Дебютантка поневоле, или Как (не) выйти замуж за дракона

Вцепилось с него одной из пастей, наступив на меня несколькими лапами – на это я охнула и вытаращила глаза. Затем попыталась отползти, чтобы меня случайно не растоптали, но запуталась в одеяле.
Тем времени страшное, рыча тремя пастями, потащило сводного брата прочь. Сперва с глухим стуком уронило его с кровати на пол, затем поволокло вывшего и хрипевшего от ужаса Армана куда-то в дальний темный угол.
Наверное, хотело его там прикончить. Ну, чтобы не у меня на глазах.
Тут взвыла уже я.
Потому что окончательно пришла в себя, а заодно ко мне вернулась моя магия – раз уж Арман со своим артефактом меня покинул. Трясущимися руками я запустила под потолок пару магических светлячков, после чего приглушенным голосом попросила у всех…
У всех, кто собрался в этой комнате, не шуметь, чтобы не разбудить нянюшку!..
У нее давление, и ей ни в коем случае нельзя волноваться, а она уж точно встревожится, если увидит все это своими глазами!
На это один из псов понимающе вцепился Арману в горло, заставив того перестать вопить. Вот так, раскрыл пасть и стал медленно ее сжимать, на что сводный брат захрипел.
– Фу! – в ужасе воскликнула я. – Нельзя! Брось каку! Я не это имела в виду!
Призрачный пес замер. Взвизгнул недоуменно, а два его собрата повернули ко мне головы. Смотрели с удивлением, словно не понимали, что же тогда я от них хотела.
– Вы не должны его убивать! Вы же хорошие собачки, и вам нельзя же перегрызать Арману горло!.. Даже несмотря на то, что он… Он… – я все же запнулась, пытаясь подобрать нужное слово.
Демонический пес вновь засобирался прикончить моего сводного брата, но тут я собралась с мыслями.
– Так, оставьте его в покое! Все, сейчас же по домам! – приказала ожившему кошмару и распахнула медальон. – Я сказала, сейчас же!.. Дальше я разберусь с ним сама!
Потому что с вернувшейся магией я обрела уверенность в своих силах.
Относительную.
До сих пор не понимала, что это такое – трехголовое, двенадцатилапое и страшное – и как оно могло все эти годы уживаться в медальоне на моей шее рядом с портретами моих родителей.
Но собаки не убирались. Одна из них вильнула хвостом. Вторая тоже. Третья выплюнула горло Армана и уставилась на меня выжидающе.
Так и есть, они чего-то от меня ждали. И я, похоже, догадалась чего именно.
– Хорошие собачки, – сказала им. – Вы меня спасли, ну какие же вы молодцы! Я так вам благодарна!
Теперь уже виляли хвостами все трое. А потом они кинулись ко мне, и на миг я подумала…
То ли сейчас они меня сожрут, то ли повалят с ног и оближут от счастья своими призрачными языками. Но вместо этого собаки прыгнули и… скрылись в моем распахнутом медальоне.
Я закрыла крышку, сжав его в руке. Медальон приятно грел кожу, а больше никаких изменений я не почувствовала.
Только понимала, что собак в комнате больше не было.
– Ведьма! – прохрипел, держать за горло, Арман. – Ну ты и ведьма!..
– А ты – падаль, сводный братик! – любезным голосом сообщила ему. – Поэтому пошел вон из моей комнаты! И вот еще, запомни: с этого момента все в доме под защитой моих собак – и моя нянюшка, и Роберт, и я, и даже Конни! Вздумаешь хоть кого-то тронуть пальцем – и они отгрызут тебе голову, а я не стану их больше останавливать.
Ничего не сказав, бочком-бочком Арман добрался до двери, вывалился наружу и, громко топая, припустил по коридору.
Я же поднялась с кровати и закрыла за ним дверь, ругая себя за беспечность. Поставила на нее более серьезную защиту, после чего заглянула еще к няне. Но она спокойно спала, утомленная долгим днем и магическими активностями, и даже шум из моей комнаты ее не разбудил.
Вернувшись, я снова залезла в кровать и, немного поколебавшись, все же открыла медальон.
