Подарок богини зимы, или Стукнутый в голову инопришеленец

– Что придумаем?
– Никнейм. Ну вот я в игре – Поле́тта. А то Полин много, логи́н был занят.
– Что было занято?
– Ой, какой же ты дремучий! Ну, логин. Это имя пользователя. Я тебе потом покажу. Хочешь, научу тебя уничтожать зомби? Они по грядкам ходят.
Керин прислушался к внутренним неоформленным ощущениям и выдал:
– Что-то мне подсказывает: я отлично умею уничтожать зомби. И поднимать. И упокаивать.
– Вау! А мне мама не разрешает такие игры, где ролёвки. А то бы я некромантом стала. Или чернокнижником.
– Рано тебе еще в некроманты и чернокнижники. Дар тьмы просыпается в двенадцать лет.
– Да понарошку! – прыснула от смеха Поля. – В игре. А ты что-то вспомнил, да? Ты все же инопланетянин? Или пришелец из другого мира, как в фэнтези?
И тут в комнате что-то с грохотом упало.
В одно мгновение мужчина подкинулся, схватил со стола нож и рывком задвинул себе за спину девчонку. Она даже понять ничего не успела: только что сидела на стуле и жевала печеньку, и вот уже стоит у окна за спиной их странного гостя.
– Поля! Поля, ты где?! – раздался из комнаты крик, и в кухню ворвалась перепуганная женщина. – Где моя дочь?! Что ты с ней сделал?!
– Ма-а-а… – аккуратно выглянула из-за спины Керина девочка. – А мы тут завтракали. Ты нас напугала.
– О господи! – Ирина схватилась за сердце и прислонилась к косяку. – Я проснулась, а тебя нет. Вас обоих нет…
– Ну… – смущенно кашлянул мужчина, поняв, отчего так переволновалась приютившая его женщина. – Спасибо за помощь. А мы тут вот… Бутерброд?
– Мам, кофе?
– Да… – На подгибающихся ногах Ирина прошла к ним и без сил опустилась на стул.
– Даю слово, что не причиню вам с дочерью вреда, если только вы не станете угрожать мне, – неожиданно выдал их ночной гость. – Я благодарен за помощь и приют.
– Ага, – невпопад обронила мать Полины и пригладила светлые встрепанные со сна волосы. Пальцы у нее немного дрожали. – Кто вы? Вспомнили что-нибудь?
– Мам, он некромант. А еще он не инопланетянин. Ничего про космос не знает, представляешь? Зато разбирается в зомби. Обещал меня научить парочке заклинаний. Но потом, если у меня дар тьмы проснется в двенадцать лет.
Ира издала немного истерический смешок, потерла лоб и встала.
– Кто хочет кофе?
– Мне какао, мам!
– А мне… Кофе это что?
– Дядя, это такой черный горький напиток. Гадость, но мама любит. Ты только не соглашайся пить его без сахара и молока, – заговорщицким шепотом просветила его юная хозяйка.
Керин усмехнулся, покачал головой и обратился к хозяйке взрослой:
– Кофе, если можно. Я сначала попробую в том виде, как предпочитаешь ты. Но если что, был бы признателен за сахар и молоко.
Спустя время в кухне разнеслись ароматы какао и свежесваренного в турке кофе. Ира ловко разлила всем присутствующим напитки и, присев за стол, взяла в ладони чашку с кофе. Она любила черный, без сахара и молока, но добавляла чуть соли и специи под настроение: мускатный орех, перец, гвоздику или корицу.
Гость осторожно пригубил. Покатал на языке вкус напитка и, удивленно приподняв брови, принюхался. Снова отпил.
– Неплохо, – выдал наконец на вопросительный взгляд Поли. – Но в следующий раз я попробую так, как предлагала ты.
Они некоторое время пили, а потом пришла пора поговорить.
– Вам удалось что-нибудь вспомнить? – вернулась к животрепещущей теме Ирина.
– Увы, – покачал головой Керин. – Проблески появляются, но сложить цельную картину не получается. Хуже того, не имею ни малейшего представления: где я, как тут очутился, как меня зовут и кто я такой.
– Вы были ранены. Чем-то острым и крупным.
– А еще по голове тебя шандарахнули. Ага! Прямо промеж рогов!
– Поля, не «тыкай» взрослым.
– Это я ей велел. И тебя прошу, Ирина, обращаться ко мне на «ты». Мне это привычно. У нас… где-то там… так принято. При мне что-то было?
– Покрывало. Грязное, мокрое, в крови. Я его в стиральную машинку засунула, но еще не успела постирать.
 
