Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

Вейс спокойно прочитал объемный труд автора, внутренне согласился, что Брест поднаторел в бумаготворчестве, и оставил свое особое мнение одним словом — ЛОЖЬ, после чего решительно подписал. Очень довольный проверяющий забрал акт и с видом победителя улетел. Штифтан понял, что его использовали и бросили на съедение, и замкнулся в себе. Первый бой за мной, оценивая проделанную работу, решил Вейс. Дальше в его плане значилась арестованная Ольга. Он шел на свидание с ней, заранее обдумывая предстоящий разговор. У женщины не было будущего. Убийство валорца тянуло на пожизненное. Но навряд ли ее оставят в живых. Бруз осунулась и выглядела неважно. Ее не допрашивали, и она мучилась неизвестностью.
— Плохо выглядите, Ольга, — сказал Вейс, садясь за стол.
— А вы посидите в камере и поймете, что это такое, — устало и безразлично ответила она.
— Ольга, я буду говорить открыто: вас хотят забрать в центр. Но туда вы не долетите. Несчастный случай или самоубийство вам организуют по дороге. Пока я смог отбиться, но скоро придет приказ о вашем переводе.
— И чего вы хотите? — Она смотрела на Вейса. Ему она верила, так как проработала с ним целый год.
— Сотрудничества. Вы делитесь со мной всей информацией, которой владеете, я организую вам инсценировку самоубийства. Все оформляю как надо. Потом как агента отправляю навсегда в закрытый сектор. — Блюм замолчал, давая возможность женщине подумать.
— Я согласна, — после недолгого размышления кивнула она.
Город Азанар
День у меня прошел насыщенно. Сам того не желая, я стал одним из главарей преступной городской среды. Я действовал по принципу: не можешь контролировать процесс со стороны — возглавь его. Переговоры с отцом Мии тоже прошли удачно. Метис дворфа и лигирийки обладал купеческой сметкой южан и способностями к ремеслу народа дворфов. Этот невысокий, но хорошо сложенный мужчина сразу уловил, какие выгоды сулит его семье сотрудничество со мной. Он быстро набросал эскизы медальонов и колец с моим родовым гербом в обрамлении драгоценных камней и предложил мне. Эскиз мне понравился, и я заказал двадцать комплектов (кольца, медальоны и браслеты). Двенадцать для вассалов, остальные Овору. Оставил задаток на приобретение серебра и, сев в повозку вместе с Мией, с шиком прикатил к академии. У моих покоев меня ждал Штоф — этот парень из глухой деревушки редко выходил в город. Оставаясь один, он упорно занимался с преподавателем боевых искусств или сам на полигоне.
— Дар, — хмуро сказал он, — как ты и предупреждал, началась полоса мщения. Сегодня привезли девушку с целительского факультета, ту, которую ты называл Жанной. Ее здорово покалечили. Но оставили живой, только вот маги-целители говорят, что она останется уродиной на всю жизнь. На полное восстановление ей нужна сотня золотых.
Штоф обладал способностью знать все, что происходит в академии, — что говорят маги, как дела у эльфаров и многое другое, выдавая порой ненужную информацию. Но я только поощрял его, незаметно направляя интерес в нужное для меня русло, давая ему возможность развивать свой дар. Все собранное он выкладывал Мегги. И наш очаровательный тактик, смешно нахмурив бровки, из кучи разной информации находила зерно полезного. И оба, довольные, шли ко мне на доклад. Именно Мегги сделала вывод, что приближается час расплаты для главарей бунта. Мы пока были в стороне от жаждавших реванша лордов. Мия побледнела, но стоически выдержала свалившуюся на нас информацию. В душе каждый из них надеялся на то, что авось пронесет. Уже знакомый с тем, что авось не работает, я им всем внушал соблюдать определенные меры безопасности. В город выходить группой, нанимать извозчика. И без дела не слоняться.
— Где она сейчас? — вздохнув, спросил я.
— Там же, где и ты лежал, — быстро ответил Штоф.
— Присмотри за приходом наших, если кто задержится — сразу сообщи мне.
— Понял, — охотно ответил парень: ему нравилось быть полезным.
