Мой муж — Демон, или Разведите нас немедленно! (СИ)

— Готов решить любую государственную проблему, — ставлю чашку с чаем на металлический столик.
— Эту проблему ты не решишь, — Фретрика задумчиво смотрит на свой чай, — но твоя помощь понадобится. Один из рождественских Духов изъявил желание лично поздравить жителей королевства. Он прибудет в Альвахалл через семь дней.
— Скверная новость, Ваше Величество, — я откидываюсь на спинку кресла и тру подбородок пальцами. — Столько магии в столице… Даже не знаю.
— Я не могу отказать Духу Рождества, ты же понимаешь.
— Понимаю, — соглашаюсь и замолкаю.
В древние времена, когда все пользовались магией где надо и не надо, настал день, когда баланс волшебства пошатнулся. Волна аномалий началась в столице и задела всё королевство. Земля под ногами раскалывалась — из разломов к нам проникали другие миры.
Это был настоящий Апокалипсис. Многие жители королевства пропали без вести, были ранены или вовсе погибли, в том числе правивший тогда король. Повсюду бесчинствовали мародёры-иномирцы. Наши города исчезали, а на их месте появлялись куски чужих миров. Творился настоящий ад.
Но ситуацию удалось взять под контроль — разломы усмирили, превратив в пути между мирами. С той поры королевство зовётся Межмирьем, и населяют его десятки народов самых разных рас.
Вот только колдовать в столице никто больше не мог — Фретрика наложила вето на магию. Так Альвахалл стал единственным городом в королевстве, где волшебство не работало. Её Величество опасалась повторения страшной трагедии. Никто этого не хотел, но жить без магии стало невыносимо. Это длилось не один век, и лишь десять лет назад учёные маги сообщили радостную весть — магический баланс в Альвахалле восстановлен. Опасность миновала.
Волшебство возвращали в столицу постепенно и аккуратно. Сначала магию вернули в быт горожан, затем подключили магические источники энергии в столице, а после заработала Высшая академия магии. Всё стало, как раньше.
Сегодня народ Межмирья вспоминает о временах Разлома без содрогания. Это стало историей. Но главный урок, который мы вынесли из трагедии — перебирать с волшебством нельзя, иначе случится беда.
— Город посетит древний и сильный Дух, — Фретрика подливает чай мне и себе, — но, учёные убедили меня, что Альвахалл выдержит его присутствие, если… все жители города на время прекратят колдовать.
— Вы снова собираетесь наложить вето на использование магии в столице? — догадка звенит в моей голове, словно разбившаяся чайная чашка.
— С завтрашнего дня и до конца праздников, — кивает великая и многорукая. — Указ готовится, его огласят утром.
Представляю, какое недовольство у народа вызовет решение королевы. Лишить столичных жителей возможности колдовать на Рождество — это как конфету у ребёнка отобрать. Страшно представить, сколько индюшачьих тушек сгорит в духовках. А сколько мозолей натрут бедные жители Альвахалла, вручную упаковывая подарки… Ужас-ужас!
Будут и те, кто поддержит Её Величество — это разумные, рассудительные горожане. Таких большинство, но нельзя сбрасывать со счетов врагов трона. Уж они-то расстараются. Подстрекательство и сплетни обеспечены, а там и до бунтов недалеко.
— Я сделаю всё возможное, чтобы праздничные дни в Альвахалле прошли спокойно, — обещаю королеве.
— Спасибо, Эдгар, — улыбка правительницы тёплая, но грустная, — я знала, что могу рассчитывать на тебя. Когда твой отец решил уйти в отставку и уехать на Ратар, я была в смятении. Он был лучшим соглядатаем королевского двора за всю историю моего правления. Но я зря волновалась — Дрэго оставил мне тебя.
— До Дрэго Аша мне далеко, — дую щёки. — Мой отец — мастер своего дела.
— Не обесценивай себя, мальчик. С каждым годом ты становишься опытнее и мудрее. Я не сомневаюсь в тебе.
— Благодарю, моя королева, — встаю, — это огромная честь для меня, — склоняю голову. — И спасибо за чай. Безумно вкусно!
— Можешь идти, подлиза, — великая и многорукая с улыбкой качает головой. — Хотя нет, постой, — она щурится. — Ты выглядишь странно…
— Не успел привести себя в порядок, — приглаживаю волосы, поправляю пиджак.
 
