Знак даосов (СИ)

- Юра, если кто-то и сможет убедить этого обаятельного грубияна, так только Нора. Сейчас напеку пирогов и отправлю нашу девочку на встречу с Мелеховым. Главное заманить его к нам, – Анна решительно кивнула. – Нужно только рассказать Норочке о том, что Игорьку очень нужно быть у нас. Ида, ты просто обязана провести беседу с дочерью. А мы тут на него насядем, подключим козявку и ….
- Как ты сказала? Козявку? – Ида засмеялась. – Один вечер в обществе Игоря и на тебе – козявка. Знаете, когда он это говорит, то это даже где-то мило.
- Идуся, перестань смеяться. Из всех нас мальчик послушает только Норочку. Но она сама малышка и откуда ей понять, что для Игоря будет лучше, если он поступит в корпус. – Анна повернулась к брату. – Юра, с тебя разговор с дочкой о правильной жизни. Она услышит, поверит и уговорит хулигана.
- Аня, как-то не очень симпатично прятаться за спину маленькой девочки, тебе не кажется? – Судья захохотал. – Я поговорю с ним. Если меня он не послушает, то поговоришь ты, следом за тобой – Ида. Ну, а если это не поможет, бабахнем из главного калибра – попросим Нору.
К полднику Мелехов снова был у Штейнеров. Маленькая Нора тянула большого Игоря за руку, а тот не то чтобы упирался, но шёл с неохотой. Сердился. Это заметили все: судья, его жена и сестрица.
- Игорь, идите скорее. Тётя Анечка снова пирожки делала. Есть сладкие. И чай скоро будет! Вкусно. – Нора сияла улыбкой, Игорь старался улыбнуться ей, но получалось скверно.
- Козявка, выйди. – Мягко сказал Мелехов. – Возвращайся через десять минут, поняла? Ты уже знаешь, сколько это – десять минут?
- Знаю! Мне папа показал на часах. Это два толстеньких деления на длинной стрелке. А почему мне нельзя остаться?
- Потому.
- Ладно.
Нора ушла, и в холле остались только взрослые.
- Не понял, а где кульки с гостинцами? Где новые джинсы и кроссовки? Или вы мне деньгами решили отсыпать? – Игорь грубил нарочно. – Я знаю, что сегодня вы были в интернате и вам все обо мне рассказали. Что, жалко стало? Сразу говорю – мне ваши подачки на фиг не нужны. Сейчас дождусь Нору и уйду. Больше не посылайте малявку на переговоры.
Судья хмыкнул, сдержал улыбку. Ида склонила голову к плечу и задумчиво смотрела на Мелехова, а вот Анна не сдержалась и высказалась:
- Ой, посмотрите на него, какой весь гордый. Подачки ему не нужны! Ты, прежде чем глупости говорить, послушай умных людей. Кроссовки? Как в голову только пришло? Дурень. Кто же кроссовками платит за спасение жизни? Ироды, не иначе.
- Мне не нужна никакая плата. Ясно?! – Игорёк совсем разозлился.
- Игорь, подожди. Ты не понял… – Ида подошла к мальчику и мягко коснулась его плеча. – Ты выслушай нас, ладно? А потом сам решишь, что делать. И вот еще что – это не подачка.
- Идемте за стол, там и поговорим. – Резюмировал судья, и все направились в гостиную.
Нора пришла ровно через десять минут и снова уселась рядом с Игорем.
- Скажи мне, как ты свою жизнь видишь? Что делать станешь после интерната? – Юрий Асторович задал не совсем простой вопрос.
- Окончу школу, меня отправят в ПТУ. Там я получу специальность слесаря. Или токаря. Лучше, шофера. Армия. Потом мне государство выделит комнатушку в жо… в смысле, на окраине. Днём буду впахивать, копить на свое дело, а по вечерам смотреть новости и ругаться с телевизором. Так охранник в интернате делает – дядька Лёха. – Игорь улыбался глумливо.
- Ладно. Понял. Хочешь говорить по-взрослому? Изволь. – Юрий Асторович нахмурился. – Ты с кем говоришь, знаешь? Вижу, что знаешь. И отсюда вывод – ты идиот. Нашел кому лепить горбатого. Ты готовишься в физкультурный. И неплохо успеваешь по предметам.
- Вынюхали?
- Узнали. Подбирай слова. Ты не на скамейке в сквере. – Судья стукнул рукой по столу. – Поступишь ты или нет, непонятно. А я предлагаю тебе будущее, Игорь. И не простое, а возможно, большое. Не скажу, что светлое. Но ты сам сможешь сделать свою жизнь. Готов выслушать?
Глава 6
- Так, поезд отходит через сорок минут. – Юрий Асторович изучал табло с расписанием. – Что-то дамы наши задерживаются.
 
