Законы Рода. Том 4 (СИ)

— И вам доброе утро, Иван Иванович. Польщён тем, что вы решили наше небольшое дело взять в свои надёжные руки лично.
— Ну, не такое уж оно и небольшое. Подобные сделки не каждый день бывают. Порой даже не каждый год. Элитная недвижимость — штучный товар. Куда чаще мы работаем в формате долгосрочной аренды. Прошу вас в мой кабинет. Присаживайтесь, — пригласил он меня и моих спутников внутрь. — Не познакомите с вашими интересными спутниками?
— Прошу прощения, что сразу не представил. Я не так давно в России и некоторые ваши особенности этикета мне ещё в новинку. И пусть вас не обманывает моя чистая речь. Мои сопровождающие: Юлия и Кен. Прекрасная огневолосая богиня является моим водителем и помощником по различным мелким вопросам, рекомендовавшая вашу компанию. А Кен — телохранитель, который помогает мне не вляпаться по незнанию в передряги. Представляете, оказывается, аристократам не в каждый район Москвы рекомендуют ходить! — рассмеялся я, отыгрывая свою роль до конца.
— Это куда не стоит ходить аристократам? — удивился барон. — Можете быть уверены, в нашем городе преступности практически нет. Каждый район безопасен, будучи под надзором её императорского величества и гвардейцев империи!
— Что вы, я и не сомневаюсь. Я как раз о квартале Императорского дворца и говорю! Особенно для гостей с иностранным паспортом, как в моём случае, — широко улыбнулся я, и барон ответил мне такой же широкой улыбкой.
— Действительно, туда и я не очень-то люблю ходить. Нечего там простым аристократам нашего ранга находиться. Там творятся великие дела, и не стоит попусту отвлекать людей подобного уровня.
— Наверное, вы правы. Доверюсь вашему опыту.
Отпустил Юлию и Кена, оставив при себе сумку, и огляделся.
Всё вокруг такое элегантное и изысканное… Сам кабинет напоминал собой произведение искусства, и большая часть этих вещей была очень старой, но при этом невероятно добротной. Наверняка из изменённых материалов изготовили и мебель, и статуи.
— Красиво тут у вас… — признался Углёву, продолжая рассматривать кабинет-музей.
— Наследие предков. В этом кабинете ещё мой дед заключал договора с видными деятелями империи. А теперь — прошу меня простить, если слишком тороплю события — я хотел бы поговорить о вашей просьбе. Есть один нюанс… Не проблема, а нюансик. Маааааленький такой. Вы действительно хотите все шестьдесят миллионов внести наличными в нашу кассу?
— Да, всё верно, — похлопал я по сумке.
— Дело в том, что суммы подобного размера должны регистрироваться в городском надзорном комитете. И там, как назло, неделю назад поменяли начальника управления, и новый в должность ещё не вступил. Обещают со дня на день, но, даже если так, он не сразу возьмётся за наш контракт. Вероятнее всего, регистрация сделки займёт месяц или около того. Мы могли бы дать вам дом в аренду на это время и вычесть стоимость аренды из стоимости самого дома. Позже я вам сообщу, как документы на этот шикарный особняк будут готовы. И в качестве компенсации за этот маленький нюансик могу предложить вам помощь с переездом: перевозкой вещей и подбором персонала для обслуживания дома, раз прошлая прислуга вас чем-то не устроила. Мы тесно сотрудничаем с лучшими кадровыми агентствами города. Можете в нас не сомневаться.
— Нет. Не устраивает. Ни документы потом, ни помощь в подборе персонала, ни помощь с переездом. Я хочу после обеда с документами на руках, как и было обещано вашим специалистом, въехать в особняк.
Пронзительный взгляд Углёва был очень красноречивым, а улыбка с каждой секундой становилась всё меньше и меньше. Слегка наклонившись вперёд, он достал артефакт и активировал его. Небольшая статуэтка в виде кошки с качающейся лапкой.
— В таком случае есть лишь один вариант, как это устроить в сложившейся ситуации… — загадочно произнёс он.
— Положить деньги на счёт и перечислить вам?
