Дневник плохого парня (ЛП)

— Какого хрена ты творишь? — восклицаю я, мой акцент становится более выраженным из-за нескрываемого раздражения, когда я пытаюсь отстраниться.
Его нос скользит по рукаву моей куртки.
— Ты пахнешь словно рай.
— Отвали от меня.
Я упираюсь ладонью в его лицо, отталкивая.
Рассмеявшись, он наконец-то встает, а затем плюхается на стул.
— Я в любви, — заявляет он, переводя взгляд с меня на Рэта и обратно и постукивая пальцами по столу.
Боже.
— Мы в курсе, — отвечаем мы с Рэтом в унисон.
Брэм мутит с сестрой Рэта уже несколько месяцев, поэтому его жизнерадостности и излишней улыбчивости есть логическое объяснение. Черт, он сохнет по этой девушке не первый год, но ему понадобилось до хрена времени, чтобы признаться себе в этом и еще больше, чтобы наконец-то сделать первый шаг. Чертов Росс Геллер (прим. пер.: персонаж сериала «Друзья»).
— И что не так? Я просто делюсь. Разве не в этом суть дружбы? Делиться? — спрашивает он, теребя воротник.
— В этом. Но делиться чем-то новым, — отмечает Рэт, а затем подзывает нашу официантку. Наконец-то.
— Джеймесон. Чистый, — говорю я, как только она подходит к нам.
— Мне Стеллу, пожалуйста, — добавляет Рэт.
Официантка смотрит на Брэма, ожидая его заказа.
— Знаете, а я бы сейчас с удовольствием выпил теплого молока, — неожиданно выдает он, потирая живот.
Какого черта он несет?
— Хватит, — вмешиваюсь я. — Он будет Мексиканский мул с текилой. Спасибо.
Она уходит, будучи слегка сбитой с толку нашей перепалкой.
— Эй, я вообще-то правда хотел теплого молока, — возмущается Брэм.
— Я не позволю пить тебе это дерьмо, пока ты тут с нами. Этого не будет. Ты взрослый мужик, так что соберись и выпей хотя бы пива.
— Успокойся. — Брэм расправляет салфетку и кладет ее на колени. — Какая собака тебя укусила?
— Никакая. — Я провожу рукой по волосам.
— Это все девушка, — заявляет Рэт, заставляя Брэма буквально подпрыгнуть на стуле.
— Девушка? — пропевает он.— Этого не может произойти с Роарком МакКулом. Он же вечный холостяк. У меня сейчас инфаркт случится.
Вы же слышали, как говорят, что месть — та еще сука? Вот и мне прилетело. Вероятно, что я показал себя не с лучшей стороны, когда Брэм начал мутить с Джулией. Да, я старался поддержать его, но все же по большей части стебался над ним и подкалывал.
Теперь я вижу, особенно по озорному блеску в его глазах, что он нащупал возможность отыграться на мне.
Но, нужно отметить, что наши ситуации даже близко не похожи. Я не влюблен в Саттон и не планирую с ней мутить. Да, она шикарна и у нее офигенные сиськи, но я не собираюсь делать никаких шагов.
Ладно-ладно... признаю, мне доставляет удовольствие подшучивать над ней и дразнить, но это абсолютно не то, что происходит между Брэмом и Джулией, и не имеет ничего общего с его переживаниями.
— Рэт сам не понимает, что несет.
— Он несколько дней держал ее мобильник в заложниках, а вчера она ночевала у него.
— Что? — Глаза Брэма чуть не вываливаются из орбит. — Продолжительное общение? Бред какой-то? Роарк МакКул никогда не поддерживает продолжительного общения с дамами.
Господи, за что?
К счастью, именно в этот момент официантка возвращается с нашими напитками, и я получаю несколько секунд, чтобы остыть, не провоцируя моих друзей на дальнейшие расспросы.
— Ты уже спал с ней? — интересуется Брэм, попивая свой напиток и хитро прищуриваясь. Нахождение в отношениях сильно изменило этого мерзавца. Когда-то он был самым популярным парнем в кампусе, а теперь же предпочитал проводить пятничные вечера в обнимку со своей девушкой. Я уже и не помню, когда он в последний раз оттягивался с нами. Это было очень давно.
— Нет, я не спал с ней.
— Нет? — не скрывая удивления, восклицает Рэт. — Вообще-то, когда ты сообщил мне, что она осталась у тебя на ночь, я был уверен, что вы трахались.
