Венец лжи (ЛП)

Грэг.
Я пригладила волосы и вышла вперед.
Мистер Эверетт последовал за мной, скрестив руки на груди, как молчаливый защитник и агрессор одновременно.
Грег сердито на него зыркнул.
— Кто Вы, черт возьми, такой?
Мистер Эверетт посмотрел на меня со злобной ухмылкой. Эта ухмылка отражала каждую произнесенную им фразу. Каждый приказ и утверждение. Он хотел меня. Я хотела его. Я ему не нравилась. Он мне не нравился.
Ненависть превратилась в безумие.
Идеальное лекарство от страха.
Губы Эверетта дрогнули; его голос пьянил меня больше, чем шампанское:
— Кто я, Элль?
Кровь у меня внутри кипела, не в состоянии унять то, что он начал. Мозг замкнуло накоротко, поскольку в нем просто не укладывалось то, что я этого мужчину ненавидела и в то же время хотела. Если мистер Эверетт мог вывести меня из равновесия одним поцелуем, то что же он сотворит со мной в постели?
Из-за него я стала не только поверхностной, но и эгоистичной.
«Но переспать я с ним не могу».
Или могу?
Он мне не нравился. Я ему не доверяла. И уж точно не верила, что когда-нибудь смогу его полюбить.
Ну и что?
Ты достаточно взрослая, чтобы заниматься сексом без обязательств.
Но все же сердце у него быть должно. У него есть сын.
У него… Есть… Сын.
У него может быть жена, любовница и миллион других тайн, которые я и не надеялась разгадать. Плотская ненасытность не властна над такими законами.
Сжав руки, я согнала с себя угар страсти, которой он меня опутал.
Не имело никакого значения чего я хочу, желаю и жажду. Этому не бывать…если он с другой.
Но, возможно, у него никого нет.
«Хочешь сказать, что, если он не женат, ты наплюешь на все остальное и пустишься с ним во все тяжкие?»
Мое сердце заколотилось, как бешенное.
Поскольку я продолжала молчать, мистер Эверетт меня подтолкнул:
— Ответь своему приятелю. Скажи ему, кто я для тебя, — он прищурился. — Мы будем играть или мне уйти?
Такой невинный вопрос, переполненный маревом секса и неудовлетворенных желаний.
Я провела пальцами по платью, разглаживая ткань, ища убежища и ответов.
— Что, черт возьми, происходит, Элль? — шагнул ко мне Грег.
Я не могла поверить, что от шампанского решила, будто могу его терпеть. После поцелуя с мистером Эвереттом, мне показалась ужасающей сама мысль проделать то же самое с Грегом. Это было бы все равно, что увидеть самый захватывающий в мире закат, а потом узнать, что всю оставшуюся жизнь мне придется провести во мгле.
— Одну секунду, Грег, — я подняла руку, проверяя зыбкие границы своей сдержанности. — Ответьте на один вопрос, мистер Эверетт. Тогда отвечу и я.
— Идёт, — на его красивом лице блеснула хитрая усмешка. — Но уверяю тебя, если твой ответ «да», это последний раз, когда ты назвала меня мистером Эвереттом.
— А?
Он торжествующе взглянул на Грега и, наклонившись, прошептал мне на ухо:
— Ты будешь выкрикивать мое имя, когда я проникну в тебя языком. Будешь со стоном шептать мое имя, когда я заставлю тебя кончать снова и снова.
Я оступилась.
Мистер Эверетт схватил меня за локоть, и в его дыхании послышался тихий смешок.
— Это имя Пенн. Привыкай к нему, если, конечно, твой ответ будет таким, как я надеюсь.
— Элль, тебе плохо? — Грег вышел вперед, прожигая взглядом мистера Эверетта…то есть Пенна.
Я отмахнулась от него, чувствуя возбуждение, тошноту и полное нежелание, чтобы меня опекал другой мужчина после того, как мой разум заполнили образы наготы и грязного секса.
— Да, я в порядке.
Не обратив внимания на Грега, я повернулась к Пенну и спросила:
— Мой вопрос, живешь ли ты с матерью своего ребенка?
Пенн не ответил.
— Что? — у Грега округлись глаза. — Ты не только изменяешь мне в коридоре ночного клуба с этим подонком, но он к тому же еще и женат?
Грег всплеснул руками.
