Поймай Джорджию (СИ)

— Я знаю, он мне показывал. Расстраивался, что Джорджия не хочет с ним встречаться. Я посоветовала ему присмотреться к соседке. Вроде понял намёк, — вздохнула Васька.
— Это хорошо. Федька добрый от природы. Мы с ним подружились. Дело не в нём. Я нашёл друга среди желающих встречаться с Джорджией. Он меня понимал, будто хорошо знал. Это спасало, потому что без тебя я катился в пропасть. Он назвал себя Джорджем, признавая, что это ненастоящее имя, — с остановками говорил Гоша, будто собирался с мыслями, а Васька краснела всё сильнее и была уже цвета того платья, которое поджидало её в машине. — Я не знаю, кто скрывается под ним, но решил, что хороший друг — это тоже дар. Рубрику я закрыл, а Джорджа пригласил на встречу, чтобы объяснить, кем я являюсь на самом деле.
Вот тут бы Ваське признаться, но она смалодушничала и промолчала. Теперь она боялась разочарования в сто раз сильнее. Гордый и принципиальный Аристархов проклянёт её, изгнав из сердца. Ей стало страшно. Она решила отменить встречу. Всего-то надо было написать письмо, но и этого Васька не сделала. Спать оба легли рано, уснуть не могли долго, а наутро встали молчаливыми и грустными. До самого вечера они почти не разговаривали. Так, перебрасывались пустыми фразами. Ближе к нужному часу Гоша надел белую рубашку, костюм и спустился вниз, где его поджидал Сэм, обещавший подвезти до ресторана. Васька выбежала из квартиры, как только увидела, что знакомая машина отъехала от подъезда.
«Это неправильно. Он обидится и не простит. Куда я себя загнала? Увидит меня и подумает, что я за ним следила, потому что это логично», — злилась она и переодевалась в алое платье, чулки, туфли. Даже макияж нанесла в машине. Васька выглядела фантастически красиво под стать автомобилю. Теперь они были похожи. К ресторану она подъехала, опаздывая на пять минут. Машина Сэма стояла на парковке. Васька выбралась на асфальт и слегка зашаталась на высоких острых каблуках. Ходить на них она умела, но делала это редко, а потому походка была неуверенной. Под одобрительным взглядом Сэма она направилась к дверям уютного ресторанчика итальянской кухни. Гоша выбрал его специально. Внутри звучала тихая музыка, царил полумрак, на столиках горели свечи. Всё шептало о романтической встрече, и Васька приревновала к самой себе, словно её любимый Аллигатор положил глаз на мужчину. Внутренний протест отразился на лице. Глаза засверкали, губы поджались. Она остановилась у стойки администратора.
— Buona serata, — не задумываясь, произнесла Васька.
— Buona serata, — ответила хорошенькая девушка за стойкой. — Вы заказывали столик?
— Да, меня ждут. Джорджия, — назвала Васька кодовое слово.
— Действительно, вас ждут. Пойдёмте.
Девушка повела Ваську по залу. Почти все столики были заняты. Мужчины оборачивались, смотрели оценивающе. Женщины завистливо отмечали стройную фигуру Васьки.
— Спасибо, вижу. Дальше я сама, — с улыбкой произнесла она и чуть ногу не подвернула от испуга.
Гоша сидел в одиночестве и явно переживал. Он выглядел эффектно, ему дивно шёл костюм. Васька замедлилась до скорости улитки, а потом вообще решила развернуться и убежать, даже оглянулась и наткнулась на фигуру Сэма в дверях.
«Нет, я не могу, хоть застрелите», — почти взвыла она и сделала последний шаг, поравнявшись со стулом, на котором сидел Гоша, бесцельно листая меню.
— Я буду пасту с морепродуктами, — вдруг произнесла Васька глухим, чужим голосом. — Джорджия.
Гоша повернул голову и уставился на алое платье, длинные ноги. Медленно его хмурый взгляд полз вверх.
«Женщина? Джордж — женщина? Боже, чего я творю? Васька, прости», — закипел мозг, а взгляд поднялся до груди и стал ещё более хмурым. Он хорошо знал эту ложбинку и родинку под левой ключицей, и подбородок, и губы. Игры разума заводили всё дальше. Гоша не решался поднять взгляд выше, потому что боялся потерять контроль.
— И салат с рукколой, — добавила Васька, доканывая Гошу окончательно.
Он поднял голову и замер, убитый и поражённый её красотой, янтарными глазами, густыми волнами волос, стройной фигурой. Впервые он видел девушку в платье. Гоша смотрел и не понимал, что происходит. Спохватившись, он поднялся и отодвинул стул для Васьки. Она села и благодарно посмотрела на него за то, что он не наорал на неё прилюдно и не выставил вон.
 