— Почему он рассказал тебе об этой девушке, а мне нет? — возмутился Брэм. — Чувак, тебе же известно, что романтик я, а у Рэта булыжник вместо сердца, поэтому дела сердечные нужно обсуждать со мной.
 
— Никакой у меня не булыжник, — огрызается Рэт.
— Ага, ты попросту зациклен на своей бывшей, — подловил его я.
Он заерзал на стуле, но ничего не ответил. Но молчание — это и есть то, чего я добивался. Теперь осталось только заставить заткнуться Брэма. Я смотрю на него, и вижу, как он важно скрестил руки на груди, демонстративно показывая, что у меня нет ничего против него. И он, сука, прав. Раньше, когда он сох по Джулии, в этом плане было легче, а сейчас мой приятель словно открытая книга для всех.
— Итак... И кто эта девушка?
Твою ж мать. Ну почему нельзя просто закончить об этом.
— Я начну с того, что она мне не интересна, поэтому, если твое сердце трепещет в предвкушении момента, когда мы переспим, то вынужден тебя обломать.
— Никогда не зарекайся, чувак, — язвит Брэм.
Ух, как же он меня бесит.
— Мы столкнулись с ней в «Папайе» у Грея как раз в тот вечер, когда я снова влез в драку. Я выронил свой телефон и выбил из рук ее. В итоге Рэт перепутал и схватил с пола не тот. Ну, и как полагается я не смог сдержать свое любопытство и полазил в ее мобильнике, который оказался без пароля, после чего вся эта чехарда и закрутилась.
Брэм толкает Рэта в бок.
— Я бы сделал точно также. Обожаю подсмотреть чужие секреты.
— И, конечно, я не стал спешить с тем, чтобы вернуть телефон владелице. — Я пожимаю плечами. — Такова уж моя природа засранца. И все было норм до тех пор, пока я не узнал, что она дочь Фостера Грина.
— Что? Серьезно? — восклицает Брэм. — Ну и как тебе совпадение?
Я разминаю рукой свою шею.
— Даже не спрашивай. В итоге, вчера она целый день до двух часов ночи таскалась за мной по городу, пока я не отвел ее к себе домой, чтобы вернуть телефон. Как понимаешь, было уже слишком поздно, на улице валил снег, и она явно боялась в одиночку добираться до Бруклина, поэтому осталась у меня в комнате для гостей. Вот и все. Сказочке конец.
— Ты забыл упомянуть, что тебе предстоит работать с ней, — вновь подал голос Рэт.
Брэм воодушевленно потирает ладони
— А это поворот! Такого я не предвидел. Дай угадаю, твои исправительные работы пройдут в компании ее отца?
Я почесываю подбородок.
— Типа того.
— Все охренительно складывается. Вы точно втюритесь друг в друга.
— Ничего подобного. Помимо того, что она дочь моего клиента, ей всего двадцать четыре.
— И что из этого? — Брэм пожимает плечами. — Восемь лет — не такая уж и разница. Джулия тоже младше меня.
— У вас разница всего два года, — отмечаю я, при этом не отрицая, что возраст не имеет особого значения. Просто я воспринимаю ее как ребенка, потому что она дочь моего клиента. К тому же, Саттон слишком наивна и взбалмошна... хоть и чертовски очаровательна... но, черт подери... Она дочь моего клиента.
— Два года, восемь лет. — Он взмахивает руками. — Однох*йственно. — Какой же он чудак. — Вот скажи, ты находишь ее привлекательной?
— Надо быть слепцом, чтобы не находить ее таковой. Но она не в моем вкусе. Слишком невинна. Она прям такая девчонка-девчонка с большими глазами и наивными взглядами на жизнь. Меня бы не покидала мысль, что лишаю ее этой самой невинности, если бы я пошел на что-то с ней.
— Значит, мысль об этом у тебя все же закрадывалась, — говорит Рэт с ухмылкой.
— Я вовсе не об этом. У меня нет такого интереса относительно ее.
— Это ты сейчас так говоришь... — задумчиво произносит Брэм, — но подожди. Очень скоро ты будешь изнывать от желания увидеть ее. Это видно по твоим глазам.
Не знаю, что, черт возьми, он там увидел, но там точно ничего нет, абсолютно.
***
Саттон: Я дала тебе целые сутки, чтобы собраться с мыслями. А теперь, будь добр, без ребячества скажи, когда мы сможем встретиться?