Как приручить дракона 2 (СИ)
— У нас? — на голубом глазу уточнил я.
По косвенным признакам я давно уже понял, что гости из других миров — или, если хотите, попаданцы — тут имелись, и даже в товарных количествах. То есть, не один я и не ещё парочка залетных типов, а десятки, если не сотни. И, как минимум, некоторые из них прибыли с моей родной Земли и плюс-минус из моей эпохи. Тиль Бернес этот, да и атаман Бабай поселили в моей душе вполне обоснованные подозрения по этому поводу. И те, кому положено, об этом знали и не особенно переживали. Видимо — держали вопрос на контроле. Но широкой публике сей факт известен не был, как я подозревал — все полезные попаданцы давно работали на Государя и Государство Российское — или напрямую, на зарплате, или косвенно — вот как Бернес, который патриотические песни периодически исполнял в нужных местах в нужное время. Тоже, если задуматься — не мало.
— В Хтони. В Хтони она оказалась, — покосившись на меня, проговорил Рикович. — А потом давай по ним, по Хтоням этим, скакать и бардак кругом наводить… Ты взгляни, почитай. У неё сдвиг по фазе, точно!
Меня-то в попаданчестве они не подозревали, точно. Я — это я. Георгий Серафимович Пепеляев, что там, что тут. В Поисковом служил, в школе работаю. В Вышемире живу. Как такого заподозришь? Странности, мол, у меня? Ну, так контуженый! А ещё — нулевка, и дракона завалил. Такое кому хочешь крышку с места сдвинет.
А политику партии Государю объяснять я не собираюсь, подвиги совершать — тоже, прогрессорствовать — и подавно. К политике я равнодушен, я всё-таки сторонник скорее Гоббса, чем Локка, и склонен считать любую государственную машину необходимым злом, одинаково чудовищным в любой форме. Что ты там и кому объяснишь? Сожрут и выплюнут! Подвиги — это дерьмо собачье, я вон бандитов спалил — и до сих пор переживаю, вдруг среди них кто-то случайный был? А что касается прогрессорства — так промежуточный патрон и командирская башенка тут — пройденный этап, да и вообще — не технарь я, от слова совсем. Моё прогрессорство — это педагогика и психология, слова и мысли, запихнутые в вихрастые головы дикарей из шестого или восьмого класса… И что в том мире, что в этом — ничего кардинальным образом тут не поменялось.
Читать с планшета или любого другого гаджета внутри движущегося по трассе авто мне никогда не нравилось — тошнило. Да и ликерные конфеты свое влияние на организм оказывали. Так что я решил в тексты не лезть пока что, а сразу включил видео, и с первых кадров не удержался:
— Однако!
Рикович только вздохнул так, как он умеет.
На видео огромная шерстяная баба со всеми соответствующими женскому полу вторичными половыми признаками немалых размеров и с хвостом, торчащим из соответствующего места, тащила на плечах связку мужиков. Мужики были явно из служивых: в форме, обвесе, брониках. И четверых эта помесь Кинг-Конга, Гарри Снежного Человека и Чубакки вполне активно перла в лесную чащу. Она то ли приплясывала, то ли — подпрыгивала и вообще — вела себя довольно развязно.
— Ты звук включи, — посоветовал сыскарь.
Я включил.
— Дождь из мужчин!
Аллилуйя!
Это мужской дождь!
Хэй-хэй! - вполне себе приятным голосом голосила Мартышка.
На фоне матерился оператор и сильно переживал за мужиков.
Ростом эта, правильнее всего будет сказать, чувиха, достигала метров трех, и, в общем и целом, обладала неким диким обаянием. Рожа, например, у неё была вполне человеческая, даже в некоторой степени привлекательная. Если вас привлекают неандертальцы. Меня не привлекали. Мне изящные женщины всегда нравились.
— Так, — потёр лоб я. — И что я должен сделать?
— Вытащить пацанов. Узнай, чего она хочет, зачем они ей… Если требования будут разумными — постараемся пойти навстречу. Если нет — другой вопрос.
— Насколько я понимаю — видосов тут больше, чем один и текста полно…
— У неё там человек двадцать. Ворует чисто служивых. Но, если верить птичкам… Беспилотникам! То они все живы. Ну, там как: во-первых — Хтонь, и техника сбоит. Во-вторых, она их камнями сбивает. Поэтому точно уверенным быть нельзя.
