Нано (СИ)

— У меня нет ключа, — уставившись на машину, говорит Термит. — Остался у...
Он бросает взгляд в сторону главного входа и начинает задыхаться.
— Да брось! — ты пихаешь его кулаком в плечо. — Никогда не поверю, что Термит не в состоянии взломать машину!
Это приводит его в чувство, он поспешно забирается в кабину. Ты не спешишь садиться рядом, просто склоняешься и смотришь, как он меняет настройки в панели управления, подключившись со своего наладонника. Наблюдение его нервирует.
— Послушай, — не выдерживает он, — мы просто воры, так?
— Я не коп, парень, можешь не стараться с чистосердечным признанием.
— Мы просто... — Он вздыхает и бьется лбом о руль. Каким-то образом это помогает, Термит начинает говорить спокойнее и понятнее. — Баг сказал нам, что тебя нужно прижать. Сказал, что никто за тебя не вступится. Можно обокрасть и убить, и никто ничего не...
— Ну, он в какой-то мере был прав. Ключевой вопрос — почему? Почему он решил обокрасть меня и убить? Из-за Кристины?
— Он ее любил. — Термит пожимает плечами и виновато смотрит на тебя.
— Ты хоть сам-то в это веришь?
Снова пожатие плечами. Влюбленный герой что-то не спешил прийти лично.
— На кого работают Термиты?
— Мы свободные, — это парень говорит уже гораздо увереннее. Он даже расправляет плечи и выпрямляется на сидении.
Идиот, но идейный. Ты открываешь рот и тут же закрываешь. Кто ты такой, чтобы ломать юношеские мечты?
— Эта точка, — ты киваешь на панель управления, где Термит уже выстроил маршрут, — ваша база?
— Да.
— Отлично.
Ты вытягиваешь его из кабины и целишься в него из «дедушки».
— Мужик... — вздыхает Термит. — Опять? Разве ты не сказал там, что я могу жить?
— Ты можешь, — соглашаешься ты. — Но я, помнишь ли, уже мертв. И хочу остаться таким подольше. Так что, пожалуйста, сообщи сейчас этому твоему Багу, что я убит.
Он послушно набирает сообщение в наладоннике и показывает тебе. Ты благодаришь его и забираешь гаджет.
— А теперь — спасибо за транспорт и береги себя.
— Подожди!
Он подскакивает на ноги и вцепляется в окно машины.
— Я могу поехать с тобой, разве так не будет проще? Они спокойно пропустят нас, и ты сможешь выяснить... что там тебе надо.
Ты вздыхаешь.
— Ты ведь слышал раньше — ты можешь жить. И проживешь достаточно долго, если перестанешь цепляться за машину. А про тех ребят на вашей базе я не могу сказать то же самое. И вот... — Ты передаешь ему «дедушку» через окно. — Верни Захару, будь добр.
Пользуясь тем, что его руки теперь заняты ружьем, ты уезжаешь.
— Эй! — кричит Термит тебе вслед. — Они неплохие ребята!.. Ну! Не все!!!
Кричит, но и не думает стрелять. Еще одно очко в его пользу. Ты отправляешь Захару сообщение, чтобы он придержал парня у себя какое-то время, лучше пару дней, и не давал никому звонить. Точка в навигаторе тебе пригодится, но сначала надо заскочить домой.
Ну, в твой второй дом.
Ты выбираешься из Каски и едешь дальше, к пригороду. В Каске и, тем более, на окраинах, проще всего забыть, что время несется вперед с бешеной скоростью и вместе с ним движется мир. Он визжит на поворотах технического прогресса, он стирает шины, но здесь... Полусмытые в утренней дымке очертания поднимающегося шаттла кажутся иллюзией, далекой и невозможной. Промышленная техника бьется в конвульсивных попытках отработать еще неделю перед утилизацией. Уже не нужная корпам, она еще может пригодиться окраинам. Часто из нее выходят неплохие дома. Человекоподобные роботы стоят на воротах посреди пустыря — их мощностей еще хватает, чтобы ловить мяч. Другие, безнадежно дохлые, красуются среди грядок или во дворах, увешанные одеждой и разным барахлом. Дроны и квадрокоптеры, выкинутые на помойку и подобранные местными умельцами, сбиваются в стаи — их программы сбоят, один сигнал перебивает другой, пацаны из аборигенов ради смеха прописывают им управление из Сети и автозахват противника, а потом делают ставки, чья самостоятельная прога окажется сильнее и станет королевой металлопластикового Роя. Жизнь здесь — непрерывная мутация, постоянное течение из смерти в возрождение и обратно в смерть.
 
Идеальное для тебя место.
