Вторая жизнь майора. Цикл (СИ)

Древесник горько вздохнул, проводив взглядом объект своего обожания, отвернулся и понуро поплелся дальше. Его хвост безвольно волочился по дороге, прокладывая узкую дорожку в мусоре и опавших листьях. Грапп только засмеялся:
— Терпи, сразу не убила, теперь не надо. Так что по поводу этих зомби?
— Это не зомби, это воины праха. Скоро прах осыплется, как ему и подобает, и духи, запертые в телах, получат свободу, чтобы уйти за грань. Они это знают и стараются отомстить как можно большему количеству своих врагов.
— А почему на нас не нападают? — Алеш проводил подозрительным взглядом мелькнувшего среди деревьев воина праха.
— Мы им не враги, поэтому они нас не чувствуют, — ответила Листи, — они движимы только ненавистью и чуют только своих мучителей. Думаю, древесники больше не доставят нам неприятностей.
— Хорошо бы, — согласился Грапп.
К исходу дня отряд подошел к подножию хребта, который запирал долину и преграждал путь дальше. Алеш поднял голову и смотрел на дорогу, змейкой вьющуюся вокруг горы.
— Выше по склону есть группа пещер, через которые нам надо пройти. — К нему подошел старший краур и тоже стал рассматривать горы. — Это даже не пещеры, а разветвленный тоннель сквозь всю гору, — продолжил он, — а у выхода находится переход на другой слой.
Он умолк.
— Привал! — скомандовал Грапп остановившемуся отряду.
К их костру подошел старший носильщик и присел. Он некоторое время смотрел на искры, вылетающие из огня.
— Будь осторожен с хозяином, — тихо прошептал краур, не глядя на хумана. — Я слышал, как он с кем-то переговаривался и звал сюда. Он проявил интерес к сьюре, — потом носильщик еще раз окинул взглядом горы, прячущиеся в сумраке, развернулся и быстро отошел.
Слова краура Алеш принял всерьез. Караванщик был непонятным, очень равнодушным к тому, что происходило с отрядом, как будто ему плевать на свою жизнь и на судьбы всех остальных, но Алеш чувствовал, что это впечатление обманчиво.
Под утро его разбудила нейросеть: перестал светиться маркер под цифрой "четыре", а это означало смерть. Умер старший краур. Грапп просканировал лагерь, все находились на своих местах, посторонних не было. Прокс пролежал до самого подъема, размышляя о странной кончине старшего носильщика, он не сомневался в том, что его убили. Вот только за что? Единственное объяснение он видел в том, что краур сошелся с ним, Алешом, и стал чем-то опасен. Кому он помешал? Тут вывод напрашивался только один: караванщику. Но что нужно тому, только ли Листи?
Ответа на этот вопрос у него не было. И так ли очевиден факт участия караванщика в смерти бригадира носильщиков? Тоже нет. Что Грапп знал о целях каравана? Отряд почему-то двигался в обход всех торговых маршрутов, это Алеш уже понял. Цель похода — дойти до последнего слоя. Задача — сохранить жизнь караванщика. Скорее всего, караванщика отправило братство. И у братства были опасения, что караванщик до конца маршрута не дойдет. Это все, что пока было понятно агенту.
Он встал и вышел из палатки. Вокруг умершего краура собрались носильщики.
— Листи, иди сюда, — позвал ведьму Грапп. — Кто-нибудь подходил к старшему крауру? — спросил он у носильщиков.
— Я подходил, — сказал один из них. — Вижу, Шранд не встает, подошел позвать его, а он молчит, укрытый с головой. Я еще подумал, чего это он с головой укрылся? Хотел растолкать его, гляжу, а он уже синий. Помер, значит, Шранд, — закончил он.
— Листик, осмотри место и одежду на предмет применения ядов и магии, — попросил Грапп.
Девушка осмотрела место, где оставался лежать краур, и доложила:
— На одеяле присутствуют следы магии, но самого источника нет. Я не могу сказать, что это было за заклинание. — Она виновато посмотрела на хумана. — Ясно только, что это магия разрушения, ее эманации до сих пор присутствуют.
— А что входит в магию разрушения? — спросил Алеш. — Я не слышал о таком разделе.
