Из рода Бурого Медведя. Том 2 (СИ)

Олёг поднял винтовку и опять, поставил её в угол дулом вверх. Очень не хватало верхних полок, что в нашем мире считалось нормой и до чего здесь ещё не догадались. Правда и высота вагонов здесь оказалась явно ниже чем наша. 
— А без Питонова нельзя сходить в такие месте? — спросил я Олега.
— Можно. Но надо искать. Год на год не приходиться. А у Питонова есть данные, где что откроется. Многие даже не знают, что там был переход. Где он это раскопал вообще не понятно.
— Но раскопал, -сказал я уважительно. 
— Там может быть опасно, если идти вдвоём, даже втроём, — сказал Олег. — Поэтому взрослые не очень рады когда кто –то пытается искать эти бывшие забытые места Перехода. Поэтому скрывают...
— Ясно, — сказал я. — Но нам то боятся нечего, у нас тридцать пять человек не считая Питонова.
— Ага, — подтвердил Олег. — Питонов не слабый боец кстати. Он на войне был…
— Да ну? — не поверил. 
— Точно тебе говорю, у него звание майора.
— Теперь понятно, почему он такой, — тихо сказал я.
Но Питонов был тут как тут. Видать услышав свою фамилию он успел к нам подобраться незамеченным, и сейчас навис надо мной и грозно вопросил:
— Какой «такой»? А? Какой «такой»?
— Грозный, — ответил. — Грозный и строгий!
— Смотри мне, — сказал Питонов помахав указательным пальцем. — Договоришься! Была б моя воля, я б вас пинкам жизни учил, а не станки заставлял таскать в качестве наказания.
— Станки тоже нелегко было таскать, — сказал я.
Скоро мы подъехали в перрону нашей остановки. Поезд начал тормозить, давая гудки и мы встали ровно на три минуты. Проводник скинул вниз железную лестницу и народ стал спускаться вниз. Двое местных с узелками, трое неместных на дачи. И мы — тридцать пять человек, не считая Питонова. Я рванул вперёд, спустился, принял рюкзак какой-то девчонки из вежливости. Вспомнил с радостью, что слава богу Лизу с нами не взяли…
Через посёлок лежала узкая дорога, ощетинившаяся необработанными камнями. Что ж лучше, чем распутица с грязью.
— Смотри, — сказал Олег. — Птицы улетают!
Я глянул на небо. На юго-восток летело клином стая птиц, прорываясь сквозь потоки ветра и непогоду. Иногда покрикивая скрипучим, писклявым голосом они летели в тёплые страны. Белые с чёрными головами и таким же чёрными кончиками крыльев.
— Похожи на цаплей, — сказал я. 
— Это журавли, — помолчав, сказал Олег. 
— Двигаемся господа, двигаемся, — толкнул нас какой-то парень.
Я неодобрительно проводил его взглядом, поудобней устроил на плечах рюкзак и пошли до леса. 
— Будем замыкать, — сказа Олег. — что бы никому не мешать.
— Давай, -поддержал я. Идти первыми или последним мне абсолютно без разницы. Тем более так я мог видеть Машу с её дружком. Тьфу на него. В стороне шли знакомые одногруппники Олега с инженерного факультета, иногда он подходил к ним что бы пообщаться. И так шёл всю дорогу общаясь то с ним то со мной.
Село скоро было пройдено, позади осталась церковь и школа. Затем мы миновали пахотные поля и вот уже шагали по лесу. Идти предстояло чуть меньше десяти километров.
— Это вам ещё повезло, — подбадривал нас Питонов, шагая первым. — Десять километров это ещё ничего. Раньше я водил за пятьдесят километров, через болота. А здесь болот даже нет по пути. Только лес.
В принципе идти было не трудно. Температура около десяти градусов. Комаров в это время уже не осталось. А осталась только сырость и капли дождя на пожелтевших листьях. Шёл я в кожаных сапогах, пропитанных внизу воском, а сверху была коричневая куртка с капюшоном из толстой кожи, неплохо державшей влагу. Через пару часов мы дошли до места без всяких происшествий. Эта была опушка хвойного леса, небольшая поляна. 
— Здесь встанем, — сказал Питонов.
— А до самого места далеко? — спросил кто-то.
— Не далеко, полтора километра, — сказал Питонов. — Слушайте сюда! Никто не разбредается, с поляны не уходим без меня! Ставьте палатки, готовьте обед ужин. В шесть часов выдвигаемся…
— А звери с Перехода когда будут видны? — спросил кто-то.