В лазарете лежала бедная предводительница, вся в мазях и бинтах, как и в моем случае, лекарей не было. Я осторожно влил ей в рот свой эликсир и подправил магокаркас для ускорения выздоровления. Печально оглядев истерзанное тело, вышел. Направился я к Гронду — дед знал все по долгу своей службы.
 
— Чего надо? — неприветливо встретил он меня.
— Шоколада, — огрызнулся я, — пудов пять или шесть, больше мне не съесть.
Дед заморгал, уставившись на меня: я сумел его удивить.
— А что это такое? — наконец поинтересовался он.
— Я не знаю. Потому что зашел по другому вопросу. И увидел, что, бдя на своем таком ответственном посту у проходной, начальник службы безопасности всей академии очень занят.
— Только филиала академии, — не смутился Гронд, с нескрываемым интересом посматривая на меня.
— Я хочу оплатить лечение молодой целительнице, что привезли покалеченной.
— А зачем это тебе? Может, ее опять покалечат, и твои деньги будут выброшены напрасно.
Я задумался — ведь верно. Инициатива у аристократов, они выбирают жертву, место и способ отмщения. Просто сидеть ждать и защищаться — это путь проигрыша. Как-то я упустил вопрос наказания заказчиков покушения на меня.
— Шиза, выработай план превентивных мер, — дал я указание симбиоту.
Мою задумчивость дед расценил правильно.
— Ирридар, не вздумай устроить войну в стенах академии. — Он даже испугался, представив, что я смогу сотворить с наглыми сынками аристократов. — Деньги давай мне. Вылечим девку, и лучше возьми ее в вассалы. — Он как-то с намеком, противно захихикал.
Я молча отдал мешок с золотом и ушел, оставив старика в мучительном беспокойстве. Пора было наносить ответный удар. Один здесь, другой в городе. Ответчиками я назначил отпрыска Шаро и его дружков. Ночью я собирался провести акции устрашения и заставить этих сволочей сосредоточиться на защите. Разогнав по комнатам девчонок, желавших ласки, я сел смотреть план Шизы. Он был прост и эффективен. Нужно действовать зеркально. Это будет понятно и очевидно всем, что за агрессией последует неминуемая расплата. Я подправил план Шизы под ее скептическое фырканье. Она предлагала действовать инкогнито. Но коли я решил бороться за справедливость, то, подумав, ничего лучше не придумал, как стать… как стать Бабой-ягой, которая мне приснилась ночью. Навряд ли кто-то останется равнодушным, встретив такое чудовище. А уж страха мы с Шизой нагнать можем. На мои задумки симбиот смотрел скептически.
— Для чего такие сложности? — фыркнула она. — Можно незаметно подкрасться, сурово наказать и скрыться. Мы всегда так делаем.
— Понимаешь, мне, Шиза, скучно просто бить и калечить этих дурней. Надо, чтобы вся академия знала: есть заступник сирых и немощных, и о-го-го какой. Кроме того, мы идем мстить за девушку. Представляешь, прилетает такая ведьма и наказывает парней. Об этом вся академия будет говорить. И тебе легче в образ войти.
— Это еще почему? — подозрительно спросила моя сообщница.
— Я думаю, что все женщины в какой-то степени ведьмы, и чем старше, тем больше, — вспомнил я свою тещу.
— Хорошо, — согласилась Шиза. — Сделаем иллюзию Бабы-яги, как в твоем сне. А когда пойдем жечь поместья, сделаем дракона, как у Азанара. Вот будет потеха. — Она быстро включилась и доработала мой план.
— Только вместо швабры ты метлу сделай, — предупредил я ее.
В предутренний час мимо сторожа на проходной пролетела в деревянной бочке, похожей на огромную алхимическую ступу, горбатая старуха, потрясая седыми космами. Старуха была одета в прозрачные лоскуты, которые развевались в полете, открывая худое сморщенное тело. Она лихо махала метлой, как веслом, громко напевая: «Я лечу, лечу, лечу, прилечу и не спущу». Сторож потряс головой, осенил себя священным кругом и, чтобы избавиться от наваждения, налил очередной стакан бражки. Выпив его, он от удовольствия зажмурился. Открыв глаза, удовлетворенно крякнул: видение старухи исчезло. А ступа с ведьмой пронеслась мимо зевающих поваров, неспешно бредущих в столовую, мгновенно сбив с тех всякую сонливость, и вернулась обратно.