Его сладкая (по)беда (СИ)

Блин. Не расколется.
Я перебираю в голове пару кандидатур, но что толку, если Генералов не собирается ни подтверждать, ни опровергать мои гипотезы?
Ну так-то он был высокий, спортивный. В четырнадцать выглядел взрослее.
И всё равно, я в афиге. Выходит, Артём опытнее меня почти на десять лет… Интересно, стаж в сексе на что-то влияет?
– А помнишь, как ты запустила петарды в кабинете химии? – вдруг спрашивает Генералов.
– Ой, – морщусь я, допивая фужер, – не напоминай.
Мне тогда знатно прилетело.
– Кстати, это не я тебя сдал, – удивляет меня Артём, хотя я реально на него думала.
Ну ладно. Маленький плюс ему за это в карму. И за то, что фужер без напоминания наполняет.
Что?
Я профукала, как мне налили снова! Доверху!
– Ой, да ладно тебе… – смеётся Генералов.
Так и быть. Но я твёрдо решаю, что это последний.
Разговор как-то сам собой перетекает на воспоминания о наших школьных буднях.
Артём балагурит, рассказывает всякое смешное, я грызу сочный персик, брызгаясь соком, и в какой-то момент обнаруживаю, что рука Генералова ненавязчиво поглаживает внутреннюю сторону моего бедра. Пока рядом с коленом, но это явно пока.
И тут до меня доходит, почему именно он был главным крашем девчонок нашей школы и не только.
Мужик, умеющий рассмешить, имеет намного больше шансов завалить барышню.
Вот ты беззаботно хохочешь над его шутками, а тут оп, и трусы падают.
А на мне их даже нет.
Чёрт!
Под моим взглядом рука ни фига не замирает.
Это меня словно нажимают на паузу.
Смех застревает в горле, тело заполняют волнующие пузырьки, а в животе поселяется однозначный холодок.
– Зой! – привлекает моё внимание Генералов, осознавший, что его поймали с поличным.
Я перевожу немного растерянный взгляд на него. Глаза Артёма таинственно мерцают в полумраке. Уже начинаются сумерки, мы явно заболтались.
И вообще…
Генералов отбирает у меня недогрызенный персик и, перегнувшись ко мне, целует.
Вот так просто.
Не агрессивно, иначе бы я уже отпихнула его, а мягко, но настойчиво.
Поцелуй со вкусом персика.
Я не собираюсь отвечать на него. Ни в коем случае.
Ведь я же решила, что обломаю все поползновения.
Но когда в дело включаются мужские руки, забирающиеся под халат, инстинкты берут своё.
Голова немного кружится от поцелуев, ставших такими жадными и горячими, от бесстыдных ласк пальцев, нагло хозяйничающих под халатом и уже задирающих майку. Поясок развязан, и Артём придавливает меня своим телом, каким-то образом успев перебраться со своего кресла ко мне.
Я плавлюсь, как воск, в умелых руках.
И могло бы случиться недопустимое, но меня отрезвляет мой пискнувший мобильник, валяющийся рядом с креслом.
До меня доходит, к чему всё идёт. Да что там идёт! Несётся сверхскоростным!
Матерь Божья! Это что такое? Я же чувствую генеральский «штык»!
Ещё немного, и Артём узнает, что я без трусов!
Я с трудом отпихиваю тяжёлое тело, нежелающее уступать отвоёванные позиции, и, выигрывая пару секунд, чтобы совладать с лицом, хватаю телефон, на экране которого всплывает сообщение от Левиной: «Блин, Гера только приехал, ни фига не видно. Или ты уже дома?».
О мой бог!
А если б ей ещё и видно было?
Какой кошмар.
– Зой?
– Ну всё, – хмурюсь я, стряхивая лапищи с непозволительных для посягания мест. – Мне пора.
– В чём дело, Зой? – пристальный взгляд Генералова впивается мне в лицо.
В чём дело, в чём дело…
Я поднимаюсь и, запахнувшись поплотнее, двигаю к лестнице.
– Посмеялись и хватит, – бурчу я, старательно давя в себе разочарование, что человек, с которым я впервые за много месяцев захотела переспать, – Генералов.
А это ставит жирный крест на всех желаниях.
Догнавший меня на втором этаже Артём, хватает за плечо и разворачивает к себе.
– Беда, какая муха тебя укусила?
Раздражение ситуацией растёт.
