Бронзовая Жница (СИ)

— Смотри внимательно, сестра, — проурчал Морай. И потянул край тафтяного платья, обнажая чёрное плечо Эйры.
Мальтара осунулась и смолкла. Отодвинулась.
«Он издевается надо мной», — подумала она. — «И над ней тоже».
Шлюха мрачно молчала, но не пыталась даже шевельнуться.
— Я не хочу на это смотреть, — заявила Мальтара.
— Но ты будешь. Не отворачивайся, Мальтара. Я просто покажу. Схематически.
Он не раздевал ни себя, ни куртизанку. Он только притянул её лопатками к своей груди. И, обнимая, провёл рукой вниз по её животу.
— Сначала я делаю так, — дыша Эйре в шею, проговорил он. Его рука скользнула ей в пах.
— Я знаю, как люди совокупляются, — сухо сказала Мальтара. — Мне нужно было не это.
Морай фыркнул и поднял брови. Он положил подбородок Эйре на плечо и посмотрел на сестру иронично.
— Нет, тебе было нужно это, — ответил он. — Всё очень просто, когда я этого хочу, а не ты.
Мальтара вспыхнула. И вскочила.
— Я поняла, — сказала она. — Пойду, осмыслю узнанное. Спасибо, братец.
Хлопнула дверь, и они остались одни на её постели. Эйра была готова сгореть со стыда.
Не то чтобы она никогда не попадала в курьёзные ситуации, где, например, муж желал воспользоваться ею на глазах у своей жены. Но сейчас всё в ней категорически возражало.
«Не мне, конечно, судить», — думала она. — «Запретное, отвратительное, нечеловеческое — домены моего бога. Я должна принимать всякое, но почему мне так…»
В глаза бросались колбы и разные травы, разложенные на столе. Очевидно, местная леди была вовлечена в тёмные дела маргота и орудовала разными отварами и зельями. Эйра совсем не разбиралась в траволечении — лишь на уровне тех, кто хоть как-то отличал календулу от астры — но она увидела там пучки дымянки с вытянутыми бело-багровыми бутонами и рыжие звёздочки очного цвета. Такие наборы продавались на ярмарках всегда как «целебное средство для женщин, желающих понести».
Немудрено, что у Эйры было чувство, что она попала клином в некую во всех смыслах семейную драму.
И тут она дрогнула: Морай сжал её плечо, а затем усмехнулся. И похлопал её по спине. Она села рядом, недоумевая.
— Думаешь, она от меня после этого отстанет? — риторически спросил маргот.
«Судя по травам, вряд ли».
— Насчёт этого не знаю, — осторожно произнесла Эйра и подняла лямку обратно к себе на плечо. — Но обиделась она достаточно.
Морай лишь фыркнул в ответ. Сестра явно была для него лишь забавой. Собакой на привязи, которую он мог приголубить, а мог и ударить.
Но не Эйре было рассуждать об этом. Она опустила взгляд на пол; и тут Морай поднялся на ноги.
— Пошли, — велел он.
И Эйра, не задавая вопросов, послушно отправилась вслед за ним. Маргот вёл её в свою анфиладу, однако девушка подметила, что он необычайно часто улыбается.
В лордской гостиной они оказались не одни. У окна стоял златокудрый рыцарь. Он безмятежно наблюдал, как псари дрессируют свору гьеналов, и элегантно потягивал вино из кубка. На лязг двери он обернулся. И Эйра увидела его горделивое, немного курносое лицо с большими карими глазами.
Хотя он был уже старше и плечистее, она узнала его сразу. И с удивлением подняла брови. Он тоже расплылся в широкой белозубой улыбке:
— О-о, Чёрная Эйра! — молвил он и протянул кубок и ей тоже. — Что-то ты была у нас… всего раз, верно? Но тебя не забудешь!
«Ту ночку с ними двумя не изгонишь из памяти!» — подумала Эйра и тут же с удовольствием отпила немного вина. — «Сэр Лионай возмужал с тех пор».
— Рада вас видеть, сэр, — сказала она и даже присела в реверансе.
Морай запер за ними дверь. Затем подошёл, подтолкнул Эйру в спину и проурчал у неё над ухом:
— Скажи, он уже не тот застенчивый юноша?
— Сэр Лионай изменился за годы боёв, — признала Эйра с усмешкой.
— А она всё такая же, — не без удивления заметил Лионай и приблизился к ним. Тяжёлый рыцарский плащ шуршал по полу. — Ни единой новой морщины. Словно отлитая из бронзы статуя. Сколько тебе лет, Жница?