 
— Они не звери. Нас много, но не нужно относится к ним слишком беспечно. Появляться они начнут примерно с шести вечера, до трёх ночи двадцать четвёртого сентября!
— У тебя что с собой? — спросил Олег, ковыряя свой рюкзак на предмет еды. Он вынул белый батон, рис и кучу специй.
— Каша перловая, твёрдый сыр, чёрный хлеб, головка лука и чеснока, -сказал я. –Как обычно. Вот ещё тушёнку купил попробовать.
— Тушёнку? — переспросил Олег. Явно слышал это слово если не в первый раз, то близко к тому. 
— Консервированное мясо. Тушёное мясо в железной банке,— сказал я. — Кинем в кашу и зашибись будет. 
— А, понятно, — сказал Олег. — Читал в журнале про такое, даже видел пару раз, но не пробовал… 
— Идём за дровами! — скомандовал Питонов. — На ночь тоже наберём. 
Гурьбой, вместе с Питоновым, мы отправились в лес и набрали дров в виде сухостоя и поваленных деревьев. В четыре часа все начали готовиться к обеду. Я же стал примерять оружие, пристегнул ножны к поясу, а затем решил что так неудобно. Что поделать, опыта хождения с мечом по городу или лесу я не имел, поэтому было решено повесить ножны через плечо на грудь, с левой стороны. Справа в кобуре ждал своего часа обрез двустволки. В кармане был нож. В принципе я был готов к бою.
И тут появился он. Витя Перепёлкин друг Маши. Осмотрев меня с ног до головы, он заявил, обратившись ко всем:
— Ребята! Зачем вы набрали с собой столько оружия? Я читал, что если не проявлять к ним агрессии, они не будут нападать. 
Я тоже оглядел его с ног до головы, старясь не смотреть на Машу и сказал:
— А где твоё оружие?
— У меня кинжал, в рюкзаке лежит и мне его хватит.
— Только не забудь взять его с собой. Пацифист, — кинул я с ноткой презренья. 
— Ребята, — подал голос Питонов наблюдавший наш спор. — Когда окажемся на месте. Не нужно их провоцировать почём зря. Но оружие брать с собой надо. Обязательно!
— А что значит «провоцировать»? — спросил здоровый рыжеволосый парень с топором в руках и дробовиком на плече.
— Это значит не бегать за ними с топором, специально не истреблять с что бы убить побольше, — ответил Питонов. — Всем ясно?
— Ясно!— послышались ответы.
— Усекли.
— Не дураки. 
— Ааа, я кровавый дровосек! Как в повести Кинга! — сказал здоровый парень с топором и зарычал как зверь, угрожающе двинувшись на двух девчонок. Я заметил, что его лицо измазано чем-то красным. Томатная паста что ли.
— Ой Быбелкин, прекрати! — смеясь, сказала одна из девчонок и стала убегать. Быбелкин погнался за ней, с криками «А-а-а, свежее мясо!»
Брачные игры, что с них взять.
Показалось солнце из-за туч, клонившееся к закату. 
— Смотрите солнце! — сказала как-то девчонка. 
Из леса позади, вышло с десяток людей. Увидев их, все наши ребята сразу напряглись и замолчали. 
— Питонов, опять ты! — громко раздалось с их стороны.
— Опять я?! — возмутился Питонов глядя на приземистого коренастого мужичка примерно его возраста под пятьдесят. — Слушай бэбе, мы первые пришли, так что ищите другое место!
— Какой я тебе малыш, Питонов?, — сказал «бэбе» что значило на французском малыш. 
— Балейн, не хочешь ли отвалить на историческую родину во Франкию, — сказал Питонов.
— Месье наш род верен Русской империи вот уже сто пятьдесят лет. Так что мимо Питонов, мимо…
— Ладно Балейн, не нервируй меня. Идите ищите другую стоянку. У меня тут и так почти сорок человек, а с вами вообще будет толпа…
— А у меня всего десять.
Я пристально разглядывал его толпу ребят и понял, что они старше нас лет на пять. Все бородатые или грубой щетиной, коренастые, с холодным твёрдым взглядом. Среди них было всего две девушки, а остальные парни… я рассматривал лих лица, и всё больше офигевал. Чёрт побери! «Да это волки»,— чуть не вырвалось у меня.
— Волки, волки, — зашептались остальные.