Кровь за кровь (СИ)
Поначалу все складывалось по планам Вестора. Он отрекся от Светлой Церкви, принял мартианство и Истинную Церковь, присягнул в верности вампирам, подкрепив присягу как личным, так и служебным архивами, всячески обличал Наместника и Вобанэ. Но стоило бывшему кардиналу чуток успокоиться и обжиться на новом месте, как события понеслись вскачь.
Вместо дальнейшего использования Вестора как обличителя преступлений Светлой Церкви, вампиры отправили его в армию и приказали ему подавить восстание травоедов, что как раз решили поднять многочисленные мятежи по всему югу Элура против своих новых властителей. Но и это назначение, в целом, было Вестору понятно. Его повязывали с новым домом кровью, чтобы даже мыслей не было предать еще раз. Ведь просто проповедовать перед толпой элурцев о благе вампиров — и убивать этих самых элурцев ради вампиров это две очень большие разницы, и если в первом случае Наместник вполне еще мог простить заблудшую овцу и вернуть беглеца в лоно Светлой Церкви, то после второго таких вариантов развития событий не было.
Неожиданно Вестору понравилось воевать… нет, неправильно: Вестору понравилось руководить армией. Тем более в Элуре все связанное с армейским руководство было очень умно организованно, и бывший кардинал испытывал почти физическое удовольствие, руководя большими и малыми сражениями. Потому его следующий шаг был вполне предсказуем — место офицера в армии для предателя куда лучше, чем небольшой дом в глуши. Но, бросившись в ноги королю-вампиру, Вестор меньше всего ждал, что его прошение о назначении ему генеральского чина будет удовлетворено. И уж совсем не ждал предложения возглавить новую королевскую династию Шореза.
И Мур же его подбила согласиться на это предложение!
Сидя в кабинете Вестор нервно щипал собственную бровь. Вредная привычка, что была с ним всю жизнь. Только всю предыдущую жизнь страдал ус священника, но «король должен быть гладко выбрит, государь» и вот любимые усы сбриты цирюльником, и для удовлетворения привычки остались лишь брови. Да и те удается подергать лишь вот так, сидя в одиночестве в собственном кабинете, потому как если заметят… «Королю не подобает показывать собственные слабости, государь.»
И откуда этой девице вообще знать, что подобает королю, а что нет? Она всего одного и видела! И тот даже не человек, а вампир. Кровопийца, что живет за счет людей и их жизней!. Но нет. Король должен то, должен это… Тьфу! А ведь это его будущая жена! Ведь подарив беглецу и предателю трон, вампиры позаботились о том, чтобы рядом с ним всегда был верный им человек. В данном случае жена.
Луиза Авен, семнадцати лет от роду. Бывший офицер женской гвардии Элура и племянница канцлера Элура. Умна, красива, обаятельна и до безумия предана вампирам. Поначалу, когда Вестор лишь только увидел девушку, которую ему отрекомендовали как будущую жену и помощника, он почти что влюбился. Да и как тут не влюбиться, если первое, что видишь, это внушительную девичью грудь, а когда поднимаешь взгляд, натыкаешься на красивое, почти кукольное личико и большие яркие глаза. Нет, перед таким набором аргументов решительно невозможно устоять. Хорошо хоть Вестор давно не был романтичным юношей и умел сдерживать собственные позывы.
Потому как уже вечером выяснилось, что присланная вампирами девица не только красива и верна им, но еще и крайне деспотична и обладает собственным видением на сложившуюся ситуацию и особенно на то, как должен выглядеть ее будущий муж и как ему надобно себя вести. И все это под безукоризненное признание его, Вестор, главенства. И вот уже «король не должен так выглядеть, государь» — и внезапно весь привычный мужчине гардероб полностью заменен. Причем поменяны не просто вещи, а изменены даже ткани и фасоны привычной одежды. Про «король не должен себя так вести, государь», «король не должен так говорить, государь», «король не должен так смотреть, государь» и «король не должен это есть, государь» говорить даже не приходилось. Менять в себе надо было буквально все.
