Дневник писателя 1877, 1980, 1981
472
…(у французов было еще лучше ружье, чем у немцев, и немцы принуждены были его принять ~ в самый момент войны)… — Речь идет о скорострельном французском ружье системы Шаспо, изобретенном французским рабочим Шаспо в 1866 г. Немцы начали франко-прусскую войну 1870 г. с худшим ружьем системы Дрейзе, но этот недостаток в их вооружениях компенсировался превосходством их артиллерии, прекрасной выучкой войск и талантливостью генерального штаба.
473
…французская армия ~ была страшно изумлена и подавлена нравственно тем, что вместо перехода через Рейн и вторжения в Германию она принуждена защищать свою территорию у себя дома. — Прибыв в крепость Мец 28 июня 1870 г., Наполеон III застал там только 100 000 солдат, не обеспеченных снаряжением, боеприпасами и провиантом. Между тем мобилизация армий «протекала крайне беспорядочно». При таких условиях нечего было и мечтать о наступлении. Французское командование и армия с самого начала войны были обречены на пассивное выжидание событий. О бездарной и преступной неподготовленности империи Наполеона III к войне с Пруссией см. также в романе Э. Золя «Разгром» (1892).
474
Произошло несколько сражений, в которых победили немцы. — Очевидно, подразумеваются первые серьезные сражения, проигранные французами: 4 августа 1870 г. при Виссамбурге (Эльзас) и 6 августа 1870 г. при Верте и при Форбаке (Лотарингия).
475
Он всё рвался грудью вперед и до самого Седана не хотел верить, что он побежден. — По приказанию Наполеона III крепость Седан сдали в первый день ее осады (1 сентября 1870 г.), не исчерпав всех возможностей ее обороны. До этого три поражения потерпела Рейнская армия французов (14, 16 и 18 августа 1870 г.) и два поражения Шалонская французская армия под командой Мак-Магона (28 и 30 августа 1870 г.).
476
Осталась защита Парижа с сумасшедшим Трошю. — Осада Парижа длилась с 19 сентября 1870 г. до 28 января 1871 г. Гарнизоном Парижа, состоявшим по преимуществу из необученной и плохо вооруженной национальной гвардии, командовал генерал Луи Жюль Трошю (1815–1896), занимавший в то же время и пост главы республиканского правительства, сформированного 4 сентября 1870 г. Уже 4 сентября 1870 г. попытку отстоять Париж Трошю назвал «чистейшим безумием». Тем не менее в течение следующих месяцев он неоднократно посылал вверенные ему неподготовленные войска на вылазки против регулярной армии немцев. Благодаря этим действиям, за которые национальная гвардия расплачивалась большой кровью, генерал Трошю и снискал репутацию «сумасшедшего» полководца (см.: Всемирная история: В 12 т. М., 1961. Т. 6. С. 603).
477
Гамбетта вылетел из Парижа на воздушном шаре, descendit du del (сошел с неба) в одном департаменте (как пишет об нем один историк), объявил диктатуру и начал набирать новые армии. — Об этом см.«: XXIV, 282, 495.
478
Турки слишком давно уже не нападают на Европу сами и привыкли именно к защите. — Последней крупной угрозой турок Европе была осада Вены (с 24 июля по 12 сентября 1683 г.), из-под стен которой они были прогнаны войсками польского короля Яна Собесского (1624–1696). В 1684 г. образовалась антитурецкая коалиция Австрии, Польши, и Венеции (к которой позднее примкнула и Россия). Война этой коалиции против Оттоманской империи была долгой, но успешной. Это была первая большая война турок на европейской территории, в течение которой им пришлось не нападать, а защищаться.
479
…ружье Пибоди дает десять, двенадцать выстрелов в минуту, ну и должны были понять, что с таким ружьем, сидя за укреплением, турок побьет атакующую колонну до последнего человека… — Анализируя причины неудач под Плевной, русская печать отмечала: «…а особенно же легко можно было заблуждаться, не приняв во внимание того, что при нынешнем чрезвычайном усовершенствовании всякого рода оружия, коим нейтральная Англия завалила всю Турцию, даже новобранцы могут отбивать из-за укреплений первые в мире по храбрости отряды, нанося им жестокие потери» (Гражданин. 1877. 13 окт. № 23–24).
