Сладкая добыча (СИ)

Лоренс еще долго всхлипывал и метался под одеялом, оплакивая свое детство, собственные мечты, надежды любящих и заботливых родителей. Как там они? Сколько времени прошло, с того момента, как он пропал? Страшно было об этом даже думать...
Наконец, слезы иссякли, и Лоренс стал воспринимать звуки того, что творилось вокруг. И он услышал голоса со двора. Один из них принадлежал треклятому оборотню, а второй – совсем незнакомый, походил на голос омеги. Значит, здесь оказался другой, посторонний, человек? Лоренс опять приподнялся, внимательно прислушиваясь.
Внезапно входная дверь хлопнула, и в дом вошли, судя по шагам, двое. Лоренс тут же еще глубже замотался в тряпки и притих, едва сдерживая глубокое, взволнованное дыхание.
- Какого черта, Ани! – возмущенно говорил Зиг. – Что ты лезешь в мою жизнь? Тебя никто не просил приходить сюда! Катись от греха назад, в свой дом, к своему волку!
- Да совсем у тебя стыда нет, – мгновенно завелся орать тот, кого называли Ани. – Я двое суток, без сна, мчался к вам! Ты хоть понимаешь, тупой шакал, с кем собрался иметь дело, и кто твой омега? Он умрет у тебя, если ты не создашь ему нужные условия. Любому приличному омеге необходимы белье, парфюм, средства по уходу за волосами и телом, а также, хорошее питание! Или ты решил сделать из него дырку для траха и загубить, как и всех остальных? Я этого больше не допущу. И посмей только меня тронуть, придет мой волк и уши тебе отгрызет. Будешь знать, как щелкать на меня своей слюнявой, мерзкой пастью. Вот. Смотри. Эти все продукты – исключительно для Лоренса. Посмей мне съесть хоть одну конфетку или печенье. Это – лимоны для него. А это – баночки с витаминами. Здесь, в пакетике – белье, пижамка, гольфы, трусики. Это – полотенца и шампунь. Убери свои грязные руки, сраный пес. Вот тут – тесемки для волос и бижутерия. Если ты угробишь и этого омегу, то я разведусь с Артуром и заявлю в полицию на всю вашу блохастую банду. Вас захватит спецназ, и дни свои ты закончишь в одной клетке с подопытными крысами. Так и знай!
- Хватит орать, – примирительно ныл Зигфрид, недовольно фыркая. – Вот, посмотри.
Он слегка наклонился и отодвинул с плеча телогрейку из волчьих шкур, демонстрируя не в меру разбушевавшемуся омеге живописный синяк от укуса.
Ани примолк, с интересом разглядывая демонстрируемый ему след, приподнявшись на цыпочки, а потом восхищенно охнул и, всплеснув руками, присел на табурет.
- Вот это да! Ты, позорный волчара, хочешь сказать, что он тебя пометил?
- Да! – отозвался Зиг, горделиво расправив плечи. – Вцепился в меня, словно вампир. Я еле его отодрал от себя, уж подумал, что он кусок мяса из меня выгрызет...
- Я в ауте, – потрясенно простонал Ани. – Ничего себе! Я с моим волком живу уже почти пятнадцать лет... Он метит меня каждый год, но у меня еще ни разу не возникло желания ощутить его вкус. Так вот, как все у вас! Видать, по любви...
- Я сам в полном шоке, – дрожащим, от внезапно нахлынувших чувств голосом, произнес Зигфрид. – Он, получается, мой истинный омега! Я для него теперь готов на все!
Тем временем, “истинный омежка”, услышав про укус-метку, в очередной раз, вздрагивая, зашелся в безутешных рыданиях.
Его услышали и разговор прекратился. Ани приблизился к кровати и попытался стянуть с несчастного Лоренса часть тряпок, в которые тот усердно завернулся, укрываясь от посторонних глаз.
- Как ты, детка? – заботливо спросил он. – Живой? Меня зовут Ани, и я – супруг брата этого кровожадного негодяя. Вот, прибежал, чтобы тебе помочь и поддержать. Давай же, Лоренс, садись.
Тот сел, растерянно оглядываясь вокруг, будто оказался здесь впервые. Потом он сфокусировал свой взгляд на незнакомом омеге, значительно старше его самого по возрасту, и озадаченно спросил:
- Откуда вы меня знаете?
Лоренс был весь пунцовый, словно свекла, поминуя о своих распухших от неистовых поцелуев оборотня, губах, а тело свое, он и вовсе стеснялся кому-либо показать, ведь оно было все в свежих синяках...
- Весь мир знает тебя, – заверил Ани, присаживаясь на край кровати, и ласково поглаживая Лоренса по пальцам руки, – ведь ты пропал без вести, и по всем каналам теперь показывают твою фотографию.
