Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)
Значит, мне нужно показать местным чудеса, которые они не смогут понять, и постараться избежать смертей с их стороны. Но тут все может обернуться совсем по-другому: это они мне покажут чудеса и благоговеть буду уже я.
Вернувшись к началу своих логических выкладок, прогулявшись по кругу, я почесал затылок. Мало исходных данных. Нужно в первую очередь собрать сведения — кто это, что они хотят и что могут. "Вот с этого и надо начинать", — подумал я, и на душе стало повеселее. Шиза забралась в бунгало и затаилась. Я уже понял, что в ситуации с многовекторными исходами она оставляет решения на меня и надеется на мою интуицию, которая не раз вытаскивала нас из… Из пропасти, куда мы сами охотно залезали, влекомые любопытством.
Через час на сканере высветились множественные красные маркеры, выстроенные в две ровные линии. Ну вот и местные. Противник занял самое узкое место в ущелье, и над ним нависал козырек, защищая его сверху от возможных атак. В общем, место им было выбрано тактически грамотно.
— Стой! — поднял я руку и обернулся к своей "орде". — Бойцы! — начал я проникновенную речь. — Там, — я полуобернулся и показал рукой, — стоит противник. Он хочет нас не пустить дальше или уничтожить. Мы не знаем, кто он и какие у него возможности. — Я сжал руку в кулак и потряс над головой. — Но вы дети великого Отца! Вы не должны иметь страха в сердце. Да не дрогнет ваша рука! Да не усомнится ваша душа в своих силах! Наше дело правое! Враг будет разбит! Победа будет за нами!
Я добавил в чувства немного воодушевления, и орки, подняв к небу копья, заорали: "Худжга-а-арх! Худжга-а-арх! Худжга-а-арх!" К ним присоединились напуганные быки, которые заревели во всю глотку. Из сумки вылезли духи и, увидев торжествующих орков, присоединились к веселью. Они применили магию усиления и понеслись вокруг отряда, с азартом вопя: "Худжгааарх!" Усиленный крик ударил во все стороны, отразился от стен ущелья. Как шторм! Как выстрел из суперпушки! Река напротив нас разделилась, образовав два вала и оголив дно. Птицы, парящие в вышине, сложили крылья и, кувыркаясь, полетели вниз. Орки и быки упали без сознания, у всех из ушей текла кровь. Только я висел над землей, укрытый куполом Шизы, и носились два счастливых духа, создавших этот катаклизм. Я посмотрел в сторону противника и обомлел: нависшая скала, под которой они устроили стоянку, обвалилась, и теперь они были погребены под толстым слоем камней и земли.
А дорогу нам преграждала новая гора, которая перекрыла, как плотиной, речку.
Рассматривая последствия того, что сотворили эти двое ненормальных, я не знал, плакать мне или смеяться. Я хотел создать впечатление, и это мне удалось в полной мере. Я видел на сканере, как улепетывали несколько противников. Но вот выяснить, кто это и зачем они тут, я не смог. Зато понял, как евреи с Моисеем разделили море. Как с Навином разрушили Иерихон. Можно сказать, доказал чисто эмпирически. Ори погромче, и все дела; главное, чтобы людей было побольше и чтобы в резонанс попало.
Но то, что от меня убегали разбитые и деморализованные противники, было плохо. Я вышел в боевой режим и тремя прыжками-телепортами догнал их. Впереди всех на роботе о четырех ногах скакал невысокий человечек в шлеме и серой мантии.
Я присмотрелся к роботу. У него было тело, как у черепашки, и четыре составные металлические ноги. Наверху что-то типа кресла, на котором восседал мужичок в полтора метра ростом, неширокий в плечах, с заплетенной во множество косичек бородой. Шлем съехал набок, а на лице явно проступали следы паники. Я еще ускорился, и робот практически завис на месте.
Энергия пошла на убыль, но я не выразил беспокойства, а стал осматривать механизм. На брюхе увидел узкие щели и отверстие, куда можно вставить пятигранник. Я изменил палец и спокойно вставил туда получившуюся пятигранную отмычку. Повертел, и крышка открылась. Моему взору предстала небольшая площадка, на которой крепились простыми зажимами пять кругляшей разного цвета с витиеватыми рисунками и понятный мне золотой обод, усеянный большими ограненными алмазами. Здесь энергии было на пятьсот энеронов. Моя натура не могла пройти мимо такого богатства, я вытащил обод, потом кругляши, не без основания полагая, что пригодятся. Вернул крышку на место. Вылез и осмотрел всадника. У него был только пояс с большими подсумками. Нимало не сомневаясь в этичности своего поступка, я залез в них и нашел там еще кругляши, и больше ничего. Пожал плечами и забрал их тоже. Потом вышел из ускорения.
Робот пробежал несколько шагов и остановился, а не ожидавший этого всадник кубарем покатился дальше. К моему удивлению, он оказался очень ловок. Сгруппировался, несколько раз кувыркнувшись, и припустил дальше.
— А поговорить? — сказал я и запустил вслед "воздушный кулак".
