Между двух огней (СИ)
Отвратительное липкое чувство разъедало душу от мысли, что воздушница предпочтет его, вновь окажется в руках Бришена, отдаваясь моему противнику.
От этой мысли внутри что-то сжалось, а дыхание сперло, заставляя натужно вздохнуть. Потерев левую сторону груди, поморщился.
– Все хорошо? – перевела на меня внимание Ринара, вызывая неведомые ранее чувства тепла и трепета.
– Да, отлично, – поспешил ответить я.
– Вальтер, ты б в медблок сходил, – выглянул из-за девушки, словно черт из табакерки, Алек, сверкая надменной белозубой улыбкой. – Вдруг что серьезное. А я и сам Рине компанию составлю.
– Хлеборезку закрой, сквозит! – рыкнул в ответ.
– Так, прекратите! – возмутилась воздушница, кидая гневный взгляд сначала на меня, потом на моего оппонента. – Либо вы едите молча, либо проваливайте за свои столы! Я устала от вашей ругани.
Замолчав, я кинул недовольный взгляд на Бришена, который одарил меня таким же немым проклятием.
Между нами повисла гнетущая тишина. Второкурсница явно была напряжена, казалось, ей неловко в нашем обществе. Наедине со мной она себя так не вела. Или же причина заключалась в том, что произошло между нами накануне? Ей теперь неловко.
???????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????– Рина, – вдруг вспомнив о словах адептов-болтунов, заговорил я. – Я слышал, что Бал Стихий перенесли… Он пройдет раньше. Может мы…
– Ты ведь пойдешь со мной? – перебил меня Алек, самым наглым образом кладя руку на колено девушки, что не укрылось от моего внимания, хотя Рина тут же смахнула его ладонь.
– Вообще-то я собирался предложить! – раздраженно зашипел на Бришена.
– Долго телился! – усмехнулся в ответ огневик, пока воздушница с каменным лицом неспешно двигала вилкой, так, будто разговор ее вообще не касался.
– Тебя не спрашивали! И Ринара сама может решить, с кем хочет пойти! – ответил я ему.
– Думаешь, она тебя выберет? –усмехнулся мой сосед. – Зря надеешься.
– Я зря надеюсь? Я хотя бы…
– Хватит! – вдруг раздраженно подскочила со стула девушка, отчего он с грохотом рухнул на пол, привлекая внимание и без того заинтересованных нашей странной компанией адептов. – Прекратите! Неугомонные! Хотите идти на этот бал?! Так отправляйтесь вместе! А я, пожалуй, и без пары обойдусь! Спасибо за компанию! – буркнула девушка и, не задерживая ни на ком взгляд, рванула на выход.
– Стой! Рина! – подскочил я вслед за ней, но голос в ушах будто раздвоился. Я не сразу понял, что это эхо было вызвано с Алеком, который кричал то же самое.
Кинувшись за девушкой, я ускорил шаг.
– Я провожу!
– Лучше я!
Столкнувшись в дверях, мы вновь встретились взглядами. Еще никогда я не видел в глазах Бришена такой бури. Наше противостояние выходило на новый уровень.
– Я не отступлюсь! – рыкнул он мне, гордо расправив плечи. – Не мешай, Вальтер!
“Не мешать?”
Видение того, как Алек ее трахал, до сих пор сводило меня с ума. И он правда думал, что я отступлю. Черта с два!
– Еще посмотрим, кого выберет Ринара! – толкнув огневика в плечо, тем самым освобождая проход. Я последовал за девушкой, оставляя за спиной взбешенного парня и замерших в неверии адептов, наблюдающих за нашей конфронтацией.
32. “Беспокойство” матушки
Поместье семьи Бришенов
– Госпожа…
По комнате разнесся тихий стук в дверь, заставляя сидящую на пуфе женщину недовольно поморщиться.
– Очень надеюсь, что меня осмелились побеспокоить не из-за какой-то там глупости, – раздраженно фыркнув, Мелинда Бришен, по совместительству матушка Алека, расправила пышные юбки и чуть приподняла подбородок, чтобы казаться величественнее. – Входите! – произнесла она.
Дверь осторожно распахнулась, являя женщине смотрящего, услугами которого она начала пользоваться примерно лет пять назад.
Этот мужчина со взглядом хищника, повышенной внимательностью и умением держаться в тени приглядывал за ее сыном, ведь матушке Алека на каждом шагу мерещились заговоры и предательства. Она так боялась, что ее любимое и единственное чадо попадет в какую-нибудь беду, устроенную недругами их семьи, каковых было несчетное количество.