От этого всего у меня ум начал заходить за разум. Количество странностей зашкаливало! Мартышка, похожая на вуки из анимешек для старых извращенцев, похищенные служивые, копье вот это вот в виде трости…
— Ну, Пепеляев, ты же учитель! В женском коллективе работаешь, у тебя там припизж… Ненормальных теток — более, чем достаточно! Неужели с этой не договоришься? Не, если что — мы тебя вытащим! Но тогда все будет по-плохому, и, наверное, пацаны не выживут, и Петриков, и Житковичи придётся эвакуировать…
— Так… Ты мне на жалость не дави, Иван Иванович. Я и так с тобой еду, значит, с этой образиной побеседовать попытаюсь. Раз все настолько печально — буду усиленно сейчас материал штудировать, — я потряс планшетом. — А тебе вот что скажу: однако, премией не отделаешься. Мне нужен расклад по Вышемиру. Кто, как, почему и насколько давно пытается поиметь мой город.
— Ять! — Рикович дал по тормозам. — Ты сейчас серьезно⁈
Машина с визгом прошла тормозной путь и резко остановилась у обочины. Я едва не треснулся лицом о приборную панель, но ремень безопасности больно впился мне в ребра и ключицу и спас меня — как положено. Планшет я тоже удержал, а потом, после полной остановки транспортного средства, сунул его в отделение на двери, повернулся к сыскарю и проговорил:
— Серьёзней некуда. Я уже накушался этого дерьма, хватит. Уходил я на войну из аккуратного мирного полесского местечка, а вернулся с Балкан в бесовы Балканы! На растерзание подонкам, которые толкают наркоту детям, я Вышемир не отдам, и думай, что хочешь…
— Ять! — он повернулся ко мне. — Так это всё-таки ты спалил тех ублюдков? И других, которые в лесу сдохли от токсикации — тоже ты?
— Так они всё-таки сдохли? — с каменным лицом поинтересовался я.
— У-у-у-у, Пепеляев, ты зверь вообще! — он как-то восхищенно меня осмотрел, по-новому. — Не маг, не урук, не киборг, не оборотень… Провинциальная училка с сердцем берсерка! Вот самое страшное чудовище полесской глубинки!
— Сейчас по шее получишь, и не посмотрю, что представитель власти! — погрозил ему пальцем я. — Может, даже — лопаткой! Не сметь склонять честное-благородное имя отечественных педагогов!
Внезапно Рикович повеселел. Он снова запустил мотор электрокара, вырулил на дорогу и дальше ехал улыбаясь:
— Знаешь, Серафимыч, это ведь вполне укладывается в официальную доктрину «вызов-ответ». Ты ведь стопроцентно земский цивильный, по крайней мере — официально. Ты родился в земщине, вырос в Вышемире. И твои действия вполне можно расценить именно как ответ, соответственно, на вызов, м-да… Интересно, как ИскИн это оценит? Формально ведь все очень даже в рамках! Даже тот факт, что у тебя хватает влияния надавить на меня! Как говорит мой друг и большой засранец Бабай Сархан — это будет большая пушдуг бууб для зажравшихся магнатов!
— Уговор? — уточнил я.
— Уговор. Ты вытаскиваешь наших, я даю тебе полный расклад. На данный момент — это вполне приемлемо. А там — гори оно все гаром!
— О-О-О-О ДА! ОГНИЩЕ!!! — обрадовался дракон. — МЫ ИСПЕПЕЛИМ ИХ ВСЕХ! НО СНАЧАЛА ПОИМЕЕМ ЭТУ МАРТЫШКУ!
Тут он запнулся, видимо, поняв, что сказанул что-то не то, и пояснил совсем другим тоном, каким-то чуть более осторожным:
— ОБРАЗНО ВЫРАЖАЯСЬ, КОНЕЧНО. БЕЗ ФИЗИОЛОГИИ. Я В ПЛАНЕ ПРЕВОЗМОГАНИЯ И ОДЕРЖАНИЯ БЕЗОГОВОРОЧНОЙ ПОБЕДЫ…
— Разумеется,- кивнул я. — Само собой.
А потом спохватился: прозвучало это слегка невпопад, но Рикович ничего не заметил. Он был весел и постоянно улыбался: как будто только что разыграл шикарную партию в шахматы. Или — слил кому-то чужие карты в покере.
Да и бес с ним.
* * *13. Триполярка
Я выбрался из машины уже вполне оконфеченный. Набрался ликера всерьез, настроение было вполне веселое. Навеселе даже, можно сказать. Шутка ли — сожрал грамм триста или четыреста ликерных бутылочек?