Он врезался в спину бегуна, и тот, пролетев пару метров, распластался на земле. Или я перестарался, или силы его оставили, но он остался лежать на животе, не подавая признаков жизни. Остальные двое спасшихся, можно сказать, сверкали пятками, оставив нас далеко позади.
Я подошел к бородачу и приподнял его голову. Шлем слетел с него, и он лежал оглушенный, с закрытыми глазами. Несмотря на наличие бороды, это оказался молодой человечек. Сначала я подумал, что он дворф. Но сразу отбросил эту мысль: дворфы были настолько широкоплечими, что казались квадратными. А этот был невысок и щупловат, как сказочный гномик.
Рядом крутились духи. И туту меня в голове щелкнуло! Эврика!
— Мастер, Мессир! Залезайте в этого лежачего, — закричал я. — Шиза, устанавливай связь с духами, и будем собирать информацию. — Потом надрезал руку гномику и оставил приходить в себя.
Когда я вернулся к оркам, то испугался: еще немного, и опоздал бы, вода уже подбиралась к бесчувственным телам, и они могли захлебнуться. Быки пришли в себя и, мыча, теснились к стенам ущелья. Пришлось мне тащить тела несчастных на запруду и там оставить. Потом перегонять быков, которые не хотели меня слушать, упирались и громко мычали, но все-таки я справился и перегнал их поближе к хозяевам. Потом приступил к лечению. Все орки были контужены и с разорванными ушными перепонками. На лечение я потратил около часа. Вода добралась до края запруды и перелилась через край. К сожалению, под завалом живых уже не было, и почти полсотни воинов нашли здесь свою могилу.
Отряд подошел к узкому месту в ущелье, над которым нависла скала, и остановился. Полухиртман подошел к хиртрагу и вежливо сказал:
— Здесь удобное место держать оборону, узкое и защищено сверху. Как вы считаете, может, стоит остаться тут?
Данавар был доволен: гленд, командующий полусотней воинов, проявил к нему уважение и спросил его мнение. Хотя сам прекрасно понимал, что лучше места для обороны в ущелье не найти. Маг так же вежливо кивнул в ответ и ответил:
— Совершенно с вами согласен. Давайте расположимся здесь и дождемся тех, кто появился в долине.
Воины выстроились в две шеренги, впереди стояли хорошо защищенные пехотинцы, за ними застрельщики с самострелами. Данавар с уважением посмотрел на это чудо техники, сделанное мастерами-оружейниками. Хоть оно было медленное в перезарядке, но это компенсировала его мощь. От него не спрячешься за щитом. Взведенный с помощью ворота стальной лук стрелял свинцовыми шариками и с расстояния в пятьдесят шагов пробивал доспехи навылет. Прошел час, потом еще. А тех, кого они ждали, не было. Командир отряда подошел к магу.
— Хиртраг, может, выслать воинов, чтобы они посмотрели, где эти пришельцы?
— Не надо, хиртман, разведчиков могут схватить и допросить, тогда чужаки узнают про наши силы и смогут подготовиться. Мы должны стать для них неожиданностью, — важно проговорил маг.
Командир со скрытой усмешкой поглядел на стратега, сидящего на големе, и приказал своим воинам: "Хирт, садись".
Усталые воины с облегчением уселись на землю. Данавар с неудовольствием посмотрел на гленда, но промолчал, он тоже понимал, что усталые воины не самые лучшие бойцы. А сколько еще придется ждать чужаков — неизвестно. Может, час, может, сутки. Он отбросил прочь мысли о солдатах, достал книгу по каллиграфии и стал читать. Углубившись в строки, он забыл обо всем, что происходило вокруг, и, когда раздался неясный шум вдалеке, не обратил внимания. Но за этим последовал громовой удар, обрушившийся на них, его и голема отбросило назад. Воинов, которые вскочили, когда услышали шум, повалило на землю. Данавар видел, как появилась трещина на скале и огромный кусок упал на лежащих солдат. А следом случился настоящий кошмар. Глыбы, тысячелетиями стоявшие незыблемо, покатились сверху, увлекая за собой все больше и больше камней. Земля, которая лишилась опоры, посыпалась мощным нескончаемым потоком. Спасаясь от неминуемой смерти, хиртраг поднял голема и устремился прочь. Он не видел, что происходило у него за спиной, но слышал грохот скатывающихся камней и шум падающей земли. Он увидел достаточно, чтобы понять — отряд погиб, чужаки применили что-то запредельное, вызвав трясение земли. Неожиданно он вылетел из сиденья голема. Но уроки борьбы не прошли даром, он сгруппировался, сделал кувырок и побежал по инерции дальше. Что-то врезалось ему в спину и вышибло из него дыхание, он подлетел, упал и провалился в темноту забвения. Очнулся он не сразу, сознание возвращалось рывками. Образы каких-то стариков мелькали пред глазами, он слышал их перебранку: "Я сверху". — "Нет, я сверху". — "Адавай вместе". — "Согласен".