– Слушай, давай не будем всё портить, – склочно говорю я. – У нас тут не романтическая комедия из американских фильмов. Мы с тобой не Ромео с Джульеттой. Мы – Том и Джерри. И не надо в детский мультик добавлять ненужное…
 
– Ясно, – высекает Генералов, складывая руки на груди. И звучит это так, будто он всё-всё про меня понял. И это тоже бесит.
Я запираюсь в ванной и переодеваюсь.
Трусишки почти сухие, а вот лифчик приходится убрать в сумочку. Платье уже не такое сырое, но всё ещё противно влажное, и надевать его неприятно, что не добавляет мне хорошего настроения.
Это всё Артём виноват.
Испортил вечер.
«Вдова», персики, разговоры…
Я не из этих. Сказала: «Не дам!», значит, не дам.
А Генералов ждёт меня внизу, где осталось моё барахло для груминга, и совершенно не собирается меня уговаривать как положено!
И я злюсь ещё сильнее. Демонстративно запихиваю всё в баул. Подсохшая Бетти путается под ногами, осложняя и затягивая процесс сборов. Бросив гневный взгляд на Артёма, я с сумками иду за босоножками, и никаких уговоров. Никаких предложений остаться.
Козёл!
Когда я начинаю звенеть ключами от машины, он, наконец, открывает рот:
– Беда, ты выпила. Куда ты поедешь? Ты идиотка?
– Выветрилось, до круглосуточной шиномонтажки у завода доеду.
– У тебя ещё и с машиной нелады, – морщится Генералов, и в глазах его я читаю, всё, что он обо мне думает. И я уже думаю, что сейчас-то меня и начнут убеждать остаться, но Артём, как был свиньёй, так и остался: – Отдай ключи, я тебе такси вызову.
– И что я буду без машины делать? – зверею я.
– В понедельник к ветклинике пригонят. Посмотрим твой тарантас.
– Не надо мне одолжений!
– Ты чего какая трудная? – закатывает он глаза, и собака поддерживает его заливистым лаем. – Ты в аварию хочешь? Ночью на трассе с поломкой и датая. Давай ключи!
Видя, что я сомневаюсь, он отбирает у меня брелок.
К моменту, когда приезжает такси, я вся киплю. И себе не могу объяснить, чего я завелась. А я завелась. Да так, что не влезай – убьёт. В машину я сажусь надутая и не прощаюсь, ещё и дверцей хлопаю смачно.
Я невидящим взглядом провожаю в окне тёмные силуэты деревьев.
Придурок.
Мог бы и уговорить. С другой стороны – я бы не осталась. Моё слово – закон. Нет, значит, нет. И вообще. Ой всё!
Телефон звонит, уже на середине пути к дому. Я выхватываю мобильник, но это не скотский Генералов, а Медведева.
– Алло, чего как? Как обстановочка? Мы тут извелись…
Извелись они. Я по голосу её могу определить, сколько они выпили.
– Домой еду.
– Уже? – разочарованно тянет она. – И что? Ничего не было?
Я решаю похвастаться:
– Он приставал, но я устояла.
Я думала, меня похвалят, но хрен там.
– Ну и дура, – выносится мне вердикт хором. Чёртова громкая связь!
– Я знаю! – психую я.
– Мы тебя осуждаем, – продолжает капать мне на нервы Алка.
Сбрасываю бесячьих девок. Я и так сама недовольна, будут они мне ещё высказывать.
Краем глаза в окне выхватываю огни заправки.
Стоп!
Мы же должны были уже её проехать! И направление не то! Заправка должна быть по другую сторону!
– Извините, – обращаюсь я к водителю, – А мы куда едем? Мне в город…
– Маршрут перестроен, – равнодушно сообщает он.
– Но мне надо в город! – повторяю я.
– Я могу вас высадить здесь или довезти до конечного пункта, – так же пофигистически «радует» меня водила.
– А конечный пункт какой?
– Дубовый умёт.
Вот мерзавец!
Через десять минут мы опять подкатываем к знакомым воротам, возле которых сложа руки на груди стоит Генералов.
Сверлю его взглядом через окно и не выхожу. Вот ещё!
Артём не выдерживает и открывает дверь сам.
– Это что за фокусы? – спрашиваю я.
Он протягивает мне раскрытую ладонь.
– Проветрилась? Поставила себе галочку за стойкость? Молодец! А теперь выходи!