— Черт возьми, Элль, я был о тебе лучшего мнения. Твой отец о тебе лучшего мнения. Мой отец о тебе лучшего мнения.
Я сердито хмыкнула. Меня бесило мелькнувшее в его голосе отвращение, хотя я не сделала ничего плохого. По крайней мере, пока. Если так ко мне будут относиться все, кто меня знает, то я не хочу иметь ничего общего с тем извращенным удовольствием, которое предлагал Пенн.
 
Но Пенн будто прочитал мои мысли.
Он притянул меня к себе и снова зашептал мне в ухо, пока я неотрывно смотрела на Грега:
— Я отвечу на твой вопрос, но также отвечу и на то, о чем ты только что подумала. Во-первых, я не женат и никогда не был. Я так же свободен, как и ты. Я такой же невольник, как и ты. Это все, что тебе нужно знать. Во-вторых, ты правильно думаешь, что люди тебя осудят. Как только я в тебя проникну, люди узнают. Ты станешь другой. И ничего не сможешь с этим поделать. Пойдут слухи. Друзья отвернутся. Любовники возненавидят.
Я напряглась, но он притянул меня ближе.
— Но я не брошу тебя на растерзание этим слухам. Скажи мне «да», и я возьму все под контроль. Тебе не придется принимать никаких решений и отвечать за то, что мы делаем. Я возьму все это на себя, — он провел языком по раковине моего уха, скрытой от Грега искусно заплетенной косой. — Дай мне услышать это слово, Элль, и я покажу тебе, о чем говорю.
Я стояла на распутье. Смотрела на Грега и запланированное отцом будущее — то самое, в котором я была с мужчиной, знающим «Бэлль Элль» не хуже меня, и помогающим в управлении компанией, — в то время как меня обнимал незнакомый мужчина, прижимаясь своим членом к моему бедру, откровенно претендуя на то, что ему никогда не принадлежало.
Один из них был долгосрочной перспективой. Другой — временным приключением.
У меня в жизни было достаточно долгосрочных обязательств. Мне хотелось быть другой. Хотелось хоть раз стать объектом слухов, потому что это означало бы, что я интересна и непредсказуема.
Грег сам подтолкнул меня к нужному решению.
Он подошел и схватил меня за другой локоть, пытаясь оттащить от Пенна.
— Элль, я готов забыть о том, чем ты только что занималась с этим ублюдком. Ты пьяна. Знаю, мне не следовало давать тебе шампанское. Позволь мне отвезти тебя домой, где тебе самое место.
Домой.
Мне больше не хотелось сидеть дома.
Мне хотелось потеряться и сойти с ума.
Я выдернула руку из его хватки.
— Прости, Грег. Мне следовало тебе сказать.
Встретившись взглядом с Пенном, я прошептала:
— Мой ответ «да».
И чуть громче добавила:
— Но это не значит, что ты мне нравишься.
— Это и не значит, что мне нравишься ты, — Пенн улыбнулся, полный колкости и обаяния, и спокойно обняв меня за плечи, прижал к себе.
Мы вместе повернулись к Грегу.
Я не знала, чего ждала от Пенна, но пришла его очередь встать у руля. Я ежесекундно отвечала за все аспекты своего мира. Если он так хотел в чем-то взять этот мир под контроль — прекрасно… флаг ему в руки.
— Я тоже должен извиниться, — Пенн сухо улыбнулся. — Мы были не готовы всем рассказать, но думаю, сейчас самое подходящее время.
— Рассказать всем о чем? — глаза Грега наполнились паникой, но не от понимания, что он потерял меня, а от того, что упустил единственный шанс завладеть «Бэлль Элль». Открылось его истинное лицо.
Я почувствовала несказанное облегчение от того, что не дала ему завладеть желаемым. Что наконец-то увидела то, о чем всегда подозревала — мои опасения были вполне справедливыми, и мне хватило мозгов прислушаться к предупреждающим знакам.
— О том, что мы с Элль… вместе.
Пенн поцеловал меня в щеку, и я вздрогнула. Все еще испытывая дискомфорт, возбуждение и такое замешательство, что и понятия не имела, хочу я этого или нет.
Но теперь уже слишком поздно.
— Элль — моя. Вообще-то, я прямо сейчас увожу ее домой. К себе домой, — он подтолкнул меня вперед, намеренно оттеснив Грега в сторону, чтобы мы могли пройти. — Мы только попрощаемся с остальными.