480
Один французский военный историк горько упрекает Наполеона I ~ решился, однако же, сам напасть на врагов, то есть на внешнюю войну, а не на внутреннюю. — Имеются в виду утверждения полковника Ж.-Б. А. Шарраса о выгодности оборонительного плана ведения войны против антинаполеоновской коалиции, содержащиеся в его известной книге «История кампании 1815 года. Ватерлоо» (Histoire de la campagne de 1815. Waterloo. Par le colonel Charras. 4-e ed. Bruxelles, 1863. P. 52–59). Четвертое издание этой книги имелось в библиотеке Достоевского (см.: Десяткина Л. П., Фридлендер Г. М. Библиотека Достоевского (новые материалы) // Достоевский: Материалы и исследования. Л. 1980. Т. 4. С. 267).
481
Вся ошибка Наполеона состояла, говорит этот историк, в том, что он по-прежнему считал — что немецкий солдат совершенно равнялся французскому. — Ж.-Б. А. Шаррас отмечал: «Наполеон основывав свои расчеты, как говорил он сам, на том, что следует оценивать силы обеих противных сторон не по одному лишь численному соотношению; он считал одного француза равным одному англичанину, но двум пруссакам, бельгийцам, голландцам, солдатам Германского союза. <…> Наполеон ошибался: два пруссака стоили более одного француза. (Histoire de ia campagne de 1815. Waterloo. Bruxelles, 1863. P. 81–85).
482
…турки дали же нам в начале войны перейти за Дунай и явиться за Балканами… — Русские форсировали Дунай 12 и 15 июня 1877 г. в неожиданных для турок местах и потому встретили слабое сопротивление. К началу июля ст. ст. 1877 г. русские взяли на Дунае и в его районе города и крепости: Систов, Браилово, Галаи, Казанлык, Габрово, Ловчу, Белу, Никополь, Черноводы и др. (См.: Нов. время. 1877. 5 (17) июля. № 484; 9 (21) июля. № 488; 10 (22) июля. № 489). Кроме того, были взяты перевалы через Балканы: Шипкинский и Демир-Кап (Железные ворота).
483
…может явиться у турок прежний упадок духа, забудут и об Адрианополе и об Софии, шанцевый инструмент побросают, убегая перед русским натиском без оглядки… — Предположения Достоевского оправдались. После падения Плевны 28 ноября (10 декабря) 1877 г. и пленения армии Весселя-паши, блокировавшей русские войска на Шипкинском перевале, серьезное сопротивление турок по существу прекратилось. Гарнизон Османа-паши, осажденный в Плевне, рассчитывал на Софию и Адрианополь как на базы снабжения оружием и продовольствием. Однако, по сообщениям с театра военных действий, между 8 и 17 октября «генерал Гурко успел уже занять дорогу из Плевны к Орханке и тем прекратить всякие подвозы к армии Осман-паши, из чего можно заключить, что если Осман-паша телеграфировал 9 октября в Адрианополь, чтоб ему выслали новый транспорт с провиантом, то это требование уже не могло быть исполнено <…> 16 октября <…> окончательно была сомкнута блокадная линия» (Моск. ведомости. 1877. 19 окт. № 259). Расчеты турок на Адрианополь как на пункт, который их армия могла бы защищать так же успешно и долго, как Плевну, западноевропейская печать всерьез не принимала. По мнению австрийского корреспондента, процитированному «Новым временем» (1877, 3 (15) октября. № 574. Отд. «Последние известия»), русским достаточно было разбить одну из турецких армий, чтобы «под Адрианополем» не встретить «препятствий, достойных этого имени». Еще в июле 1877 г. Адрианополь фигурировал в прогнозах некоторых дипломатов, «уверявших, что стоит русским войскам только показаться перед стенами этого города, как Турция во что бы то ни стало будет искать мира» (Голос. 1877. 29 июля (10 авг.). № 168).