– Что такое? – тут же насторожилась дама, теряя все свое самообладание, ведь она сразу смекнула, что смотрящий явился к ней не просто так. – Что-то с Алеком?! – хозяйка поместья стремительно вскочила на ноги.
– С ним все хорошо, – поспешил успокоить ее брюнет, одетый во все черное.
– Если так, тогда почему ты здесь?
– Меня кое-что беспокоит, госпожа, – склонил голову смотрящий.
– Говори, я слушаю! – кивнула женщина, чувствуя сердцем, что случилось нечто такое, что ей точно не придется по душе и вызовет лавину негодования.
– Дело в том, – заговорил визитер, – что последние несколько дней молодой господин ведет себя странно.
– И в чем это проявляется? – настороженно смотрела матушка Алека.
– Он уделяет внимание девушке…
– Фух! – облегченно выдохнула она. – Напугал! – Мелинда Бришен схватила веер со стола, обмахивая им свое лицо. – Разве можно с таким серьезным выражением говорить столь обыденные вещи?! – фыркнула она на слугу. – Что в этом странного, скажи мне? Он молод, красив, уже достаточно взрослый, чтобы этим заниматься! В конце концов ему не пятнадцать лет, организм требует эти, как ты там выразился, ухаживания! – смущенно кашлянула она, испытывая неловкость. – Ерунда! Сегодня одна, завтра другая! Нашел из-за чего панику разводить!
– Вы правы, – кивнул смотрящий. – Молодой господин уже достаточно вырос для этого, но меня волнует другое.
– И что же? – вздернула аккуратную бровь женщина, так и продолжая размахивать веером.
– Он не просто ухаживает за девушкой, причем за одной и той же на протяжении трех дней, чего, к слову, ранее не случалось. Ваш сын оберегает ее, заступается, проявляет знаки внимания, симпатию…
– Что? – ахнула мать Алека.
Сердцебиение женщины участилось, до нее наконец дошло, что именно пытается донести смотрящий.
– У меня создалось ощущение, что он испытывает к ней некие чувства…
– Не может этого быть! – прервала его хозяйка поместья. – Какие еще чувства?! Он просто добивается ее… кхм… ну ты меня понимаешь! Вот и все!
Мужчина молчаливо смотрел на разнервничавшуюся госпожу, придерживаясь своего мнения.
– Между ними же еще ничего не было? – спросила она, наблюдая за ним и пытаясь доказать правоту своих слов. – Так ведь?
– Было, – отрицательно мотнул головой смотрящий. – И не раз, – продолжил он.
– Не раз, значит… – матушка Алека недовольно поджала губы. – Что ж, плохо… – гневно процедила она. – Хотя нет, это чертовски плохо! – выплюнула миссис, на время забывая к какому обществу относится. – И кто эта девица? – Мелинда Бришен взволнованно заходила по комнате, кусая губы, а потом резко остановилась, вскидывая взгляд на невозмутимого смотрящего, которого реакция госпожи совершенно не тронула.
– Простолюдинка, – ответил он.
– Еще и простолюдинка! – ахнула женщина. – Просто прекрасно!
– Будь это пустяк, то я бы не стал вас беспокоить, – склонил он голову.
– Послушай меня внимательно! – лицо матушки Алека ожесточилось. Из милой леди, всегда такой радушной и приветливой, она превратилась в кобру, готовую цапнуть любого, кто грозил ее сыну неприятностями. – Сделай так, чтобы эта… дворовая девка, – брезгливо выплюнула Мелинда Бришен, – навсегда уяснила одну простую вещь – мой сын не для нее! А как именно ты это сделаешь, при помощи разговора или чего-то другого, мне плевать! – рыкнула она, гневно комкая складку своей пышной юбки.
33. Я буду лишней
Алек
На утро следующего дня администрация академии объявила о подготовке к балу, что в свою очередь вызвало самый настоящий переполох. Всю учебную неделю я наблюдал, как девушки с волнением готовятся к предстоящему мероприятию. Задорный щебет разносился со всех сторон, а стоило оказаться в общественном месте, как на меня устремлялись множество полных надежд взглядов. Я знал, чего они ждут. Каждая из представительниц прекрасного пола надеялась получить от меня приглашение. Вот только я не спешил, так как единственная особа, затронувшая мои мысли, старательно избегала встречи.