– Я сначала осмотрю его, – выпрямился мужчина. – Что-то еще?
– Нет, всё. Вы… Ты был обнажен, бос, без сознания. Мы нашли вас… тебя у подъезда. Ты не из этого мира, – неуверенно добавила она. – Да?
– Похоже на то. Но, что странно, я определенно слышал название вашего дома. Земля… Не могу вспомнить от кого и когда, но мне точно знакомо это. Я знаю, что тут живут люди. И коты.
– Коты?!
– Вот видишь, мам, даже рогатые дяди знают, что настоящему человеку нужен котик! А ты мне не разрешаешь!
– У меня есть кот… – неожиданно выдал Керин и удивленно моргнул. – Саня.
– Прелестно, – вздохнула Ира. – Ты не помнишь свое собственное имя и откуда свалился, но кота не забыл.
– А потому что котики ру́лят миром! – расхохоталась Полина.
– Рулят? – перевел на нее взор гость.
– Правят.
– Вашим миром правят коты?!
– Ну они же такие няшные. Котикам больше всего лайков ставят.
– Няшные? И чего ставят?
– Лайков.
– Не понимаю.
– Если тебя утешит, я тоже не все понимаю в их сле́нге, – усмехнулась Ира и погладила дочку по голове.
– В чем?
Повисла пауза, пока все присутствующие пытались как-то собраться с мыслями. Но непосредственный ребенок вновь первым нарушил тишину:
– Ма, а ты сегодня пойдешь фотографировать? Или мы дома?
– Гра́фи что? – опять не понял их гость.
– Фотографировать? – Ира задумалась. – Надо бы. Такой чудесный снег. Но… – Она кивнула на их гостя, закутанного в простыню.
– Да-а-а, проблемка, – совсем по-взрослому протянула Поля и сделала вид, словно чешет щетину, выдвинув челюсть вперед. – Дяденька-то у нас совсем голый. А какой хороший снежный демон бы у тебя получился.
– Что?! Но я не демон!
– Та-а-а-к! – Ирина, не обратив внимания на его возглас, откинулась на спинку стула и пристально уставилась на рогатого мужчину. – Поля! Ты гений!
– А то ж! Я знаю, мам, – прыснула смешинками девчушка. – И что бы ты без меня делала? Дядя, а ты морозоустойчивый?
– Э-э… – растерялся потенциальный «снежный демон», не улавливая нить рассуждений своих собеседниц.
– Уважаемый… Не знаю, как к тебе обращаться, – вкрадчиво начала женщина. – Я подрабатываю фотографом. В том числе. Выставляю снимки на стоки, атмосферные фото неплохо покупают. Только вот мне нужен будет релиз модели. Как быть с его заключением, если ты даже имени своего не помнишь?
– Простите, дамы, но я ничего не понимаю, – поднял Керин перед собой руки, сдаваясь.
– Дядя-козел, ты не расстраивайся. Я тебе сейчас всё объясню, – подпрыгивая от нетерпения на стуле, начала Поля. – Мама снимает фотографии. Это такие картинки, портреты и всякие натрюморты и пижазы.
– Натюрморты, пейзажи, – исправила ее мать.
– Ага! Так вот. Она делает красивые амтосферные фотографии для блогеров, а еще такие, которые выставляет на продажу в итернет. Вот. А нам за это переводят денежку, чтобы нам хватало на жизнь. Папа ведь совсем не платит. Так понятно?
– Ты художница? – скосил глаза на Ирину Керин. Он опять не понял половину слов, но решил не акцентироваться на этом.
– Да-да! – обрадовалась Поля. – Она фотохудожник. И периодически снимает людей. Моделей. Ты будешь нашей моделью? Мама тебя красиво снимет. Хочешь, я покажу тебе ее работы?
– Хочу, – сложил руки на груди мужчина.
Он пока не понял, согласен ли такой странный опыт – быть моделью художника. В его мире не слишком-то хорошо писали портреты. Да и вообще – не унижает ли это его честь и достоинство? Все же он… Он… Боги, да кто же он такой?!
 
– Поля, принеси, пожалуйста, планшет, – негромко попросила Ирина. – Покажи нашему гостю мой аккаунт. А я пока приберусь и подумаю. Релиз… В принципе, если человек скрывается под псевдонимом и им же его подпишет, заполненное от руки… Надо будет узнать.