- Я дождусь их. Если не успеют, поеду следующим поездом. – Игорёк вглядывался в людской поток, опасаясь пропустить приход Норы.
- Идём, подали состав. Они найдут нас на платформе.
Игорь неохотно следовал за судьей: оглядывался, замедлял шаг. Оба уже были у вагона, когда звонкий детский крик раздался на перроне:
- Игорь! Мы тут!
Игорёк не заметил маленькой Норы – только Иду и Анну. Рванул навстречу, и тогда уже увидел девочку, что бежала к нему, не замечая людей.
- Козявка! – Игорь подхватил маленькую на руки, прижал к себе.
Нора вцепилась в него очень крепко, стала похожа на обезьянку. Ткнулась носом в его шею и заскулила:
- Игорь, вы же вернетесь? Обязательно возвращайтесь. Я буду ждать. Я очень сильно буду ждать вас. И все время буду помнить. И любить буду. – Нора заплакала.
Игорь держался с трудом. Он никак не мог понять, чем так зацепила его вот эта малюсенькая девочка? Да так сильно, что он сей момент готов был сбросить свой потрепанный интернатовский рюкзак и никуда не ехать. Пропади он пропадом, корпус этот треклятый!
- Нора, Нора…Слушай меня. Я вернусь. Вот стану офицером и приеду к тебе в гости. Будем есть пироги с капусткой.
Девчушка все всхлипывала, а Игорь бормотал всякое, утешая.
- Ты вот что, подари мне на память что-нибудь, а? – Игорёк оторвал от себя маленькое тельце и поставил на ножки.
Сам присел на корточки и заглянул в синие заплаканные глазки.
- А что? – Нора шмыгнула носом. – У меня с собой ничего нет.
- Вот ее отдай. – Игорь указал на ее заколку с зайцем, тем, что глумливо улыбался и розовел ушами.
Нора быстро стянула с волос немудреное украшение и протянула Мелехову.
- Вот, держите. А у меня….я…. У меня тот браслет остался, помните? Я маме его так и не подарила.
- Вот и пусть у тебя будет, ага? Ты уже вырастешь, когда я вернусь. Вдруг не узнаю тебя, козявка? Так ты его надень, ладно? Будет опознавательный знак.
- Игорь, пора… – Юрий Асторович положил руку на плечо Игорька. – Я посажу тебя в поезд. Идем.
- Игорь, тут пирожки, держи. Много. Поделишься с соседями по купе, наверняка хватит. – Тётка Анна впихнула в руки Мелехова пакет. – Приезжай к нам, не забывай. Снова будешь учить Нору играть на гитаре. У вас хорошо получается петь вместе. И никто, кроме тебя не ест мой гороховый суп…
- Спасибо. – Бормотнул Мелехов.
Анна Асторовна отвернулась, скрывая непрошенные слезы.
Ида ничего не сказала, просто обняла накоротко и отпустила. Нора плакала. А Игорь…он стиснул зубы и пошел в вагон.
- Вот что, я понял, что подачек ты не признаешь, но это в долг. Вернешь, когда приедешь в гости. Я запомню. – Уже в купе судья протянул Игорю пачку банкнот крупного достоинства. – Бери. Ты в чужом городе один. В корпусе парни не тебе чета. Так купи себе приличной одежды. Хоть эту проблему решишь.
- Спасибо. – Игорь купюры взял. – Я верну все. Вы не думайте. И еще… Спасибо за все. Не только за деньги. Я попробую…нет, я постараюсь.
- Вот и славно. – Юрий Асторович обнял парня, похлопал ладонью по спине и уже собрался уходить.
- Я спросить хотел…
- Что?
- Вот вы вроде такой мужик…мужчина умный и вообще, а бабе… в смысле, женщине своей все рассказываете. Вроде как жалуетесь. Это слабость.
Юрий Асторович задумался всего лишь на миг.
- Когда-нибудь ты поймешь, что любящий по-настоящему принимает все твои слабости. Это пытка, Игорь, когда любимый человек что-то скрывает от тебя. Пусть даже оберегая. Настоящая пара – это равновесие. Нет сильных и слабых, есть равные и единые, хоть и разные. Как знак даосов. Ты знаешь, что такое знак даосов? Нет? Вот узнай на досуге. Удачи тебе. Будь сильным.
 
Судья Штейнер вышел из купе.
Поезд тронулся, а Игорёк приник к стеклу. Смотрел на маленькую Нору с синими заплаканными глазками. Она махала ему рукой, а потом исчезла из вида. Состав набрал скорость.