— Я не об этом. Сияешь, глаза горят. Подозрительно, — гнёт бровь. — Неужели послал подальше эту невыносимую Амари и влюбился в хорошую девочку? — правительница хихикает, как первокурсница академии совсем не благородных дам.
Этот её смешок дёргает меня за нервы:
— Демоны не испытывают любви, Ваше Величество. Увы.
— Расскажи об этом своему отцу, Эдгар, — фыркнув, Фретрика отмахивается от меня.
За подобное заявление отец отвесил бы мне хороший подзатыльник. Он демон, а мама — человек, и любви моих родителей многие завидуют.
— Моя мать — особенная женщина, — я пытаюсь найти оправдание, — второй такой не существует.
— Кто знает, мальчик. Кто знает… — задумчиво бормочет королева. — Иди уже, — делает «кыш» сразу шестью руками.
Откланявшись, я выхожу из библиотеки. В голове тысяча мыслей, идей, планов. И все они, конечно, касаются работы. Исключительно работы…
Кого я обманываю? Мои мысли сейчас застыли на финальном аккорде разговора с великой и многорукой. У меня действительно что-то не то с лицом?
Смотрю на отражение в оконном витраже и ничего особенного не замечаю. Рожа как рожа. С утра была такая же. Или?.. Никаких «или» — я развожусь!
И тут до меня доходит вся тщетность бытия. Нам с Софи предстоит доказать самой Судьбе, что мы плохая пара, а наш брак — ошибка. Но как это сделать, если я целыми днями, а возможно и ночами, вынужден работать? Будь у Софии чувства ко мне, она бы стала скучать и страдать от недостатка внимания.
Только это совсем не из нашей сказки. Вряд ли девочка вообще заметит моё отсутствие и станет от этого несчастнее, чем сейчас. Скорее, наоборот. Софи выдохнет с облегчением и найдёт чем заняться в Альвахалле.
Меня тяготят эти мысли. Хочется, чтобы по мне скучали. София скучала. И чтобы хотела моего внимания, и…
Дурацкое Рождество! Даже у меня крышу повело. Никогда прежде Эдгар Аш не хотел ничего подобного, а от всех своих женщин я требовал только одного — чтобы знали своё место.
Да, я не чистокровный демон, но от матери я не унаследовал ничего. Я не умею чувствовать, как человек. Я не способен на это… Я демон.
  
Глава 5
 
Погода портится, а я пытаюсь найти под ковриком ключ от квартиры Эдгара. Домашняя пижама не спасает от ледяного ветра, а мои шерстяные носки теперь похожи на два сугроба. Но хуже всего, что в таком виде меня могут принять за воровку. Увидит какая-нибудь бдительная соседка, что у двери порядочного господина возится дамочка сомнительного вида, и вызовет полицию. Второй раз в участок я не хочу.
— Да где же ты?! — ругаюсь и трясу коврик.
Есть! Сжимая в онемевших пальцах заветный ключ, я тянусь к замочной скважине. Сейчас-сейчас, ещё пара мгновений — и мне будет тепло…
— Какого беса ты там делаешь?!
…Или не будет.
Оборачиваюсь и с нервной улыбкой смотрю на незнакомую девушку. Блондинка в зимней шляпке, при макияже, на длинных пальчиках блестят драгоценные кольца, а от запаха её духов хочется чихнуть. И шубка у неё дорогая…
Я не из тех, кто стоит с плакатом «Спасите животных», просто незнакомка не вызывает во мне положительных эмоций. Могу спорить, она с лёгкостью могла сама прикончить несчастных енотов, чтобы пошить себе шубу.
Боже, о чём я вообще?! Меня поймали с поличным… Хоть ничего плохого я не делала. Всего-то пыталась попасть домой.
— Вы всё не так поняли, — оправдываюсь. — Я здесь живу.
— Что?! — придерживая полы длинной шубы, девушка цокает каблучками по ступенькам. — Кого ты пытаешься надуть, оборванка?! Здесь живёт мой жених Эдгар, а ты нищенка, которая решила пробраться в чужую квартиру! — она выхватывает у меня из пальцев ключ и вставляет его в замочную скважину. — Чего стоишь? Пошла вон отсюда!