Любовь на острове (ЛП)
После смерти Атаранги я поклялся, что никогда не буду бояться океана. Что я не позволю ему забрать у меня эту силу. Как будто океан разумное, злобное существо, которое хотело причинить ей вред. Мне казалось, что я заключаю сделку каждый раз, когда ступаю на лодку, и теперь я боюсь, что, возможно, эта сделка закончилась.
Нужно собраться
Я отгоняю эти мысли прочь. Не могу думать об этом сейчас.
Я должен всё исправить.
Покончив с едой, я поднимаюсь наверх и оглядываюсь. Волны становятся больше, кокпит заполнен на дюйм водой, которая едва успевает стечь, прежде чем снова наполняется.
Как только пристегиваюсь, я пробираюсь к спасательному плоту в задней части судна. Есть еще шлюпка, она лежит на боку у правого борта, но она меньше, и времени на ее подготовку не хватает.
Когда все выглядит готовым к отправке, Ричард на мгновение поднимает голову от радара.
— Пять миль, — мрачно говорит он.
Я спускаюсь вниз и сажусь за навигационный стол. Лейси и Дейзи собрались вокруг нас. Я поднимаю трубку УКВ-приемника, ища сигнал. Нажимаю на кнопку и говорю то, что никогда не думал, что скажу.
— Мэйдэй, Мэйдэй, Мэйдэй. Это парусник «Атаранги».
Глава 11
Дейзи
Телефон.
Я знаю, что Тай сказал захватить все необходимое, что нужно на неделю, но я должна взять свой телефон. Конечно, здесь нет сигнала, но, может быть, на каком бы острове мы ни потерпели крушение, он будет. Что, если там есть Wi-Fi? Я могла бы завести аккаунт в Инстаграме для потерпевших кораблекрушение.
Еще лучше захватить зарядное устройство.
Я засовываю телефон и зарядку в маленькую сумку на молнии, плотно закрываю ее, а затем запихиваю в спортивную сумку «Louis Vuitton», которая уже набита всем остальным, что я считаю необходимым. На мгновение я беспокоюсь, что соленая вода повредит материал, но потом понимаю, как глупо беспокоиться об этом, ведь мы все можем умереть.
Я не позволяю себе об этом думать. Да вообще стараюсь ни о чем не думать. Мое сердце колотится, и я просто плыву по течению, бегая вокруг, пытаясь собрать вещи.
Так много «что, если» крутятся в голове.
Что, если лодка затонет до того, как мы успеем спрыгнуть отсюда, и мы утонем?
Что, если со спасательным плотом будет что-то не так, и мы застрянем на крыше яхты, ожидая помощи?
Что, если плот пойдет ко дну?
Что, если мы упадем за борт и нас съедят акулы?
А что, если нас никто не спасет?
Это не приносит никакой пользы, поэтому я просто выбрасываю каждую истерическую мысль из головы и сосредотачиваюсь на сборах.
— Ты всё? — в отчаянии спрашивает Лейси, заглядывая в кабину.
У меня замирает сердце.
— Даже не знаю. Я не хочу ничего оставлять. А как же мой ноутбук, или Kindle? У меня в чемодане дорогой кошелёк…
Она качает головой и бросает на меня злобный взгляд.
— Серьезно? Об этом ты сейчас беспокоишься? О гребаном кошельке? Может быть, на мгновение перестанешь быть такой мелочной и поймешь, что происходит?
— Я знаю, что происходит, ясно? — кричу я. — Я просто пытаюсь справиться с этим!
— Дамы, — окликает Ричард из-за навигационного стола. — Мы в пяти милях.
Дерьмо.
Я хватаю свою сумку, и мы возвращаемся в главную каюту, в то время как Ричард обращается к Таю.
— Пять миль, — предупреждает он.
Тай появляется секундой позже, промокший до нитки, прядь мокрых темных волос прилипла ко лбу. Он избегает моего взгляда и садится за стол, глядя на радар. Поднимает трубку УКВрадиоприемника.
— Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй. Это парусник «Атаранги».
От этих слов у меня сводит живот.
— Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй, — повторяет он. — Это парусник «Атаранги». Мы находимся в бедственном положении. Рулевое управление сломалось. Нас толкает к суше, в пяти милях отсюда. Мы находимся на… — он делает паузу, чтобы прочитать карту. — на 18°13‘53,2 южной широты и 178°46‘22,0 западной долготы. На борту четыре человека. Мы рискуем сесть на мель у рифа возле одного из островов Лау. Приём.