 
Лоренс быстро переварил в голове эту информацию, а потом взмолился, вцепившись взрослому и по виду адекватному омеге, в руку:
- Я вас умоляю, спасите меня! Помогите вернуться домой! Мои родители заплатят большой выкуп!
Ани тяжко вздохнул и, нахмурившись, взглянул своими светлыми глазами в сторону Зигфрида.
- Что стоишь? Баня готова? Заверни мальчика в одеяло и неси туда. И я тоже с удовольствием помоюсь...
Зигфрид подорвался, подхватил Лоренса под спину и коленки, и они прошествовали в жарко натопленную баню.
Ани тут же выгнал волка прочь, замочил Лоренса в огромный ушат, обильно поливая горячей водой его тело.
- Какие роскошные волосы! – восторженно причитал он. – Всю жизнь мечтал о таких. Ухаживай за ними и меньше плачь. От слез образуются синяки под глазами, портится кожа лица и тускнеет взгляд. Думай о своей красоте!
Лоренс, откинувшись, с наслаждением доверился чужим, заботливым рукам. У него не было ни малейших сил шевелиться или думать. Таким нереальным блаженством было сидеть изболевшейся попой в горячей воде и ощущать ласковые прикосновения...
Потом он все же собрался с силами, приоткрыл глаза и завел прежнюю волынку.
- Ани, помогите мне. Пожалуйста. Нужно сообщить моим родителям, что я жив и здоров, чтобы они не убивались и не хоронили меня раньше времени!
- Так я за этим и пришел! – горячо воскликнул омега. – Напишешь записку, а я передам, брошу им в почтовый ящик. Все будет хорошо, котенок мой!
- Помогите мне сбежать, – горячо взмолился Лоренс, чувствуя поддержку взрослого омеги. – Этот зверь убил моего альфу на моих глазах, похитил и изнасиловал меня самого! Заклинаю вас, ведь вы же можете, верните меня домой!
- Легко говорить, – печально покачал головой Ани. – Видишь ли, дорогой, все волчата рано или поздно покидают свою нору и разбегаются прочь. Так происходит и с нами. Где гарантия, что ты был бы счастлив с тем альфой, которого тебе выбрали бы родители? Вдруг он оказался бы жадным, жестоким и вонючим? Другое дело – наш Зигфрид. Он, хоть и оборотень, но не так уж и плох. Молодой, сильный, умеет выживать, и готов о тебе заботиться. Будет вылизывать тебя с головы и до пальчиков ног, не сомневайся! И ты, извини, сам пометил его... Это много значит.
- Да я не метил! – готовый вновь зарыдать, воспротивился Лоренс. – Просто тоже укусил его, когда тот сделал мне больно!
- Так это и называется – метка, – печально усмехнулся Ани. – Был бы он тебе противен, ты бы не прикоснулся к нему даже губами, а так – впился зубами под самую кожу. Это любовь, страсть. Я даже ... вам завидую... в некоторой степени...
Он помог выбраться Лоренсу из ушата, заботливо обтер тело омежки, покрытое синяками, мягким полотенцем и смазал косметическим маслом.
- Ну, вот, – ласково приговаривал он, – теперь ты будешь опять красавчик. – Не паникуй. Хватай за хвост свою удачу. Зигфрида вполне можно приручить. Главное – не давай ему воли. Настаивай на своем, говори ему открытым текстом о своих потребностях, пусть чешется. Ну, и секс. В этом нельзя отказывать. Пусть волк к тебе присохнет. Ласкай его. Чеши за ушком. Он, глядишь, и влюбится!
Лоренс, слушая все это, в ужасе понял, что попал в водоворот, что захватил его без надежды на спасение. Никто не собирался возвращать его домой. Он судорожно вцепился в Ани. Юношу терзал один единственный вопрос.
- Ани. Дети. Скажи, какие они? Что теперь мне ждать?
- Вы, как я понял по запаху, заваривали и пили облом-хрен-траву? Значит, никаких детей не будет. Не забивай свою прекрасную голову подобными мелочами. Считай, что на этот раз крупно повезло. Когда теперь у тебя следующая течка?
- Наверно, летом, – беспомощно вымучил из себя Лоренс.
- Я прибегу весной вас проведать, – клятвенно пообещал Ани. – Привезу тебе все необходимое. Не бойся, я тебя не оставлю, ведь ты мой родственник, истинный омега альфы, который брат моему родному супругу. Ваши дети, если они появятся, будут моими племянниками. Я всему тебя научу, рожать, выкармливать, воспитывать. А теперь, мне надо домой. Альфята мои из последнего выводка совсем еще маленькие, и справляться с ними не просто.