Жгучий танец. Книга 2 (СИ)

Я опешила с широко раскрытыми глазами, не зная, что сказать. Удивлённо посмотрела на Ричарда, понятия не имея, что можно предпринять в данной ситуации.
- Это больше не повторится, - добавил он, дрогнувшим голосом, взяв меня за руку.
Я остолбенела. Всё смешалось в моей голове. То он набрасывается на меня, как дикий зверь, а то вдруг раскаивается! Вот так перемены!
Обмануть саму себя я не могла, поэтому поймалась на мысли, что с огромнейшим удовольствием каждую ночь проводила бы в его объятиях. Но если ему этого не хочется, то настаивать не буду! Нервно сглотнула и сделала вид, что даже не предполагала какое-либо продолжение отношений.
Повела плечом, мол, вижу, что он сожалеет о случившемся, и не станет больше вести себя так.
- Я не рассчитывала ни на что, - произнесла холодным тоном. – И не задумывалась над тем, что будет дальше! Обсуждать ситуацию считаю неуместным. Да и о чём здесь говорить?
Я откинула его руку, и, гордо вскинув голову, пошла к остальным девушкам.
- Чего он от тебя хотел? – заговорчески зашептала Кэти. Она казалась встревоженной и расстроенной.
- Сказал, что происшедшее больше не повторится, - отмахнулась я, не понимая, зачем она пристаёт с вопросами.
Впрочем, оно и понятно: Кэти, наверное, хотела завоевать внимание Ричарда. Ведь она грезила об этом мужчине уже много лет. И вот теперь, когда заветная мечта стала сбываться, надежды, как хрупкий хрусталь, разбились о реальность. Надеюсь, что минувшая ночь не отразится на нашей с ней дружбе. Не хотелось бы из-за похоти Ричарда потерять подругу.
  
Глава 7. Вольная жизнь общины
 
Дни потекли своей чередой. Мы небольшими группами каждый день покидали замок, шли по каменной тропе и выходили из раскола, чтобы поплавать в реке, собрать ягоды, грибы, да и просто погулять по девственным джунглям. Я обожала такие прогулки. Они были для меня чем-то невероятно приятным. Солнце гладило меня по лицу, птицы пели песни, и дышалось свободно и легко, будто не было ничего, что должно было омрачать нашу жизнь.
Алисия оказалась права по поводу пересудов: стоило мне один раз пережить всеобщее любопытное внимание, как всё встало на свои места – никто больше не глазел на меня и не шептался за спиной.
Никто не счёл нашу ночь с Ричардом чем-то необычным. Оно и понятно – члены общины вели свободный образ жизни и не были отягощены правилами высокой морали. Здесь было принято меняться партнёрами.
Наши парни все, как один, оживились, прознав об этом. Особенно был доволен любвеобильный Патрик. Он и прежде не был эталоном верности и мужской преданности, а сейчас и вовсе развлекался безудержно.
А вот мы с Рейчел и Кэти были в ужасе от происходящего. Впрочем, даже мы с чрезмерно строгими взглядами на жизнь понимали, что невозможно долгое время жить в одном замке с красивыми мужчинами и не желать вступить с ними в отношения.
Жизнь общины была проста и сводилась к незатейливым правилам: никому не желай зла; поддерживай, кого можешь; наслаждайся каждым днём.
Согласно первым двум правилам мы с девушками занимались домашними хлопотами, мужчины ходили на охоту и помогали нам, если была необходимость. А вот выполнение последнего правила сводилось к тому, что по вечерам все члены общины скидывали зелёные одежды, оборачивались в простыни и собирались в общем зале с шестью пылающими каминами. При этом было два строгих правила: не ходить в раздетом виде и не заниматься сексом в общем зале.
Поначалу я предпочитала отсиживаться в спальне, не рискуя сидеть в простыне среди других членов общины, но в какой-то момент мои моральные принципы претерпели изменения, и я отважилась присоединиться ко всеобщим посиделкам.
Собираясь в зале, мы пели, рассказывали разные истории, пили вино и мечтали о будущем. Парни становились любвеобильными, а девушки податливыми. Было незазорно целоваться прилюдно, а потом удаляться в уединённые комнаты для более тесных связей.
Парней было раза в три больше, чем девушек, поэтому я часто видела, как кто-то из представительниц прекрасного пола уходил из зала в сопровождении нескольких мужчин.
 