— Как ты узнала, где я? — спросил Гоша, любуясь и злясь. — Следила за мной?
— Нет. Ты пригласил меня, — она достала телефон, открыла почту и показала письмо с приглашением. — Я — Джордж. Прости. Надо было сказать вчера. Не смогла.
— Нет. Это неправда, — покачал головой Аллигатор. Ловушка показалась ещё более мерзопакостной чем та, которую подстроила Тоня. — Или правда?
— Это правда. Когда ты уехал, я ничего не соображала, думала лишь о том, что жизнь теперь уж точно кончилась. А потом пришёл Федька и принёс газету, в которой ты писал о фестивале. Он специально купил мне экземпляр. Хотел порадовать. И я порадовалась. Прочитала от корки до корки. Улыбнулась тому, что написала Джорджия. Я сразу поняла, что под женским именем скрывается мужчина, и настрочила ответ. А потом поняла, что это ты, потому что в вашей газете никто больше не мог написать что-то подобное. Так ты стал рядом. Я радовалась каждой твоей строчке, — пыталась объяснить Васька.
— Я понял. Вместо того чтобы просто написать правду, ты прикинулась мужиком. А я-то думал, откуда Джордж так хорошо знает, что у меня на душе. Идиот, правда? — усмехнулся Гоша, ненавидя себя в эту минуту.
— Нет. Прости. Я была так счастлива, что могу писать тебе, общаться с тобой…
— Конечно. Ты была счастлива, а я думал, что потерял тебя и никогда не увижу, сходил с ума, затаптывал себя. Хорошо, что ты была счастлива. Хоть кто-то из нас.
В этот момент подошёл официант и принял заказ. Гоша ткнул на первые попавшиеся блюда. Его тошнило от всего, что происходит. Сидящая напротив женщина выглядела жалко и униженно. Его Васька была другой. Он будет любить её вечно, а не эту соблазнительную интриганку.
— Я поняла. Прости, — Васька швырнула телефон на стол и выбежала из ресторана, толкнув по пути Сэма, который от неожиданности оступился.
Скинув туфли, она забросила их в кусты, забралась в машину и рванула прочь, будто за ней гнались черти. Обжигаясь слезами, Васька выжимала из машины максимум, лавируя в потоке машин. Она нарушала всё подряд.
Сэм не побежал за ней, выбрав брата, который сидел, уставившись в бокалы с пурпурным вином.
— Это чего сейчас было? Ты зачем её отпустил? — рыкнул он, тряхнув брата за плечо.
— Отвали, — ответил в том же тоне Гоша. — La fine della commedia.
— Сам ты комедия. Васька не хотела идти сегодня сюда. Мы с Тоней настояли.
— А-а, ну передай Тоне, шутка удалась.
— Непременно передам, что ты осёл. Чего ты Ваське наговорил, что она унеслась, как сумасшедшая на своей красной молнии?
— Ничего. Даже не успел ничего сказать. На какой молнии? — не понял Гоша, пропустив укол в сердце.
— На своей машине. Тачка, конечно, огонь, но настроение у Васьки ураган. Думаю, выжмет максимум.
— Нет. Не станет, — неуверенно произнёс Аллигатор, ощущая, как иглы заполняют сердце. Он набрал на телефоне номер и услышал знакомую мелодию. Словно заворожённый, Гоша смотрел на двигающийся по столу смартфон Васьки, а на экране высвечивался абонент «Любимый». — Чтоб тебя…
— А теперь скажи, умный старший брат, как поймать Джорджию? Видишь, как Джордж быстро сменил пол. Это самая настоящая Джорджия, дикая, любящая, фатально упрямая, — рычал Сэм, подзывая официанта и требуя счёт.
 
— Я не знаю. Она больше никогда не вернётся, — Аллигатор закрыл лицо руками.
— Скажи спасибо, если не разобьётся. С её манерой вождения, она смертельно опасна для всех. Обзвоню своих знакомых, может, засекут где, — напрягся Сэм, быстро рассылая сообщения. — Где этот счёт?
Он вскочил на ноги и сорвал со стула брата. Заметив официанта, Сэм сунул ему деньги и потащил Гошу на выход. Раздосадованный тем, что затея провалилась, он думал только об одном, чтобы у Васькиной машины кончился бензин. Если бы он знал, что она автоматически заезжает на заправки, то сильно огорчился бы, но пока тешил себя надеждой.