли бы просто не закреплять шлем на голове, — контролируя свою раздражительность, произнесла Танда.
— Мог бы, — согласился дженсаарай. — Если бы вы не пытались подглядывать через глухое забрало, наклоняя шлем в разные стороны.
— Мне же нужно было увидеть цель!
— Суть упражнения заключается не в том, чтобы видеть тренировочный шар глазами, — терпеливо повторил свою мантру дженсаарай. — У вас для этого есть Сила и именно ее следовало использовать.
— Да знаю, знаю, — Танда нервно забарабанила пальцами по коленям. — Уже закончили?
— Не совсем, — голос и дыхание дженсаарай указывали на то, что он изо всех сил старается. — Но, я уже в процессе.
— Защитник, вы понимаете, кто пытается со мной связаться по личному голокомму? — уточнила Танда.
Пальцы у подбородка замерли.
— Думаю, ваш супруг поймет… — неуверенно произнес мужчина. — Мы же ничем не занимаемся крамольным в вашей каюте.