— Ваше величество! В вашем положении совершенно недопустимо сидеть и ничего не делать! У вас нет на это времени, государь.
Прикрыв глаза Вестор волевым усилием подавил желание протянуть руку к брови и стал глубоко дышать успокаивая себя.
— Даже королю надо иногда отдыхать, моя дорогая. — почувствовав уменьшение гнева Вестор посмотрел в глаза визитерше, — И я не просто сижу, я размышляю.
— И о чем вы размышляете, Ваше Величество?
Вопрос был неуместен, но отвечать на него было надо. Луиза его будущая жена и, как минимум, с ней надо наладить хотя бы минимальную симпатию, иначе грядущая супружеская жизнь будет наполнена болью и страданием. К тому же неуемная девица практически официальный надсмотрщик и контролер, приставленный вампирами к шорезскому королю, а потому отвечать не просто надо, а это обязательно.
— О новых границах королевства, моя дорогая. Переданные Элуру земли совсем не бесхозные и у некоторых из них владельцем является отнюдь не корона в моем лице.
— Кому-то это не нравится, государь? — тут же сделала стойку Луиза, излишне резко приблизившись к королевскому столу.
— А кому-то подобное может понравиться? — Вестор не упустил возможность немного поиздеваться над девушкой, — Но я не об этом думаю. Мне надо компенсировать владельцам земли их потери.
— Какие потери? Элур не отнимает земли у владельцев, государь, они ничего не теряют.
— И что, мне надо проигнорировать недовольство дворян?
— Конечно!
— Нет, дорогая моя, так это не работает. Ныне у меня и так шаткая поддержка, и если я буду игнорировать столь важные моменты, то вся она испарится, и я перестану быть королем. С одной стороны это даже и неплохо. Только вот тогда и ты, дорогая моя, не станешь королевой, и это совершенно точно нарушит планы вампиров.
— Что вы планируете с этим делать, Ваше Величество? — как и всегда, когда речь заходила о планах вампиров, Луиза тут же принималась эти планы отстаивать.
— Надо подарить недовольным и пострадавшим от договора с вампирами поместья где-нибудь в центре Шореза.
— Какие с этим есть препятствия? Насколько мне известно, у нас хватает свободных поместий, чьи владельцы погибли, а вскоре еще последуют конфискации имущества тех, кто выступил против вашей власти, государь.
— Все так, дорогая моя, только вот прежде чем бесхозные поместья, чьи владельцы погибли в недавних военных действиях, перейдут в собственность казны пройдет минимум два года.
— Почему так долго, государь? В Элуре такие вопросы решаются куда быстрее.
— Мы в Шорезе, дорогая моя, и здесь это требует времени. Как мне докладывали, сначала должен пройти срок в три месяца, в который ожидается появление официальных наследников. Если прямые наследники не появляются, поместье переходит под управление королевского управляющего, но не в собственность короны, так как по закону требуется выждать еще год, в который свои права на свободное поместье могут заявить дальние родственники владельца. Если не появится и дальних родственников, то за работу принимаются Дворянское собрание и Геральдическая комиссия, которые в срок до одного года должны либо найти наследника, либо объявить земли коронными. И только после их решения свободные поместья перейдут под мою руку.
— Я поняла, Ваше Величество, свободные поместья у нас появятся не скоро.
— Именно так, дорогая моя.
— Может ли король изменить закон? — хитро прищурившись, Луиза посмотрела на Вестора.
— Может, но обратной силы он иметь не будет, — король широко улыбнулся, — Поэтому делать ничего подобного я не буду, тем более поддержки в этом вопросе я не получу. Более того, уверен, что попробуй я заикнуться о подобном законе — и мятеж гарантирован.
— А что с конфискацией земель у бунтовщиков? Мне говорили, что чуть ли не четверть всех земель королевства перейдет под вашу руку, государь.
— Да, примерно четверть, — кивнул Вестор, — Но с этими землями проблем будет даже немного больше, чем с освободившимися поместьями.