Внутри были привычные портреты родителей. Хотя… Если немного прищуриться…
– Нет-нет-нет! – быстро сказала я трем попытавшимися вылезти наружу призрачным стражам. – Я просто хотела попрощаться! – С родителями и с ними. – Спокойной ночи! Вот так, а теперь ложитесь и спите! Я тоже буду спать, а завтра поговорю обо всем с дядей. Думаю, ему будет интересно узнать, чем промышляет его пасынок.
 
Или же не интересно.
Но я собиралась это выяснить.
***
Проснулась я довольно поздно, так как ночью еще долго не могла успокоиться. Ворочалась в кровати, таращась в темный потолок, пока, наконец, не выдержала. Поднявшись, отправилась в ванную комнату, где смыла с себя слюни и похотливые взгляды сводного братца.
После чего залезла под одеяло, закрыла глаза и… проспала все на свете.
Но вовсе не свой первый прием в качестве дебютантки – выезжать мы планировали сразу после полудня, так как загородная императорская резиденция находилась примерно в часе езды от столицы, а прибыть туда мне нужно было к двум.
Нянюшку с собой я решила не брать, подумала, что ей стоит отдохнуть после стольких дней в пути. К тому же в письме из дворца ясно говорилось, что ни компаньонок, ни горничных в загородную резиденцию привозить не нужно и что обо всем позаботятся устроители Брачного Сезона.
Зато Роберт вчера категорически отказался отпускать меня одну.
И я решила: пусть едет! Уж как-нибудь найду ему место!
Стоило мне потянуться и откинуть одеяло, как в комнату вошла преобразившаяся Конни. Без сомнения, нянюшка давно покинула нашу обитель, сняв мое заклинание с двери – такое ей было вполне под силу. Заодно и похозяйничала вволю, потому что на Конни этим утром был чистенький чепец и белоснежный фартук. В руках – натертый до блеска серебряный поднос, на котором она принесла мне завтрак.
На одной тарелке лежал с золотистой корочкой и зеленью омлет, который, уверена, был делом рук моей нянюшки. На второй тарелке – свернутая несколько раз пышная булочка под названием круассан. Я читала о таких и нисколько не сомневалась в том, что его испекла заново нанятая кухарка Декларов.
Ну что же, это означало лишь то, что нянюшка не выдержала ужасного запустения, царившего в доме, и применила свою магию. Заодно добралась и до кухни, где поладила с прислугой.
– Доброе утро, мисс Лирри! Вот ваш завтрак, – улыбаясь, произнесла Конни. – И еще я принесла теплое молоко, как вы любите. Позавтракайте поскорее, и нужно будет начинать собираться. Я сделаю вам прическу. У меня хорошо получается, честное слово!
Оказалось, до этого Конни работала в доме попроще, не в квартале Ковентри, а на другой стороне канала. Они с хозяйкой выдали замуж трех ее дочерей, так что Конни отлично разбиралась в тонкостях столичной моды.
И все в ее жизни было хорошо до тех пор, пока хозяева не продали опустевший без детей дом и не перебрались в другой город, где она оказалась им больше не нужна.
– Мне жаль, Конни, что так вышло, – расстроенно отозвалась я.
– Все хорошо, мисс Лирри! Я рада, что теперь вы будете здесь жить – вы и тетушка Ада, – так звали мою нянюшку.
Кивнув, я быстро оделась и позавтракала, но затем решительно отказалась делать прическу до тех пор, пока не поговорю с дядей. Поэтому Конни вызвалась меня проводить в его кабинет, сказав, что Шарль Деклар уже успел встать и позавтракать.
Шагая за служанкой, я размышляла о том, что Деклары не заслужили такого чуда, как моя нянюшка. Потому что с утра она отлично постаралась – пусть дом и выглядел пустым, но уже больше не был настолько запущенным и захламленным.
Но оценила ли ее старания родня, я понятия не имела.
Скорее всего, нет.
Наконец постучала в дверь дядиного кабинета, располагавшегося на первом этаже, а затем, услышав позволение, вошла.
Ну что же, в это место нянюшка еще не добралась, да и Конни, наверное, с уборкой в «святая святых» хозяина тоже не допускали, потому что в комнате царил ужасный беспорядок.
Стол, подоконник, книжные полки были завалены бумагами, повсюду лежал толстый слой пыли и стояли грязные стаканы.