— Нет. Это упростит, но не ускорит процедуру. Увы, мы будем всё так же нуждаться в регистрации этой сделки контролирующими органами. Хорошо, что данный особняк нами не просто реализовывается, а выкуплен ранее у прежнего владельца… Единственное, что мы можем сделать, — это искусственно уменьшить стоимость дома. Скажем так, я подготовлю отчёт недельной давности об обнаружении вредителей на территории особняка, приложу его к документам продажи и ещё немного подкорректирую стоимость нашей сделки. Она составит девять миллионов девятьсот девяносто девять тысяч. На бумаге. Сделки до десяти миллионов для аристократов вашего ранга, даже иностранцев, не требуют столь сложной процедуры и выполняются автономно, без вашего участия.
 
— Я правильно понимаю, что это снизит цену дома, вздумай я его продать в будущем?
— К сожалению. Но из-за инфляции цена всё равно будет расти из года в год.
— Но может и упасть ещё больше… Бывали случаи, — прищурился я.
— Хорошо. Я дам вам скидку, — сдался старик.
— К слову, и ваши налоговые издержки сильно сократятся, — решил дожать его, чтобы выкрутить скидку на максимум, но старик мои слова с лёгкостью парировал.
— Как и ваше обязательство предоставить налоговым органам подтверждение дохода… У меня один знакомый в таможенных органах работает. Говорит, при въезде вы ничего не декларировали. Так что — пять процентов.
Ушлый… Хитрый… Хитрый старикашка! Он с самого начала хотел мне это предложить, чтобы сэкономить пару миллионов на налогах! Впрочем, оно и понятно. Явно знает своё дело и в нюансах разбирается. Но и я не лыком шит.
— Я довольно успешный ликвидатор, а Сибирь полна богатств. Скидка в десять миллионов — справедливая и экономически выгодная для нас двоих цифра. Принимаете её и жмём руки?
— Ножом по живому режешь, ярл!
— Налоги двенадцать миллионов составили бы. Я тоже умею считать, — улыбнулся я.
— Мне нравится твой деловой подход, хоть он меня и раздражает.
— Взаимно, Иван Иванович. Мы договорились?
— Мне будет нужен ваш паспорт и час времени. Найдёте, чем заняться?
— Да, без проблем. Спасибо за кофе, очень вкусный!
— Забегайте на кофе, если будете в наших краях в будущем, — поднялся он и проводил меня до двери.
Удачно я это со стариком встретился. Хорошие условия выторговал. И ему, и мне экономия. Хитрый он жук, конечно… Кстати о жуках. Надо картошки купить. Надеюсь, в доме есть погреб… Если да, то можно сразу самосвал заказать.
— Юлия, с тебя найти и закупить для жука картошки. Много не надо. Мешков сорок-пятьдесят. Что ты так смотришь на меня? Тонна короче. И найдёшь где всё это хранить. Но это позже, а пока — пойдёмте прогуляемся. Посмотрим на широкие проспекты Москвы. У нас есть час, — позвал я своих сопровождающих, и мы вышли на улицу.
Только отошли, как раздался звук пришедшего сообщения на телефон. Наташа…
[???]
[В смысле девушка?]
[Ты издеваешься⁈]
[Скажи, что это шутка!]
[Мирослав, это не смешно…]
[Блин, ну я и дура…]
[Прости, пожалуйста…]
И я позвонил Наташе, чтобы не убивалась там. Она подняла трубку и молчала. Видимо, её сознание в лёгком нокауте…
— Привет. Ты так-то и не спрашивала. Да и не было каких-то откровений между нами. Слышишь меня? Алло… Наташа?.. Ладно, просто знай, что я своей дружбы с тобой не отменяю. И серьёзно, если тебе нужна помощь, если надо представиться кем-то, чтобы отвадить какого-нибудь мелкого и наглого засранца, мечтающего о такой прекрасной девушке, только скажи. Что-нибудь придумаем.
— Спасибо… — тихо проговорила она и тяжело вздохнула. — Твоя девушка, она… Наверное, злится на меня…
— Да нет. Я ей сразу сказал, что ты хорошая и юная. Подруга, которой нужна правильная компания, а не отморозки, с которыми непонятно где шастать будешь, нарываясь на неприятности. Так что она не злится.
Блин, дожил… Школьнице вру…
— Юная, да? Точно, ну я и дура. Ты же не из России, Мирослав. Это у нас тут, среди аристократов, если есть потребность, то рода браки заключают чуть ли не с пелёнок… Моя мама в четырнадцать обручилась, а в пятнадцать замуж вышла. И у меня среди одноклассниц уже трое замуж вышли… Вот и начала уже считать себя достаточно взрослой.