Трудно игнорировать то, что к одному бараку периодически подъезжают машины, которые потом Джинн откатывает на свалку, поэтому ты не строишь иллюзий — многие на окраинах в курсе твоего существования. Но у вас мирные, пусть и своеобразные отношения. Местные обходят твой дом стороной, за редким исключением — иногда в честь какого-нибудь праздника кто-то оставляет у порога бутылку пива или контейнер с едой. Это слишком похоже на подношения какому-нибудь древнему божеству, и тебе неловко их видеть. В ответ ты делаешь то, что делал бы бог, если бы существовал, — разбираешься с тем, с чем не могут разобраться люди. Краеугольный камень вашей общей мирной и неприкасаемой жизни — тот факт, что иметь на своей стороне Джинна всегда выгодно.
Ты останавливаешься напротив знакомого барака, проходишь внутрь и расчищаешь пол. Под обломками досок и листами жести — люк в подвал. Защита немыслима для окраин, целый электронный замок с двумя уровнями доступа — код и сканирование сетчатки. Ты спускаешься внутрь.
У тебя нет ни стремления, ни умения облагородить собственное жилье, как это делает Захар с домом в Каске. Земляной пол и бетонные стены, три шкафа-сейфа с оружием и одеждой, стол для работы, кушетка для отдыха. В подвале есть вентиляция, водопровод и сюда доходит сигнал связи — и это уже, по твоему мнению, очень круто и более чем достаточно для жизни.
Сначала ты переодеваешься. Тактический жилет и неприметные темные шмотки. Не то чтобы ты привлекал внимание раньше, но в джинсах и рубашке двигаться далеко не так удобно, как в свободных штанах и спортивной куртке. Ты прячешь по кобурам пистолеты, распихиваешь по карманам запасные обоймы, раздумываешь пару минут и берешь еще и снайперскую винтовку. Неповоротливая дрянь, но кто знает, где пригодится. Все — производства «Ровены», чтобы не выделяться.
Взгляд останавливается на мече. Дайс подарил его тебе, когда ты в очередной раз пригнал ему тачку. У тебя нет своего транспорта — слишком много мороки с хранением. Если ты не ходишь пешком, то угоняешь машину в городе, чтобы сдать ее Дайсу на утилизацию, а Дайс в ответ выдает тебе какую-нибудь неприметную колымагу со свалки, воскрешенную его золотыми руками и маниакальным упорством. Время от времени он хвастается новой запредельной хреновиной, которую опять собрал из говна и палок.
Твой личный приспешник злодея.
«Красиво», — вежливо сказал ты тогда, увидев перед своим носом плоскую черную коробку с режущей цепью. На коробке красовалась надпись латиницей, и ты так и не удосужился спросить о значении.
«Это меч-пила! МЕЧ-ПИЛА!!! — на разные голоса запевал Дайс, приплясывая от восторга. — И я дарю его тебе!»
Он распространял энтузиазм как радиацию, и ты опомниться не успел, как уже ехал с мечом-пилой на заднем сиденьи.
Последний раз ты менял цепь и масло пару месяцев назад, блок питания заряжал тогда же, но даже в рабочем состоянии меч-пила почти бесполезен. Им можно запугивать, пожалуй, но, скорее, враги подохнут от смеха. Им можно пытать, несомненно, — скорости вращения цепи как раз хватит на неторопливую резку. Обычно, если дело все же доходит до «МЕЧА-ПИЛЫ!!!», то ты просто бьешь им, как дубиной. Дайс, может быть, слишком увлечен экзотическим оружием и малость экзальтирован, но одного у него не отнять — то, что он делает, всегда держится крепко.
Ты берешь меч-пилу с собой. Дайс радуется, когда видит тебя с дорогим подарком, а симпатия окраин — то немногое, чем ты дорожишь.
Ты смотришь в шкаф. Осталось последнее — твое проклятье.
Твоя кара, средоточие твоей ненависти и всего отвратительного в твоей жизни.
Шлем.
Анонимность необходима в твоем деле, но это был выбор из куч дерьма: маска или шлем. Сначала ты менял маски, как и машины, но быстро столкнулся с тем, что какие-то ублюдки начали выдавать себя за Джинна. Вдобавок, маски было легко повредить. Настало время как-то выделить себя в подпольном мире, завести опознавательный знак, личную подпись и... ну, это отстой. Герои в масках меняются в Аркадии со скоростью света, ТВ-каналы и новостные сайты невозможно смотреть без блевоты от очередного выпуска про нового виджиланте — непременно в маске, да, ведь каждый негодяй в городе спит и видит, как бы разоблачить личность какого-то придурка, прыгающего по крышам. Уличный спорт не помогает — там тоже в ходу маски, сетевая публика знает своих героев по цветам и манере выпендрежа, и эта мода вызывает у тебя приступы мизантропии. В такие моменты ты даже думаешь, что меч-пила это нормально, ведь ребята с экрана не стесняются пользоваться настоящими мечами. Катаны и прочая азиатчина традиционно в приоритете — сказывается близость к Японии и Китаю, наверное.