Тишина.
Тай смотрит на нас всех.
— Что происходит? — спрашивает Лейси.
— Придется подождать минутку, пока сигнал пройдет, — говорит он.
Это самая длинная минута в моей жизни.
— Можете…повторить…? — доносится искаженный голос, а затем его заглушают помехи.
— Черт, — ругается Тай и переключает радио на другой канал.
— Мэйдэй, Мэйдэй, Мэйдэй. Это парусник «Атаранги». Вы меня слышите?
Мы ждем. Никто не осмеливается пошевелиться или вздохнуть, все напрягаются, чтобы услышать хоть какой-то ответ за непрерывным ревом океана, бьющегося о волны корпуса лодки.
Тай снова повторяет зов, на этот раз громче.
— Э-э-э, — говорит Ричард, и мы следуем за его взглядом к иллюминаторам. Все, что мы видим снаружи, — это волны, но разница в том, что теперь хоть видно волны, а не черноту, как раньше.
Ричард поворачивается и бежит вверх по лестнице на палубу, в то время как остальные ждут ответа по рации.
Тай вздыхает, явно расстроенный, сжимая трубку так сильно, что я боюсь, как бы он ее не сломал. Он говорит снова.
— Мэйдэй, мэйдэй, мэйдэй.
— Товарищи? — говорит Ричард.
Я смотрю на Лейси, как бы спрашивая: «что случилось с твоим мужем?» Товарищи? Разве он не может сказать «ребята»?
— Вы должны увидеть это, — добавляет он.
— Я буду продолжать звонить, — тихо говорит Тай. — Будьте осторожными.
Мы с Лейси быстро поднимаемся наверх. Ричард стоит на борту яхты, держась за поручни для равновесия, лицом вперед.
Ни Лейси, ни я не отходим далеко от люка, просто всматриваемся в горизонт.
На востоке встает солнце, кое-где пробиваясь сквозь низкие темные облака, отбрасывая слабый зернистый свет над океаном. С
одной стороны, это здорово, потому что значит, что буря разразится там.
С другой стороны, мы прекрасно видим другое. Прямо перед нами возвышается массив острова.
— О боже, — шепчу я.
Мы все еще далеко, но движемся быстро, и, более того, свет сияет на вершинах волн, разбивающихся о рифы всего в нескольких сотнях метров перед нами.
— Это же риф! — кричит Ричард. — Столкновение неизбежно!
Этот парень думает, что он капитан звездолета?
Эта язвительная маленькая мысль мелькает в голове, прежде чем наступает чувство огромного страха.
Мы в полной заднице.
— Что? — говорит Тай, взбегая по лестнице. Он встает рядом с Ричардом и смотрит на восход солнца.
Атаранги.
Утреннее небо, показывающее нам нашу судьбу.
— Мы столкнемся, — говорит Тай и смотрит на нас. — Идите вниз, возьмите все и несите сюда!
Я не колеблюсь, спускаюсь по лестнице с Лейси. Паникую, как и любой другой человек, когда понимает, что лодка вот-вот столкнется с рифом. Даже не думаю, просто хватаю все, что мы собрали и передаю Лейси, которая бросает это наверх.
— Это все? — спрашивает Ричард, когда мы возвращаемся.
Мы киваем. У каждого из нас своя сумка, плюс сумка с едой и с припасами. На нас непромокаемое снаряжение и спасательные жилеты.
Мы готовы.
Наверное.
Я снова смотрю на нос лодки, как раз в тот момент, когда мы ловим очередную волну и суша становится ближе, а за ее силуэтом маячит тусклое солнце. Остров кажется довольно большим, хотя по тому, как движется лодка, трудно сказать. Вдалеке я вижу еще один проблеск гораздо меньшего острова.
Но больше всего меня пугает риф. То, как разбиваются волны о него, указывает, насколько там мелко. На самом деле, водное пространство между рифом и островом похоже на лагуну, и там не так бурно, как здесь.
Мне так страшно, что я боюсь обмочиться в штаны.
— Мы скоро столкнемся, еще метров двадцать, — кричит нам Тай, возвращаясь к спасательному плоту, который помещен в большой цилиндр. — Если кто-то пристегнут, отстегнитесь сейчас же. Нам нужно попасть на плот, немедленно. Нельзя, чтобы яхта утащила вас за собой.
— Держитесь! — кричит Ричард и со стоном откидывает сидушки, открывая ящик под ними.