— Подраздел магии хаоса — взрыв, вампиризм, гниение, тлен и много еще чего.
— Больше ничего сказать не можешь? — расстроился Грапп. — Может, есть следы того, кто подходил к убитому?
 
— Вот только его, — показала она на только что говорившего носильщика.
— Я его не убивал, — попятился краур, — мне это не нужно.
Подошел караванщик посмотрел на лежащего без движения носильщика и приказал:
— Разберите груз убитого, и двигаемся дальше.
— Кто будет старшим крауром? — спросил Грапп, внимательно смотря на хозяина.
— Мне все равно, — равнодушно ответил тот.
Посмотрев на толпящихся плотной группой взволнованных носильщиков, Прокс сказал:
— Выберите бригадира и собирайтесь, убитого отнесите отсюда лагов на сто.
Он проследил, как тело завернули в одеяло и понесли подальше от места стоянки.
Что бы все это значило? Кому мог помешать краур? Какой информацией он владел? Странное, необъяснимое убийство, но профессионально сработанное. Тот, кто это сделал, не оставил следов. У анализатора нейросети тоже не было ответа. Ей просто не было на что опереться.
— Недостаточно исходных данных, — получил ответ Алеш.
Поздним утром караван опять тронулся в путь по извилистой узкой дороге, похожей на тропу. Через несколько лиг по склону взорам идущих открылся широкий вход в пещеру.
— Две тени вперед, — скомандовал Прокс. — Дистанция двадцать лаг. Две тени идут замыкающими. Построение прежнее. Тронулись!
В пещере был почти гладкий сводчатый потолок, действительно напоминающий тоннель, сразу за входом оказался поворот и наступила тьма. Листи подвесила светляк, который осветил пещеру, и взорам идущих стали видны многочисленные ответвления, уходящие вглубь и вверх от основного пути.
Жур забеспокоился и стал тереться о ноги Листи, но та дала ему хорошего пинка, и древесник с горьким воплем упал у ног Алеша.
— Хозяин, — обратился к изумленному от такого обращения Алешу хвостатый, — дальше нельзя идти. Там опасно!
— Что там? — Прокс сразу стал серьезным.
— Дальше поющие гули, — ответил испуганный древесник. — Мы сюда не ходить, кто ходить, тот умирать. — Он начал путать слова и заикаться.
— Краур! — позвал Демон шедшего первым носильщика и, подождав, когда тот подойдет, спросил: — Какие опасности нас могут поджидать здесь?
— Только поющие девы, — подумав, ответил тот. — Но у нас есть защитные амулеты.
— Поясни, в чем их опасность, — не отступал Прокс.
— Они зачаровывают своим пением и уводят за собой поддавшихся очарованию безумцев. Тех, кто попал под действие колдовства, уже не удержать, они уходят и пропадают бесследно.
— Я понял тебя, — кивнул головой Прокс и отошел от носильщика.
— Листи, у нас могут быть проблемы, тут какие-то поющие девы, которые очаровывают и уводят за собой околдованных, так что бей этих "певуний" всем, чем можешь.
— Я поняла, — ответила Листи.
— Тени, — дал он следующую команду, — уничтожать любое запевшее существо.
Жур пристроился рядом с Алешом и, поскуливая, трусил рядом. Его хвост метался из стороны в сторону, и он зажал его в лапах.
Отряд шел спокойно до обеда и расположился на привал в большой и высокой пещере. Через нее протекал ручеек, который добегал до трещины в полу и терялся где-то в глубине. Сканер не показывал посторонних, да и тени не проявляли беспокойства.
Перед самыми сборами из глубины боковых ответвлений раздалось тихое, но очень красивое завораживающее пение. Алеш помимо воли стал прислушиваться и получил сигнал от нейросети:
— Ментальная атака. Отразить, развеять?
— Отразить, — не задумываясь, отреагировал он, и вместо тихого чарующего голоса по пещере пронесся яростный визг, а в его голове мелькнула мысль: "Ты поплатишься за это!"
Демон быстро вскочил и осмотрелся. Крауры и караванщик спокойно сидели и ели, его бойцы замерли, и их глаза уставились в одну точку.
— Листи, быстро свяжись с ведьмами, — приказал он, — и помоги бойцам, на них напал паралич.