Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

— Да? И странный потоп дерьма тоже с ним связан? — поинтересовался эльфар.
Гронд опять тяжело вздохнул и посмотрел на эльфара.
— Он — его создатель.
Город Азанар
Рядом с речным портом, на тихой неприметной улочке, стоял небольшой дом, в котором размещалась лавка аптекаря. Торговал в ней пожилой лигириец, и мало кто знал, что хозяин лавочки был боссом одной из многочисленных банд, которая промышляла убийствами, грабежами и похищениями не только в городе. Банда имела свою долю в порту. В доме находились трое.
— Кастет, ты принял заказ на студента? — спросил хозяин лавки.
— Да, босс, а что?
— К нам обратились уважаемые люди. Они просят оставить студента живым и передать его им.
— Босс, мне что, взять студента под белы ручки и привести его к уважаемым людям? — возмутился стройный красивый брюнет. — Это нехеец, босс. Я три года у них прослужил.
— Чем ты слушаешь, Кастет? Я сказал — живым, а не целым, — спокойно ответил хозяин. — Нехеец хоть и слабый, но маг, учти это.
— С нами Кроль пойдет, прикроет.
— Это правильно, возьми мага, — согласился пожилой лигириец. — Студента привезете в порт к третьему причалу, там передадите на корабль магам Искореняющих. Все понятно?
— Понятно, — ответили двое.
— Тогда ступайте.
— Кастет, а как мы узнаем студента? — спросил второй — невысокий, но крепкий мужчина, вышедший вместе с брюнетом.
— С нами будет человек, который знает студента. Запомни, Бочка, нехейцы очень опасны. Поэтому ты стреляешь тупым болтом ему в живот, так, чтобы не убить, а выбить дух из него, потом Кроль накладывает оцепенение. Хватаем парня и прячем в повозке. Смотри, успех дела зависит от тебя, выстрел должен быть точно выверен. Если покалечишь студента, то не страшно. Если убьешь или, не дай предки, промахнешься — нам не жить.
— Не заводись, Кастет, я сделаю все как надо. Не первый раз, — успокоил товарища Бочка.
После происшедших событий я неделю не выходил из академии, разогнал девчонок и лечил нервы. Лечил известным способом: соображая на троих — я, Верил и Шиза. Ей, оказывается, тоже перепадало.
После ухода Верила и выпитого мной вина захмелевшая Шиза рассказывала о своих переживаниях:
— Мне было так страшно. Холод, темнота и голод. Я думала, что умру от голода. А малыши трясутся, плачут, плачут. Знаешь, это так страшно. Наливай.
— Не переживай, девочка, прорвемся, — успокаивал я ее. — Зато будет что вспомнить в старости. Что это за жизнь у некоторых. Родился, женился и умер. Разве это жизнью назовешь? А мы с тобой знаешь кто?
— Кто? — всхлипывая, спросила Шиза.
— Джентльмены удачи — вот кто.
— А тебе есть что вспомнить? — спросила она.
— Есть, конечно.
— Расскажи, — попросила Шиза.
Я мечтательно положил руки под голову.
— Когда я в училище учился, мы к девчонкам в самоволку бегали. В общагу медтехникума. И в дождь, и в снег. Нам все было нипочем! — ударился я в воспоминания. — И медички тоже оказывали нам внимание. Через окно пустят, через окно выпустят.
— А через окно почему? — заинтересовалась Шиза.
— Так на проходной вахтер сидел, отставник. Старый пень всегда патруль вызывал. Знаешь, как однажды смешно было! Славка Бутузов встречался с одной девахой, а потом бросил ее. С другой девчонкой из ее комнаты встречаться стал. Пришел в гости, а «старый» его заметил и патруль вызвал. Пока патрульные на второй этаж поднимались. Бутуз из окна вылез и на простыне повис. Ну старший патруля покрутился, покрутился, нет курсанта, развернулся и ушел. А бывшая подруга Бутуза из ревности взяла и окно закрыла. Тот стучит в окно, а та ему кукиш показывает. Патруль выходит и видит: висит Славка в одних сатиновых трусах и сапогах и как птица в окно бьется. Ему старший говорит: «Давай слезай!» Тот ноги поджал и головой машет. В патруле курсанты из политического училища были. Стали прыгать, чтобы достать его, там невысоко было, и один сапог с него сняли. Но Бутуз висит, не сдается. Старший патруля показал ему кулак, и они все ломанулись на второй этаж, простыню вытаскивать…
 
Ко мне начал подступать сон, и я замолчал.
