Чужая для монстра (СИ)

Я знала, что слухи в наше герцогстве разлетаются быстро, и хотя никто не афишировал мое участие в недавних событиях, я понимала, что мало кто остался в неизвестности о том, при каких обстоятельствах сестра герцога Солано лишилась силы. Мне хватило лишь один раз выйти из комнаты, чтобы на меня излились тонны сочувствующего презрения, пренебрежения и удушающей заботы. В герцогском роду всегда была сильна родовая кровь и магия, передающаяся по наследству владетелю этих земель оберегала его потомство. Но родовая магия герцогов Сальеро во мне так и не проснулась, а свой собственной, пусть и слабой, я лишилась. Как и вмиг лишилась статуса выгодной невесты — выгоревший маг не всегда может передать магию своим детям.
Брат меня поддержал, и я была ему благодарна за это. Я трусливо сбежала из дворца, чтобы оказаться среди магов. Наверное, глупо. Но на данный момент, предложение ректора оказалось наиболее разумным.
Своих коллег я знала немного с другой стороны — будучи адепткой, слушала их лекции, участвовала в практических занятиях. Теперь все было по-другому. Они не знали, как ко мне относиться, и терялись. С одной стороны — я сестра герцога, с другой — выгоревшая магичка, которой зачем-то ректор позволил работать рядом с ними.
Я выдохнула и, открыв дверь, вошла в аудиторию. Было чувство, словно со всей дури ныряю в ледяную воду. Адепты встали из-за столов, испытывающе глядя на меня. Мне казалось, что будет неважно, как на меня смотрят и что думают. Ошибалась.
Их было четверо! Четыре человека из всего потока целителей. Ректор предупреждал, что это, скорее, факультатив, и на него будут ходить только те, кто захочет расширить свои возможности, не полагаясь на силу. В свое время я с помощью магистра Нимансура несколько лет разрабатывала технологию совмещения целительства и традиционного хирургического вмешательства. Это был мой дипломный проект, и осознания того, что для кого-то важна и интересна моя работа позволяла мне держаться на плаву. До этой минуты. Четверо…
Я оглядела сидящих в маленькой аудитории, в которой угадывались следы недавнего хранения различного инвентаря, и улыбнулась:
— Доброе утро, адепты. Я Теона Корвин, младший преподаватель. Буду вести у вас практические занятия, не связанные с применением магии. Давайте познакомимся с вами.
— Норк Вест, целитель, третий курс, — первым встал из-за стола невысокий щуплый парень с копной рыжих волос и веснушками на носу. Он напомнил мне Харви, и сердце пропустило удар.
— Амина Кривен, второй курс целительства, — полненькая девчушка с двумя тонкими косичками и задорной челкой после своих слов чуть замялась и тут же села на место.
— Дин Русо, четвертый курс, — высокий худощавый, скорее, даже на первый взгляд, истощенный парень с копной светлых коротко стриженых волос слегка привстал, отдавая дань вежливости, и тут же сел.
— Кадир Аранда, — поднявшейся со своего места высокий смуглый молодой мужчина с иссиня-черными волосами, почти закрывавшими его лицо выглядел постарше своих одногруппников. Да что там одногруппников, в голову закралась мысль, а не был ли он старше и меня? Было что-то в нем такое странное, и противоестественное природе целительства. Я чувствовала это инстинктивно, хотя не могла понять, глядя на своего нового студента, что же в нем меня тревожит, пока он не добавил, — некромант, шестой курс. Перевелся из Рауфы месяц назад.
Усилием воли подавила всплеск эмоций. Некромант! Живой, точнее, стоящий здесь передо мной. И не пытающийся никого убить, разрезать на части или поднять в виде живого трупа. К собственному стыду вынуждена признать — в мире все еще были живы предубеждения по поводу некромантов. Когда-то, в смутные временя, когда на магов началось гонение, одной из причин преследований стали именно некроманты. Они не соблюдали закон, плевали на правила и не желали жить в строгих рамках. Их убивали, они прятались, их почти истребили. Но изредка, вот как сейчас, они выходили их тени, чтобы обучиться контролю над собственной силой, а потом так, же внезапно скрыться на просторах мира. В халифате Лиффатов на протяжении многих веков существовала академия Рауфа, в которой проходили обучение лишь избранные. Боевые маги, после окончания, становящиеся личными стражами халифа — серыми тенями, стихийники, зельевары. Халифат стал одним из ведущих поставщиков благовоний и… ядов. А еще практически неуловимых ассасинов. Но даже для Рауфы наличие среди студентов некроманта было необычным.
