Мой муж — Демон, или Разведите нас немедленно! (СИ)

— Ты издеваешься?! Это настоящий кошмар! — заканчиваю с обнимашками. — Боже… — с ужасом понимаю, что волосы стали ещё длиннее. — Они растут!
— Спокойно! Мы всё исправим, — заявляет мой драгоценный супруг.
— Правда? — шмыгнув носом, поднимаю на него глаза.
— Это средство я покупал у Эфы. Она должна знать, как отменить эффект. Я схожу в аптеку, пока не поздно.
Муж набрасывает мне на плечи большое полотенце и открывает дверь ванной.
— Подожди, — я кутаюсь в махровую ткань. — А как же встреча с нашей надзирательницей?
— Избавить тебя от мохнатости или встретится с феей — выбирай, несчастье моё, — демон смотрит на меня со всей серьёзностью. — Останусь, и аптека закроется.
Без противоядия я очень скоро превращусь в гибрид медведицы и Рапунцель. Волосы быстро растут и не только в длину — их уже так много, что я вполне могу выйти на мороз без одежды и не почувствую дискомфорта. Страшно представить, что будет через несколько часов.
— Иди, — киваю. — Я сама поговорю с надзирательницей.
— Шкатулка в кухне, — сообщает супруг и, окинув меня иронично-сочувствующим взглядом, выходит из ванной.
Слушаю его шаги по лестнице, хлопок входной двери, и становится совсем тоскливо. Мало того что я похожа на огромный клок шерсти, так ещё и к фее в таком виде идти придётся. Одной. Но выбора нет. Вздохнув, я наскоро сушу шевелюру полотенцем и не без труда топаю на свидание к надзирательнице. Передвигаться теперь непросто.
— Госпожа Аш?! — тоненький голосок Лель доносится из кухни. — Господин Аш?!
— Здравствуйте, — кряхтя, я занимаю место за столом, где стоит шкатулка. — Эдгара нет. Только я.
— Святые колокольчики! — Лель быстро машет крыльями — летает вокруг меня. — Что с вами стряслось, Софи?!
— Искупалась в ванной с активатором роста волос, — бурчу. — Давайте ближе к делу… Пожалуйста, — добавляю напарившись на сердитый взгляд надзирательницы.
— Необходимо присутствие обоих супругов, — зависнув в воздухе, она скрещивает руки на груди.
— Увы, — развожу волосатыми руками. — Эдгар отправился в аптеку за противоядием от этого ужаса. Если хотите, можем его подождать.
— Вы не единственная разводящаяся пара, — фыркает фея. — У меня нет времени ждать. Но знаете, София, я вам искренне сочувствую… Вы ужасно выглядите.
— Спасибо, — поджимаю губы.
— Придётся составлять отчёт из того, что есть, — в руке надзирательницы появляются миниатюрные блокнот и ручка.
— Что вы пишите? — кошусь на неё.
— Факты, — холодно сообщает. — Вы попали в беду, а супруг бросил всё и поспешил в аптеку, чтобы вам помочь. Это называется — забота.
— Что?! — я цепляюсь волосатыми пальцами за столешницу. — Это не имеет отношения к делу!
— Тише, пожалуйста, — фея хмурится. — Вы мешаете мне сосредоточиться, — продолжает чирикать ручкой в блокноте.
— Мы должны обсуждать совсем другое! — задыхаюсь возмущением.
— Верно, — кивает надзирательница. — Но так даже интереснее. Я прошу вас с мужем написать на бумаге всё, что вы сегодня друг о друге узнали, и положить записки в конверты.
— Зачем?
— Узнаете, когда придёт время. А пока я желаю вам хорошего вечера, госпожа Аш. Надеюсь, муж найдёт средство от волосатости, — хихикнув, фея летит к шкатулке.
— Заданий больше не будет? — спрашиваю у неё вдогонку.
— Конечно, будут, — Лель оборачивается, и я вижу у неё на губах хитрющую улыбку. — Ждите, — ныряет в шкатулку. — И почините уже эту проклятую коробку!
— А-а… Хорошо, да.
Оставшись в одиночестве, я подпираю щёки мохнатыми кулаками, я с грустью смотрю в окно. Кажется, встреча с надзирательницей закончилась сильно не в пользу развода. Забота… Возможно, поступок Эдгара можно так назвать, но ведь это случайность. Нелепое стечение обстоятельств.
***
Слава королеве, что у госпожи Эфы оказался антидот. Сжимая в руке склянку и бумажный пакет с ужином из ресторана, я скольжу по тротуару — спешу домой. Моя жена — гений конфуза. Я едва сдержался, чтобы не рассмеяться, когда увидел её пушистую. Но это было бы слишком.