— А дальше-то что было? — разбудила меня Шиза, я чувствовал ее неподдельный интерес.
— А дальше прибежала новая подруга Славика, открыла окно и сбросила ему форму. Славка ее подхватил и удрал, только без одного сапога. Сапог у старшего патруля остался. Прибежал он, а тут дежурный по училищу общее построение объявляет. Мы поняли сразу — по душу Бутуза пришли. Смотрим в окно, машина начальника училища въезжает. Что делать? Тут подходит старшина роты и приказывает всей роте снять правый сапог. Вот так мы на построение и вышли. Девять рот в сапогах, а мы в одном… — Я театрально выдержал паузу.
— А потом что было? — не выдержала Шиза.
— Стоим мы, значит. А перед строем наш генерал ходит, следом дежурный по училищу, с сапогом в руках. Остановился он перед нашей ротой и смотрит. Потом как гаркнет: «Училище, смирно! За товарищескую выручку, за солдатскую смекалку личному составу третьей роты четвертого курса объявляю благодарность. Молодцы! Сам погибай, но товарища выручай. Третья рота на месте, остальные напра-во! К торжественному маршу, дистанция пять шагов, шагом… арш!» И все училище маршировало мимо нас. — Я громко вздохнул, вспомнив старые денечки.
— И этим все закончилось? — симбиот не отставал.
— Нет, не закончилось. Мы до самого выпуска из училища дополнительно строевой подготовкой занимались по четыре часа в день. И в дождь, и в снег, — закончил я свое повествование. — Понимаешь, Шиза, — сжал я кулак и потряс им в воздухе. — Надо так прожить, чтобы было что вспомнить.
— Единственное, что вы, мужики, помните, — как по бабам бегали. Джентльмены удачи, — фыркнула подруга.
— А че не так? — удивился я. — Дело-то молодое. Может, я таким образом след в галактике оставлю. Буду родоначальником нового генофонда на планете. Хомо шизоид, — не выдержал я и захохотал. Настроение неуклонно поднималось.
— Какое у тебя дело молодое? Тебе почти сорок лет, — возмутилась «приживалка». — И что за хомо шизоиды? — Я чувствовал ее искреннее удивление.
— Стареет только тело, душа всегда молода, — произнес я назидательно.
Бригада Кастета всю неделю пропадала на Студенческой площади.
— Буза, ты вместе с графским фраером пасешь студента, как увидите, показываете его Мухе, дальше следит за нехейцем он. Ты отпускаешь слугу и возвращаешься с повозкой. Ведем его до места, где люда поменьше. Бочка, маг, я и вы двое — в повозке. Еще раз повторю: по моей команде Бочка стреляет, Кроль накладывает оцепенение, вы хватаете и заносите студента в повозку, — давал последний инструктаж Кастет, оглядывая свою бригаду. — Теперь разошлись и ждем.
— Кастет! — подбежал к главарю запыхавшийся Буза. — Студент наконец-то нанял извозчика и поехал в порт. Муха пошел следом.
— Что он в порту забыл? — удивился маг.
— Не суть важно, нам это только на руку, — ответил Кастет. — Правь в порт, — скомандовал он.
В порту их ждал запыхавшийся Муха.
— Студент к складам пошел, — показал он рукой.
— Бочка, Кроль, бегом обойдите его и встречайте. Мы за ним следом, — быстро осмотревшись, скомандовал Кастет.
Бригада бандитов рассыпалась, и каждый занялся своим делом. Кастет и двое с дубинами быстро двинулись следом за студентом, который завернул за угол склада.
— Кастет, его нет, он пропал. — Бочка стоял и, не веря, оглядывался по сторонам. Действительно, студента нигде не было.
— Не меня ищете? — раздался насмешливый голос у них за спиной.
Бочка без промедления выстрелил и досадливо ругнулся, маг спешно начал создавать плетение заклятия.
— Бочка промахнулся… — У Кастета сжался комок внутри живота, он почувствовал, что жить ему осталось очень недолго.
Бывший нехейский дружинник резко с разворота махнул мечом, пытаясь достать нехейца. Но тот очень ловко увернулся и оказался рядом с ним. Двинул ему пальцами в живот и исчез. У Кастета перехватило дыхание, и он стал заваливаться на землю. В это время за спиной бандитов появилась размытая тень. Она прошлась среди бандитов, и те стали валиться один за другим, но сначала упали их головы. Тень подошла к лежавшему Кастету, но тут раздался голос студента: