Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

– Чушь! Как смеешь ты намекать на такое! – вспыхнул отец. 
– Ты даешь мне повод, – с горечью прошептал я. 
В кабинете вновь повисла напряженная тишина. 
Отец опустил голову на руки и о чем-то надолго задумался. 
– Хорошо, – нарушил молчание отец. – Я дам тебе шанс выбрать себе другого оруженосца. Но при условии…
– Каком? – напряженно спросил я. 
– Сначала ты должен победить сэра Роджера в честном бою. Доказав право сильного. 
– Я сегодня его уже отлупил, – сквозь зубы процедил я. 
Я понимал, что это трудно зачесть мне в победу. Однако, легко было сложить два и два и, прищемив хвост своему самолюбию, сообразить, что я этого кабана на своем уровне, в честном поединке не одолею. Поэтому отец и предложил мне этот вариант, чтобы все в итоге было так, как хочется ему. 
– Ты напал неожиданно. Это нечестный бой! А поступок труса! – я было открыл рот возразить, но отец поднял руку и продолжил: – Я даю тебе три недели. Потом мы соберем народ и устроим бой. Если ты одолеешь сэра Роджера. Ты вежливо откажешься от его услуг и выберешь того, кого считаешь нужным.
– Но почему я не могу просто взять себе нормального оруженосца?!
– Да хотя бы потому, глупый щенок, что ты слабее его. И сэр Роджер сможет всем потом болтать, что ты попросту так мелочен, труслив и слаб, что не мог вынести рядом с собой оруженосца, который во всем тебя превосходит! Это точно развяжет руки нашим врагам! 
Это было справедливо и вполне возможно. К сожалению, сейчас отец был прав. И вывернуться здесь было никак нельзя. Но за три недели натренить свое чахлое тело, чтобы одолеть этого урода, было практически не реально. 
Однако, чего я ломаюсь, как девка? Шанс какой никакой, а шанс. Использую его или сделаю так, что Роджер сам попросится за борт. Я в конце концов, офицер, не штабная крыса, знаю, чем пахнет порох. 
– Значит, я прокачаюсь за три недели и одолею эту вонь из-под рейтуз, – уверено сказал я.
Отец удовлетворенно кивнул. Я только возрадовался, что мы, наконец-то, с этим суровым дядькой пришли, хоть какому-то соглашению, как он возьми и добавь: 
– За ужином ты извинишься перед сэром Роджером!
Это был уже явно перебор. Никогда, ни перед кем в жизни я не пресмыкался и перед этим надутым индюком Роджером, тем более не стану этого делать. 
– Ни за что! – уперся я. 
– Ты извинишься! Ты напал первый, без предупреждения! 
– И не подумаю, он повел себя подло! 
– Он лорд, а Фил всего лишь служка. 
Вот как значит звали рыжего – Фил. Я встал в демонстративную позу.
– Он говна кусок!.. Фил лучше его в сто раз!
Отец вылупился на меня, точно я сболтнул какую-то несусветную глупость, но я и не подумал отступать. Мы опять уперлись лбами в грозную тишину. 
– Ты извинишься, или я выкину Фила побираться на улицу! – нащупал отец брешь в моей броне. – Выбирай! 
Я было открыл рот, но отец не дал мне ничего сказать. 
– На сегодня разговор окончен. Приведи себя в порядок. Через час жду тебя в столовой с извинениями или без! 
В ванной, заглянув в зеркало, я с удивлением обнаружил, что честно заработанные мной за эти дни синяки и ссадины исчезли, как не бывало. Более того, даже следы от укусов комаров и мошек куда-то испарились. А еще я совсем не чувствовал ни боли, ни усталости, ни зуда. Энергия же из меня так и перла – лопатой греби. 
Это конечно все было здорово, но и настораживало нехило. Не зря древняя мудрость гласит, если ты проснулся и у тебя ничего не болит – значит, ты мертв. А с дерева я хряпнулся действительно очень неудачно… Может я свернул себе шею, а все это предсмертный бред... Эх, как хотелось сейчас покурить, ну хоть в петлю лезь!
Я лег в ванну и стал думать. Было, о чем поломать мозги. 