Захожу домой, стягиваю пальто и кричу супруге, что пришёл, а в ответ слышу только глухое и полное безразличия «хорошо». Серьёзно? Я думал, пушистоё чудо бегом побежит ко мне — спасителю.
 
Поднимаюсь на третий этаж, захожу в кухню, а там меня ждёт атмосфера траура. Софи сидит за столом, смотрит в окно и вздыхает. Я ставлю перед ней бутылочку с антидотом.
— Это тебе от Эфы. Выпей.
— Спасибо, — моя жена косится на склянку.
— В чём дело?
— Открой её, пожалуйста, — демонстрирует мне руки-варежки.
Неловко вышло. Выдёргиваю пробку и подношу бутылёк к губам супруги — пою её лекарством. Вот чёрт… София пьёт, а я думаю о «разовой акции», которая больше не повторится. Но я бы с удовольствием повторил! И не раз. Мне понравилось целоваться с Софи.
— Подождём час, и можно тебя вычёсывать, — у меня голос предательски проседает. — Ужинать будешь? — достаю из бумажного пакета миниатюрные пирожки.
— С чем они? — Софи с недоверием смотрит на выпечку.
Зелье выпила не глядя, а начинка пирожков вызывает подозрение. Забавно.
— Это гномьи пирожки. Что внутри — всегда сюрприз.
— Ты питаешься только гномьей едой из ресторана? — спрашивает моя жена и открывает ротик.
— Это удобно, — кормлю её пирожком.
— М-м-м! — жуёт, округлив глаза. — С клубникой! Вкусно.
— Приятного аппетита, — улыбаюсь.
— Ты какой-то… слишком милый, — заявляет Софи и недовольно кривится.
— Что в этом плохого? — я несколько удивлён. — Обычно девушкам нравится, когда мужчины внимательны к их желаниям.
— Госпожа надзирательница записала в отчёт, что ты заботливый муж. Как думаешь, это плохо?
Вот дьявол, я совершенно забыл про встречу с феей. И про развод…
— Ничего хорошего, — хриплю.
— Вот именно! — София пытается сама взять маленький пирожок с тарелки. — Если так пойдёт дальше, нас просто не разведут.
— И что ты предлагаешь, несчастье моё? — я цепляю сдобу и отправляю ей в рот.
У жены на лице высшая степень гастрономического блаженства. Не знаю, что за начинка попалась на этот раз, но вижу — ей нравится.
— Мы плохая пара, и пора доказать это, — прожевав, заявляет Софи. — Лель просила написать, что мы сегодня открыли друг в друге, и положить записки в конверты.
— Это ещё зачем? — я гну бровь.
— Не знаю. Но мы напишем там что-нибудь плохое. Понимаешь, о чём я?
— Не очень, — кошу под дурака.
— Я приставучая, — загибает волосатый пальчик, — сегодня на работе ты сбежал от меня из-за этого. Я не советуюсь с тобой, — второй палец загнут, — заказала ёлку на Рождество, не спросив твоего согласия. — Ну и напиши, что я плохо целуюсь, — хмыкает.
— Сделаю, — довольно скалюсь.
— Кх-м… Ты со всеми пунктами согласен? — Софи смущённо отводит глаза.
— Что конкретно тебя интересует? Поцелуй?
— Нет! Просто спросила.
— Ладно, — вздыхаю картинно. — Ну а ты что напишешь?
— Что ты циник и зануда, который ненавидит Рождество.
— Ты сейчас похожа на заезженную пластинку, Софи, — сажусь напротив неё, наваливаюсь на стол. — Просто признай, что я лапочка, — смотрю в глаза жене и улыбаюсь.
— Лапочка? — откидывается на спинку стула. — А как же страшный и ужасный демон? — хмыкает.
— М-да, — я дую щёки, — как ни старался, а остался демоном.
— Ладно-ладно, я поняла, — жена тяжело вздыхает. — Сегодня ты был очень милым. Накормил меня завтраком и ужином, подарил одежду и принёс лекарство… — замолкает, видимо, размышляя, стоит ли продолжать список.
Многовато добрых дел для демона.
— Устроил для тебя шикарное представление в трамвае и великодушно согласился поставить ёлку в собственной гостиной, — заканчиваю за супругу.
— Ты сама скромность, — она качает головой. — Но вынуждена признать, я тебе благодарна.
Меня распирает от гордости. Впервые я чувствую удовлетворение от того, что сделал кому-то приятно. Мне нравятся эти ощущения.