Имелось ещё одно очень важное правило общины: интимные связи не должны были выходить за переделы замка. А всё потому, что внутри замка время остановилось, и поэтому в нём нельзя было забеременеть. А вот в джунглях подобное могло произойти, но младенцам в общине было не выжить, поэтому правило безопасного секса никто не нарушал.
Члены общины очень любили заводить разговоры о том, что будет после того, как мы попадём в привычный мир. Каждый верил, что сможет вернуться домой. Это добавляло всем оптимизма. Все с надеждой ждали, когда появятся доказательства грязных деяний Властелина. Судя по всему, Адамс так и не оставил свою идею свергнуть правителя.
Они с Ричардом постоянно пропадали в разломе, а, возвращаясь, молчаливо качали головой – найти компромат не удавалось. Они рассказали, что в разломе поселились жуть и мрак. Время и пространство висят кусками, и приходится осторожно перемещаться меж безопасных зон, чтобы не попасть во временной вихрь, иначе смерь неминуема.
Зная, какую опасность таит разлом, я очень переживала за них. При мысли о том, что с Ричардом может что-то случиться, я ощущала жуткую панику. Хотелось оградить его от опасности, или разделить возможные неприятности. С чего это вдруг во мне появились такие желания? И это после того, как он неоднозначно дал понять, что не будет поддерживать наши отношения и сожалеет о случившемся!
Но вопреки здравому смыслу я стала замечать, что стала думать о нём намного чаще, чем того хотелось, а вдобавок воспоминания о страстной ночи обжигали меня изнутри приятным томлением.
Против своей воли я всё чаще поглядывала на Ричарда. Мне бы хотелось, чтобы он хоть как-то выделял меня из всех девушек и проявлял ко мне интерес. Но он, как назло, чрезмерно увлёкся исследованиями в разломе. А, возвращаясь из него, шутил и разговаривал с кем угодно, но только не со мной. Мне было неприятно видеть, как он заигрывает с другими девушками, избегая меня.
Однажды я увидела, как он страстно целовался с Кэти в тёмном коридоре замка. Пользуясь тем, что они меня не видели, я убежала и искусала губы в кровь, представляя, что после поцелуев они могли уединиться в одной из комнат.
Почему-то захотелось ответить Ричарду тем же, и подстроить так, чтобы он тоже застал меня целующейся с другим мужчиной. Пусть не думает, что только он может целоваться тайком с девушками! Чтоб даже и не полагал, что мне больно видеть его любовные похождения! Впрочем, ему, возможно, действительно не было дела до меня и моих душевных страданий. Скорее всего, он их даже не замечал.
Но я видела, что он, будто специально, всячески показывал мне своё внимание к Кэти, и не только к ней. Случалось, что он сидел в кругу мужчин, разговаривал, пил вино, но стоило мне появиться в зале, как моментально начинал заигрывать с девушками, сажал Кэти себе на колени и целовал. При виде этого у меня сжималось сердце. Это было слишком жестоко!
Чтобы отомстить Ричарду, решила помириться с Эриком. Пусть Ричард поревнует! Да и вообще, возникшая отчуждённость между мной и Эриком больно ранила меня. Всю мою жизнь он был рядом. И не важно, что мы жили в разных городах. Мы настолько часто бывали друг у друга в гостях, что стали самыми близкими людьми. Думая об этом, корила себя за то, что хочу использовать Эрика, чтобы досадить Ричарду. Это было подло и низко, но желание свести счеты было превыше меня.
 
К тому же Эрик сам был не прочь прекратить завязавшуюся «войну». Не мог же он вечно дуться на меня! Зная его, я понимала, что это не в его характере. Но, кажется, я слишком сильно задела его, и он сперва ходил мрачнее тучи, но потом начал потихоньку общаться со мной. Вначале с презрительной надменностью, но вскоре его отношение ко мне улучшилось до холодной учтивости, а затем переросло в снисходительное прощение, и он снизошёл до нормального общения со мной.