После прокручивания в голове событий этого дня вывод напрашивался следующий: скорее всего, меня исцелил поцелуй девы из древа. Но есть ли у этого исцеления побочные действия? Это можно было понять только через энное количество времени. В общем, будем посмотреть…
Второй вопрос на повестке был еще сложнее. Не хотел я подставлять Фила под монастырь, но и извиняться перед этим гадом Роджером было нельзя. Я сжал кулак, аж костяшки побелели. Нельзя извиняться, если ты не виноват и точка. 
 
В армии, раз уронив свое достоинство, ты уже его не восстановишь. Здесь будет также, я потом хоть сто раз побью этого Роджера, раз унизившись перед ним, буду шестеркой всегда. И как отец этого не мог понять? Или понимал и спецом меня подставлял?
Значит, я должен срочно придумать третий вариант. Как-нибудь бы извиниться, не извиняясь, а лучше, совсем не извиняться. 
Рядом, перебив мысли, послышался всплеск воды. Я обернулся и увидел, что служанка, все та же, что была вчера, в попытках обратить на себя мое внимание сделала вид, что оскользнулась и упала в мою ванну. Она сразу же вышла из воды и громко хохоча, стояла сейчас передо мной в мокром платье, мол, делай со мной все, что захочешь. 
Ткань плотно прильнула к телу, подчеркнув все достоинства девки, объемная попка, талия тоже есть, хоть и не стройняжка, а на большой груди, четко обозначились затвердевшие соски. 
Вид у девчонки был хоть куда, но мне было сейчас совсем не до девок. Я махнул рукой, отсылая её прочь, девка опять надулась. Вышла, громко хлопнув дверью. 
Я глянул на часы и вздохнул. Пора было собираться на ужин, а я так ничего и не придумал. Придется импровизировать. Импровизация – это наше все. 
Я пришел в столовую даже раньше, чем следовало. За огромным столом уже сидел Роджер. Отца видно еще не было. Зал освещали сотни каких-то маленьких красных огоньков, висящих в воздухе под высокими потолками. Обстановка располагала к некоему интиму. 
Я сел за стол напротив Роджера и насмешливо уставился на его побитую харю. Роджер с неприкрытой ненавистью встретил мой взгляд. И я понял, как можно сыграть, чтобы не потерять своё достоинство и сохранить Филу место в замке. 
Этот урод абсолютно не умел контролировать свои эмоции, значит нужно раскачать эту лодочку, а затем потопить. Шанс был, конечно, не стопроцентный, но попытать удачу и потренировать смекалку вполне можно попробовать. 
Искусством дипломатии я не владел, но учиться никогда не поздно. Тем более ученик я способный. 
– Сэр Роджер, рад видеть вас в добром здравии, – притворно разулыбался я. 
– Рано вы радуетесь, ваша светлость, – натужно выдавил Роджер, через распухшую губу. 
– Отнюдь, сэр Роджер, радость моя оправдана и своевременна, – продолжил я гнуть свое, стараясь иметь вид картежника, которому в покере удалось собрать флеш-рояль и его выигрыш дело времени, а игра нужна лишь для того, чтобы в банке было побольше фишек. 
– Чем же она оправдана, ваша светлость, если не секрет? – ехидно поинтересовался Роджер, было заметно, что его бесят моя наглость и приподнятое настроение. 
– Не секрет, – пожал я плечами. – Мы с отцом хорошо потолковали и наконец-то пришли к соглашению относительно вас, – самодовольно усмехнулся я. – В этом нам помог один человек, который пришел к отцу с донесением относительно какого-то заговора неких лордов. 
– Какого заговора? Извольте узнать, причем здесь я? – напряженно переспросил Роджер. 
В его маленьких глазках, вокруг которых уже расползлись два симметричных синяка, от моего меткого удара в нос, загорелись страх и ненависть. Того я и добивался. Нужно было докрутить этого сЕра, пока отец не пришел, но и пережать было опасно. 
– Не изволю, – засмеялся я. – Скоро вы и ваш отец сами все поймете. 
– Я и сейчас все прекрасно понимаю, вы блефуете! – раздраженно вскрикнул Роджер, заерзав на стуле. 
Кажется, с его папашей я в самую точку попал – Роджер задергался, как вошь на сковородке. Надо добивать, а то отец с минуты на минуты прибудет, он и так опаздывал, что ему было не свойственно.
– Знаете, сэр Роджер, я в одной книжке прочитал про любопытный обычай. Мы с отцом его как раз обсуждали.