Эйра приоткрыла рот, ища слова, чтобы увернуться от столь неделикатного вопроса — ведь она могла подставить этим Грацию — но Морай вдруг шагнул ей прямо в спину. Он грудью толкнул её на Лионая. Эйра едва не пролила вино на дублет рыцаря. Лионай подхватил её, а Морай уже прижал её сзади, стиснув её меж ними двумя.
 
Одна рука маргота обвила её за грудь, а второй он схватил разыгравшегося Лионая за плечо и притянул их всех ближе к себе.
— Я застал Эйру в постели с Мальтарой, хотя только пару дней как взял её к себе фавориткой, — жарко выдохнул Морай над чёрным ухом куртизанки. Та изогнулась, довольно ухмыляясь, и почувствовала, что маргот уже весь изнемогает, поскольку он прижимался к ней самым чувствительным образом.
— Надо же, — усмехнулся Лионай и, тоже обняв Эйру за плечи, провёл пальцем у неё под подбородком. — Такая роскошная женщина — и предпочитает общество слабого пола?
Меж их горячих тел в Эйре взыграл восторг. С воссоединением Лионая и Морая она словно вернулась в то беззаботное время, что было у неё тогда, четыре года назад. Ей ещё не приходилось думать о том, как жрице не стать окончательно шлюхой, если она слишком вовлечётся в своё плотское ремесло. Тогда она не пыталась сменить призвание и не слишком корила себя, если ей понравилась ночь с мужчиной.
Она ощутила себя словно обновлённой, позабывшей тревоги прошедших лет. Значение имел лишь короткий миг меж вдохом одного любовника и выдохом второго. Она покачала увенчанной косами головой. И перехватила руку Лионая, которую поднесла к лицу и прижала к своим губам.
— Если вы будете тянуть вместо того, чтобы взять меня, я и вам покажу, кто здесь слабый пол, — прошептала она игриво.
Это возымело мгновенное действие. Оба вскинулись и двинулись вперёд, сжав её между собой ещё крепче. В воздухе стало жарче от их воспламенившихся взглядов. Спутались пальцы, что друг на друге расстёгивали застёжки. Резкая рука Морая дёрнула за лямку эйриного платья; и она перехватила её, чтобы раздеться аккуратнее и поберечь свой рабочий наряд. Тогда руки двух мужчин встретились, прямо через неё одёргивая друг другу ремни и фибулы плащей.
Комната зазвенела расстёгнутыми пряжками и откинутыми сапогами. Эйра тоже обнажилась; она стянула с себя платье только до пояса, но Лионай уже, завороженный её видом, прильнул к её обнажённой груди губами. Она сладострастно ахнула и прижала к себе его голову; а Морай придвинулся сзади, прикусив кожу у неё под ухом.
Их шершавые руки заскользили по шоколадного цвета коже. Каждый поцелуй всё сильнее распалял Эйру. Для них она была не шлюхой; они стремились ублажить её, словно она была диковинной чёрной богиней, и от этого её сердце плясало восторгом.
«Были ли у меня воспоминания лучше, чем с этими двумя?»
Пылко выдохнув, Эйра перестала держать в себе свою страсть. Она приникла к шее Лионая, одновременно успев провести оголённой лодыжкой по ногам Морая. Маргот обогнул их — и сел на диван. Он блаженно вытянул свои вечно ноющие ноги.
— Я не успел сказать тебе, но ты хромаешь, как подбитая кабарга, — усмехнулся ему Лионай. Рыцарь получил свою порцию нежностей от Эйры — и та склонилась к Мораю, чтобы покрыть поцелуями и его плечи.
— А ты петушишься, как… — Морай хотел сказать что-нибудь колкое, но Эйра прервала его. Она склонилась к самому его паху. И поцелуи сменились оральными ласками. Поэтому маргот сумел выжать лишь:
— …ну, как петух.
После чего охнул и запрокинул затылок на диван. Его пальцы разобрали густые Эйрины волосы. Девушка наслаждалась его прерывистым дыханием. Она ловила всякий момент, когда он вздрагивал особенно чувствительно, и её язык умело щекотал его распалённую плоть.
Что-что, а это она умела.
Но Лионай вдруг налёг на неё сзади и вошёл. Он был бесцеремонен, но ретив, и от толчков его бёдер Эйра сбилась с собственного ритма.
Ей стало слишком хорошо. В груди разлилось тепло, ей хотелось лишь фыркать и стонать в сильных руках рыцаря; и Морай будто угадал её желания. Он взял её голову двумя ладонями и поднял на уровень своего лица.