 
Он выделялся из всех моих учеников. Нестандартной внешностью, раскованными манерами, а еще было в его отношении к однокурсникам нечто презрительно-снисходительное. Подавив неуверенность, я обвела группу взглядом.
— Приятно с вами познакомиться.
Я больше не была магичкой, не училась дополнительно на звание магистра, поэтому ученики называли меня просто — учитель Теона.
Наши занятия по-прежнему проходили в аудитории, больше похожей на подсобное помещение, однако, я не жаловалась. Ученики были внимательны, материал оказался им интересен, а в качестве практических пособий выступали жители многочисленных деревенек, два раза в неделю приходящие в лазарет при академии, чтобы получить бесплатную помощь. Многие из них хотели пользоваться услугами целителя, хотя некоторые из-за страха перед магией охотнее соглашались, чтобы их лечили традиционными методами.
— К сожалению, диагностические заклинания могут давать сбой, к тому же, качество подобной диагностики зависит от силы и опыта самого целителя. Не каждый начинающий врач способен распознать хворь на начальной стадии, он просто никогда не сталкивался ни с чем подобным, следовательно, его диагностика даст ошибочный или неполный результат, который можно трактовать двояко. В этом случае нам приходят на помощь древние, но не менее действенные методы диагностики — внешний осмотр, ощупывания тела пациента с помощью рук, исследование крови. Разумеется, эти процедуры значительно увеличат затраты времени, но сведут к минимуму возможность постановки неправильного диагноза.
Мы с учениками стояли вокруг огромного пожилого мужчины, постучавшегося ранним утром в наш лазарет. У него были большие мозолистые руки и широкие кустистые брови. О кузнеце Гюнтере ходили легенды, вот только в последнее время руки стали его подводить. Он пришел к нам, потому что целитель, к которому он обратился, посчитал причиной дискомфорта старую травму, полученную кузнецом на войне. Снял боль, выписал обезболивающие зелья, и отпустил. После зелья кузнецу лучше не становилось, боли усилились настолько, что он уже не мог работать.
— Адепт Русо, хочу услышать ваше предложение, — обратилась я к блондину.
— Возможно, массаж? — Русо напряженно осматривал кисти пациента.
— Адепт Аранда, вы согласны с этим предположением? — я обернулась к некроманту.
Мягкий голос некроманта совершенно не соответствовал его внешности и манерам. Это вносило легкий диссонанс в мое восприятие этого адепта.
— Предлагаю разрезать и посмотреть что там, — после этой фразы, произнесенной слегка скучающим тоном, кузнец побледнел и сделал попытку быстро покинуть наш консилиум.
— Кривен, Вест, подключайтесь к обсуждению, — я поощрительно улыбнулась нерешительно переминавшимся адептам.
— Может быть, достаточно мази, — тихо произнесла Амина.
— Но разрезать и посмотреть все, же интереснее — неожиданно поддержал радикальное предложение некроманта рыжеволосый.
Суровый кузнец изменился в лице, и я успокаивающе похлопала его по плечу.
— Что же, оперативное вмешательство было бы целесообразно, если бы не последняя разработка наших артефакторов — устройство, которому еще не придумано название, однако оно станет в будущем неплохим подспорьем и облегчит диагностику.
Я взяла в руки небольшую прямоугольную коробочку и, активировав ее нажатием у основания, провела над руками пациента, даже без магии уловив от него волну облегчения. Перед нами возникла тусклая проекция изображения кисти рук.
— Как вы видите — после травмы воспалительный процесс усилился. Острые болевые ощущения возникают преимущественно при движении.